Читаем без скачивания ЗАГС на курьих ножках - Дарья Калинина

– Отлично, отлично, – пробормотал он. – Но у меня к вам, уважаемая Афина… простите, не знаю вашего отчества, имеется еще одна просьба.

– Говори, сынок.

– Вы же знаете, что мы ищем клад моего деда? А за ним охотится еще одна юная особа.

– Нюрка, – кивнула старушка. – Приезжала ко мне. С подарками на этот раз прикатила. С извинениями. Да я ее прогнала. Не хочу ни подарков от нее, ничего. Ночь просилась у меня с приятелем переночевать, а я все равно не пустила. В машине спали.

– Вот если говорить про эту особу, то мне бы хотелось ее активность несколько снизить.

– Мешает она тебе?

– Ужасно нервирует.

– Понимаю. Нюрка в прошлом годе со своими дружками всю округу лопатами изрыли.

– А где искали?

– У большого дома, где мельник с дочерьми еще жил. И у маленькой избушки, где он свой срок доживал. Всюду.

– Нашли что-нибудь?

– Кабы нашли, уж слышно бы было. Сама-то Нюрка словечка лишнего не скажет, но дружки у нее пьянь да рвань. Они бы не выдержали. Да и чего бы ей снова прикатывать в этом году, кабы в прошлом удача ей улыбнулась? Нет, думаю, ничего им не обломилось.

– Но вы на нашей стороне или на ее?

Старушка поколебалась, но потом все же ответила:

– Я, милок, сторону-то ничью принимать в этом деле не могу, потому как это ваше с Нюркой дело, можно сказать, родственное. Но если так смотреть, то вы с Катюшей мне больше по сердцу. Во-первых, сразу видно, что оба вы с племянницей люди спокойные, интеллигентные и воспитанные. Во-вторых, вы мужчина взрослый. Если вам деньги достанутся, вы уж сумеете их с толком потратить. И за племянницей своей присмотрите, хотя она и сама по себе видно, что девушка хорошая. А Нюрка – она что?.. Кто за ней смотреть станет? Накупит себе нарядов, в ресторан завалится. Ну, если уж совсем денег много, машину купит, гонять на ней примется. Она ведь безголовая. Ничего путного не удумает. Да и что с нее взять? Мать у ней пьяница, что ни ночь, то в канаве валяется. Отца девка вовсе не знала. Выросла в притоне. Так что ничего хорошего из такой оторвы получиться бы никак не могло. К такой шальные деньги попадут, считай, на погибель.

– Тогда вы можете нам немножко помочь?

– Чего делать-то надо?

– Надо сказать Нюре, которая к вам сегодня обязательно зайдет, что…

И наклонившись к самому уху бабы Афины, дядя быстро зашептал ей что-то секретное. Старушка слушала внимательно. Иногда хихикала и прыскала в сухонький кулачок, но не перебивала. Когда они закончили шептаться, глаза у бабушки весело блестели.

– Все сделаю! – бодро заявила она дяде. – Ох, и хорошую ты шутку удумал! Так ей и надо! Пусть поищет, где не лежало.

И старушка захихикала, явно в полном восторге от придуманного дядей Пашей.

Закончив дела у бабушки Афины, которой они оставили все захваченные с собой из дома пироги, дядя с племянницей двинулись дальше. Митю они отпустили, потому что он был нужен сегодня Андрею. А сами отправились бродить по Олеховщине. Катя терялась в догадках, что нужно ее дяде. То он торопился, словно угорелый, а как приехали, вроде бы охладел к поискам.

– Мы сегодня будем где-нибудь копать?

– Погоди, Катюша. Сперва нам от конкурентов избавиться надо.

И стоило дяде проговорить эту фразу, как они увидели Вована вместе с его спутницей. Теперь Катя получила возможность более пристально разглядеть свою соперницу. При ближайшем рассмотрении Нюра оказалась не такой уж красавицей. Да и брюнеткой она была крашеной. Сегодня яркие лучи солнца безжалостно указали на отросшие корни, на слишком светлые для брюнетки брови, неумело поправленные корректором, и на слишком длинные, густые и круто закрученные вверх ресницы, которые были слишком-слишком для того, чтобы быть настоящими.

Нюра держалась самоуверенно и даже развязно. А вот Вован трусил. И Катя знала, почему. У дяди Паши как-то состоялся с парнем серьезный мужской разговор, после которого Вован исчез и целых полгода не появлялся у Катюши. Тогда дядя Паша пообещал проходимцу, что пересчитает у него все ребра, если еще раз застанет его у племянницы без штампа о регистрации брака в паспорте. И вот теперь Вован увидел дядю Пашу и лихорадочно соображал, начинать ему уже бояться за свои ребра или все-таки обойдется.

– Привет родственничкам, – первой поздоровалась с ними Нюра.

– Здравствуй, голубушка.

– Клад дедушкин ищите, я слышала?

– Ищем.

– И мы ищем. Хотите с нами?

– Да мы бы не против. У самих у нас не очень-то получается.

– Вы от Афины идете?

– Заходили к полоумной, только время даром потеряли. Выжила бабка из ума. Ничего не соображает.

Дядя говорил вроде как с досадой. И Катя очень удивилась его тону. И слова дяди Катюшу покоробили. Зачем он так плохо говорит про бабушку Афину? Какая же она полоумная? Напротив, очень разумная и милая старушка. Но дядя держался, словно бы так и надо, и Катя решила не вмешиваться.

– А о чем вы у нее спрашивали?

– Просили показать, где мельница дедова стояла.

– Так это и я вам скажу.

Анютка явно повеселела, узнав, что именно интересует ее конкурентов. Видимо, возле мельницы Нюрка с дружками уже все обыскали, и неожиданностей это место для нее не представляло. А дядя, получив от Нюты подробные указания, казался счастливым.

– Вот спасибо, вот удружила. А то мы с этой бабкой столько времени потеряли. И чай с ней пили, и письмо отцово читали – все без толку. Нет, не помню, говорит, и все. Совсем под старость головой плоха стала.

Но Нюта уловила из всей этой тирады лишь одну фразу:

– Письмо читали? Письмо вашего отца? То есть… письмо Антона Степановича?

– Ну да! – бесхитростно глядя на нее, подтвердил дядя. – Я бабке письмо почти целиком читал, надеялся, что память к ней вернется. Какое там! И еще досада, вроде как письмо-то я у нее и потерял.

Теперь глаза у Нюты вовсе сверкали. Она еще раз объяснила, как пройти к мельнице, до которой оказалось напрямик через лес не так уж и далеко. И едва дядя с Катей скрылись из виду, помчалась прямиком к бабушке Афине. Было ясно, что Нюта вообразила, будто бы интересующее ее письмо до сих пор валяется у старушки дома. И Катя, смеясь, поделилась этим наблюдением с дядей:

– А ничего-то она там не найдет.

– Ну, как знать, как знать.

Вид у дяди был очень интригующий.

– Дядя! – ахнула Катя. – Ты что это задумал?

– А? Что?

Дядя делал вид, будто бы не понимает расспросов племянницы. А вид у самого был залихватский, словно у нашкодившего школьника.

– Ты оставил Нюрке письмо своего отца? – настаивала Катя.

То письмо, которое он даже ей в руках подержать толком не дал? Катя не могла в такое поверить.

– Не совсем от моего отца, но письмо она получит.

Дядя откровенно ухмыльнулся. А Катя начала прозревать.

– Я уж с бабушкой Афиной об этом договорился, – продолжал дядя. – Надеюсь, не подведет нас с тобой бабулька. Поможет, вручит Анютке весточку, которая ей так нужна.

– Ты сфабриковал фальшивку! – догадалась Катюша. – И что ты в этом письме написал?

– Достаточно, чтобы Нюта со своим приятелем оставили бы нас сегодня в покое. На мельницу им предстоит отправиться. Идти туда далеко, на весь день развлечение им хватит.

– А мы с тобой чем будем заниматься?

– Мы-то… Мы с тобой к дедовой избушке отправимся. К той самой, где он последние годы доживал.

Как ни странно, избушка еще сохранилась. Крыша у нее провалилась, пол прогнил, стены осели, но вид бывшего человеческого жилья был узнаваем. Место Кате не понравилось. Место низкое, потому сыро и болотисто. Опять же вроде бы река близко, но до открытой воды еще надо пройти через лесок. А дорожка через него тонюсенькая, а сам лес, через который она идет, такой темный, такой мрачный! Елки да изредка осинка, и вдоль дорожки всюду ивняк. Нет, совсем непривлекательное место.

Но дядя с племянницей прогулялись и там. Дядя хотел изучить тропинку на предмет ее извилистости. Вдруг извивается в точности, как линия на его плане? Но нет, тропинка шла прямо, заворачивала лишь в одном месте уже у самой реки. И на берегу ничего похожего на колодец не просматривалось.

– Как же быть? – растерялся дядя. – И возле избушки мы с тобой колодца не обнаружили. Но где-то же дед должен был воду брать?

– Может, прямо в реке черпал?

– Вряд ли.

– От соседей носил?

Дядя беспомощно огляделся по сторонам. Если когда-то здесь и были соседи, теперь этого было уже не понять. Какие-то сараюшки присутствовали, но все так основательно заросло подлеском и сорняками, что разглядеть среди них колодец было невозможно. Дядя попробовал полазить по этим зарослям, но место было такое топкое, что он почти сразу провалился в вязкую трясину.

– Надо сапоги раздобыть.

– И обсушиться.

Вернулись назад к бабушке Афине. Та встретила их радостно. Сразу же налила чаю и дала подробный отчет о проделанной работе:

– Как Нюрка ко мне сунулась, я ее сурово встретила. Но гнать не стала, она и не ушла. Уселась, болтает всякую ерунду, а сама глазами так и зыркает, так и зыркает. Ну, я ее томить не стала, на кухню вышла, будто бы суп помешать, а письмо ваше на столе оставила. Чашкой его придавила, чтобы видно было. Вернулась через пять минут – ни Нюрки, ни письма уже и нету.