— Думаю, вам нужно подыскать для своей кузины компаньонку.
Лео посмотрел на него с удивлением, и Джулиан мысленно выругался. По-видимому, он не сумел скрыть свое раздражение. Лео тоже подошел к окну и, едва взглянув на Хлою и молодого человека, расплылся в улыбке. Джулиан же еще больше помрачнел, поскольку не находил ничего веселого в том, что Хлоя сидела в парке в объятиях какого-то мужчины.
— Это наш кузен Модред, — пояснил Лео.
Джулиан вздохнул с облегчением, едва услышал слова «двоюродный брат», а нашептывания внутреннего голоса, что кузен и кузина вполне могут быть любовниками, проигнорировал. Интуиция ему подсказывала, что среди Уэрлоков и Бонов такое случалось не часто.
— Кто же это додумался наградить своего сына именем Модред?
— Его мать — женщина с богатой фантазией, — ответил Лео со смехом.
Граф снова взглянул на молодого человека.
— Надеюсь, ваш кузен заставил свою мать заплатить за подобные фантазии.
— К сожалению, у него не было такой возможности. Она отказалась от сына и от его отца, едва мальчику исполнилось два года. Это случилось, когда ее дорогой мальчик посмотрел ей прямо в глаза и сказал, о чем она думает.
— То есть он умеет читать мысли? Вы это имеете в виду?
Лео пожал плечами.
— Не во всех случаях и не всегда отчетливо, но и этого вполне достаточно, чтобы Лондон стал для него местом пытки. Он очень редко сюда приезжает и проводит все время в Элдервуде, в своем поместье. Дело в том, что он не только читает мысли, но и чувствует то, что чувствуют другие люди, а мы с вами прекрасно знаем, как порой отвратительны бывают эти чувства.
Отвернувшись от окна, Джулиан внимательно посмотрел на Лео. Он доверял ему и был у него в неоплатном долгу, но сейчас начал подозревать, что тот не в себе. Как мог такой образованный человек, как Леопольд Уэрлок, верить в подобную чепуху?
Откашлявшись, граф пробормотал:
— Я, конечно, не считаю вас лжецом, однако…
Лео вскинул руку, призывая его к молчанию, и Джулиан смутился, не желая обидеть этого доброго и порядочного человека.
— Я прекрасно вас понимаю, — проговорил Лео. — Да, понимаю, потому что и сам долго в это не верил. Но похоже, что это правда, милорд. Модред действительно обладает даром, которого боятся даже Уэрлоки и Боны. У меня нет ему объяснения, как нет и настоящего понимания. Но я знаю, что он реален. Я столько раз убеждался в этом, что давно уже перестал сомневаться. И это проклятие делает нашего Модреда затворником. Он очень редко выезжает из Элдервуда, своего герцогского поместья.
— Ваш кузен живет в герцогском поместье?
— Да, разумеется. Он герцог. С девятилетнего возраста. Буду весьма вам признателен, если вы никому не станете рассказывать о его даре. Этот дар, если о нем кто-нибудь узнает и поверит в его реальность, может очень ему повредить.
— Разумеется, я буду молчать. Хотя сомневаюсь, что кто-нибудь в это поверит.
— Возможно, никто не поверит. Но все-таки лучше об этом не говорить. Видите ли, Модред и так уже имеет репутацию затворника. Не стоит делать так, чтобы его считали еще и сумасшедшим или рассматривали как угрозу, от которой необходимо избавиться.
Немного помедлив, Лео добавил:
— И было бы еще хуже, если бы какой-нибудь мерзавец попытался воспользоваться его даром для реализации своих преступных замыслов.
— Удивительно, как ваш кузен до сих пор не сошел с ума, если он и впрямь обладает подобным даром. Я говорю «если», потому что не видел доказательств. Признать способности, какими обладаете вы с Хлоей, гораздо легче, чем поверить в чью-то способность читать мысли и заглядывать в души и сердца.
Джулиан нахмурился и добавил:
— Но с другой стороны, если он действительно на это способен… странно, что вы позволяете ему бывать у вас, где хранится множество государственных секретов.
Лео усмехнулся и налил два бокала вина.
— Позволять или не позволять — у нас нет такого. Кузен обязательно нас навещает, когда покидает Элдервуд. И он не способен читать наши мысли и чувства. Говорит, что у нас «слишком толстые стены». Точно так же и с многими другими нашими родственниками. Но посторонних он избегает. Представляете, что произойдет, если кому-нибудь станет известно о его способностях?
Джулиан кивнул и, взяв у Лео бокал с вином, уселся на кровать.
— Да, представляю… Последствия могут быть ужасны. Вашему кузену можно лишь посочувствовать, если он действительно обладает таким даром. А мысли некоторых людей… Они и впрямь бывают отвратительны. Как и чувства.
— Боюсь, что этот дар когда-нибудь убьет его, — со вздохом пробормотал Лео. — Но довольно о бедном Модреде. Он возвращается в Элдервуд, а нам предстоит схватка с врагами.
Джулиану тоже не хотелось говорить о герцоге хотя бы потому, что он боялся оскорбить Лео своим неверием в дар его кузена. А вот в способности Лео и Хлои, как ни странно, верил — пусть даже некоторые сомнения у него еще оставались. Более того, эти способности его не смущали и он не испытывал в их присутствии какой-либо неуверенности в себе. А вот с молодым герцогом он не смог бы общаться столь же непринужденно.
Тут Лео передал ему несколько бумаг для прочтения, но Джулиан никак не мог вникнуть в их содержание. Перед его мысленным взором то и дело возникала Хлоя в объятиях мужчины, но это был вовсе не герцог, а он сам, Джулиан Кенвуд. Это не на шутку его встревожило, однако он не мог избавиться от видения — оно возникало снова и снова. Возникало, очевидно, потому, что втайне он желал именно этого — желал увидеть Хлою в своих объятиях. «Нельзя об этом думать, нельзя…» — говорил себе Джулиан, но все его усилия были напрасны — очевидно, он снова ступил на опасную тропу, хотя и поклялся, что больше никогда на нее не свернет.
Глава 6
Хлоя с улыбкой вошла в дом. Они с Мод прекрасно провели день и сделали исключительно удачные покупки. День был настолько удачный, что она даже решила, что в ближайшее время посещать магазины не понадобится. Обрадовавшись этой мысли, Хлоя буквально взлетела вверх по ступенькам.
Убрав ткань и остальные покупки, она выставила горничную, затем быстро переоделась в более мягкое и удобное платье и поправила прическу. Решив направиться в библиотеку, чтобы подсчитать хозяйственные расходы, Хлоя вышла из комнаты.
У двери Джулиана она задержалась, услышав знакомый детский смех. Последние два дня она проводила в обществе графа не более нескольких минут. Ей требовалось время, чтобы обдумать то, что сказал Модред, и решить, как ей следует вести себя в дальнейшем. Никаких видений на сей счет у нее не было, и Хлоя склонялась к мысли, что это даже к лучшему. В данном случае ей хотелось руководствоваться собственным умом. Настало время проверить, хватит ли ей здравомыслия и выдержки, чтобы понять, как Джулиан к ней относится и какие чувства испытывает. Присутствие же Энтони з комнате отца являлось хорошим предлогом, чтобы зайти и провести некоторое время в обществе Джулиана.
