– Но -
– Я не говорила, что ты не можешь обдумывать задачу и задавать вопросы, - поспешила добавить леди Бриджертон, поднимаю вверх руку, чтобы прекратить дальнейшие возражения.
– Боже, я надеялась, что после почти сорока лет материнства, я буду знать лучшие способы, чем пытаться остановить тебя, когда у тебя имеется свое мнение, причем столь сильно направленное на такую ерунду.
Пенелопа поднесла свою чайную чашку ко рту, чтобы скрыть улыбку.
– Сейчас ты, как известно, довольно, - леди Бриджертон деликатно откашлялась, - одинока и…
– Мама!
Леди Бриджертон продолжала говорить, не обращая внимание на Гиацинту.
– … я не хочу, чтобы ты забыла, что все твои усилия сейчас должны быть сконцентрированы на поиске мужа.
Гиацинта произнесла слово “Мама!” снова, но в этот раз, это было не более чем слабый стон протеста.
Пенелопа украдкой посмотрела на Элоизу, которая в этот момент уставилась в потолок, и старалась не улыбаться. Элоиза вынесла в руках матери годы неустанного поиска мужа, которая, в конце концов, смирилась, и перешла на Гиацинту.
По- правде говоря, Пенелопа была очень удивлена тем, что леди Бриджертон, казалось, согласилась с незамужнем положением Элоизы. Она никогда не скрывала тот факт, что хотела бы всех своих восьмерых детей видеть счастливыми в браке. Она пока успешно справилась с четырьмя.
Сначала Дафна вышла замуж за Саймона и стала герцогиней Гастингской. На следующий год Энтони женился на Кэйт. Потом было некоторое затишье. Затем Франческа и Бенедикт сыграли свадьбы в один год друг за другом, Бенедикт женился на Софии, а Франческа вышла замуж за шотландского графа Килмартина.
Франческа, к несчастью, овдовела спустя два года после своей свадьбы. Сейчас она все свое время проводила либо с семьей своего мужа в Шотландии, либо в своем собственном доме в Лондоне. Когда она бывала в городе, она настаивала на проживании в Килмартин-хаус вместо Бриджертонского дома Номер Пять. Пенелопа не осуждала ее. Если бы она была вдовой, ей бы тоже захотелось насладиться своей независимостью.
Гиацинта встречала матримониальные планы матери с юмором потому что, как она сказала Пенелопе, она в самом деле решила выйти замуж, в конечном счете. Можно было позволить матери выполнять всю нудную работу, и потом она вполне могла выбрать себе мужем одного из тех джентльменов, с которыми ее знакомила мать.
И именно с таким юмором, она и встала, поцеловала мать в щеку и покорно пообещала сосредоточить все свои силы на поиске мужа, в тоже время лукаво улыбаясь брату и сестре.
Она еле успела вернуться на свое место и сесть, как тут же громко спросила, обращаясь ко всем:
– Итак, вы думаете, ее все-таки откроют?
– Мы все еще обсуждаем леди Уислдаун? - простонала леди Бриджертон.
– Вы не слышали теорию Элоизы? - спросила Пенелопа.
Все посмотрели сначала на Пенелопу, затем на Элоизу.
– Э-э, какую это мою теорию? - удивилась Элоиза.
– Было это, я точно не помню, кажется, неделю назад, - сказала Пенелопа, - Мы обсуждали леди Уислдаун, и я сказала, что я не вижу, каким образом она сможет продолжать свое дело до бесконечности, в конечном счете, она обязательно где-нибудь допустит ошибку. Тогда Элоиза сказала, что она в этом не уверена, ведь, если она за десять лет не совершила ошибку, то может вообще никогда ее не совершит? Тогда я возразила, нет, она всего лишь человек. В конце концов, она допустит где-нибудь ошибку, потому что так не может продолжаться до бесконечности -
– А, вспомнила! - воскликнула Элоиза. - Мы были в твоем доме, у тебя в комнате. У меня появилась просто блестящая мысль! Я сказала Пенелопе, что я готова держать пари, леди Уислдаун уже сделала ошибки, но мы все настолько глупые, что просто не замечаем их.
– Не очень похвально для нас, должен сказать, - пробормотал Колин.
– Но, я же под словом ‘мы’ подразумевала все светское общество, не только Бриджертонов, - запротестовала Элоиза.
– Так, - размышляла Гиацинта, - Все, что мне надо сделать, чтобы поймать леди Уислдаун, это просто внимательно просмотреть все ее старые колонки.
В глазах леди Бриджертон появилась небольшая паника.
– Гиацинта Бриджертон, мне не нравится твое выражение лица.
Гиацинта улыбнулась и пожала плечами.
– Я могла бы, шутя выиграть тысячу фунтов.
– Боже, спаси нас, - пробормотала ее мать.
– Пенелопа, - внезапно сказал Колин, - Ты так и не рассказали нам про Фелицию. Неужели, на самом деле, у нее скоро помолвка?
Пенелопа от неожиданности сделала большой глоток чая, который она в этот момент потягивала маленькими глоточками. Колина умел смотреть на человека так, что казалось, будто во вселенной лишь два человека: ты и он. К несчастью для Пенелопы, такие взгляды делали из нее запинающуюся дурочку.
Если бы они сейчас что-нибудь обсуждали или разговаривали, тогда возможно Пенелопа сумела бы держать себя в руках. Но когда он удивлял ее подобно этому, внезапно обращая на нее внимание после того, как она убедилась в том, что для него она почти невидима, и ее наряды отлично гармонируют с цветом обоев; она полностью терялась.
– М-м…Да, это вполне возможно, - сказала она, - Мистер Олбэнсдейл недавно намекнул о своих намерениях. Но если он решиться сделать моей сестре предложение, я думаю, ему придется отправиться в Восточную Англию, чтобы просить у моего дяди ее руки.
– У твоего дяди? - спросила Кэйт.
– У моего дяди Джеффри. Он живет недалеко от Норвича. Он наш ближайший родственник, хотя, по правде говоря, мы видимся с ним очень редко. Но мистер Олбэнсдейл очень сильно чтит традиции. Я не думаю, что ему понравится разговаривать с мамой по этому поводу.
– Я надеюсь, он сделает предложение самой Фелиции, - сказала Элоиза, - Я часто думаю, что довольно глупо, когда мужчина просит руки девушки сначала у ее отца, прежде, чем сделает предложение самой девушке. Ведь не отец будет жить с ним всю его жизнь.
– Такое отношение, - сказала Колин, с задумчивой улыбкой, которая была немного скрыта чайной чашкой, - кстати, объясняет, почему ты до сих пор не замужем.
Леди Бриджертон одарила своего сына строгим взглядом, и произнесла его имя с неодобрением.
– Ох, нет, мама, - произнесла Элоиза, - Я не возражаю. Я чувствую себя совершенно комфортно в роли старой девы.
Она посмотрела на Колина с выражением превосходства на лице.
– Я предпочитаю дважды быть старой девой, чем один раз выйти замуж ради скуки. Также, - добавила она с воодушевлением, - Как и Пенелопа!
Побуждаемая к действию взмахом руки Элоизы, направленном в ее сторону, Пенелопа выпрямилась на стуле и пробормотала.
– Ах, да, конечно.
Но Пенелопа не чувствовала себя слишком устойчивой в этих убеждениях, как ее подруга. В отличие от Элоизы, она не отклонила шесть предложений руки и сердца. Она не отклонила вообще ни одного предложения, по правде сказать, она и не получила даже одного предложения руки и сердца.
