и телевизорами для нескольких групп зрителей, которыми пока не пахло. Видимо они еще не насмотрелись в «локации» с желтыми фонарями. Посмеялся, вспоминая себя самого пару дней назад.
Так! Что можно посмотреть? Потренировался пользоваться пультом и, с трудом войдя в меню, нашел список кинофильмов предложенных к просмотру. Понятно сразу включил фильтр, оставив только русские фильмы. Что-нибудь веселое и связанное с природой… А! Вот! Расслабляюсь в обволакивающем кресле и смотрю высветившееся на экране название: «Особенности национальной рыбалки». Получил большое удовольствие от просмотра, искупался в «море» и пошел спать, даже не думая о посещении женского сектора. Похоже, я наелся… Ха-ха!
Глава 9
«Аппетит» проснулся весьма скоро, когда половину следующего дня с трудом убил на спорт, релакс под искусственным солнцем и неспешным обедом. Повалялся после еды еще минут сорок и понял, что созрел… Заманчивые образы вытеснили все другие мысли, и помня о скоротечности времени моего здесь пребывания, с предвкушением устремился за новыми ощущениями.
Так… У этой дойки похожи на коровьи, у этой зад тяжеловат, а у следующей взгляд как у прожженной шалавы. В другое время заглянул бы к ней, может научит чему-нибудь новому, но пока хотелось чего-то светлого и чистого… Заглядываю машинально в окошко без пригласительного огонька и наблюдаю хрупкую фигуру, свернувшуюся калачиком на кровати и смотрящую большими оленьими глазами из под густых волнистых волос в пространство, очевидно не видя ничего вокруг. Машу ей рукой и улыбаюсь во все тридцать два зуба. Девушка моргнула длинными ресницами, а взгляд сфокусировался, приобретая осмысленное выражение. Я опять приветливо помахал рукой и изобразил двумя руками знак дружбы. Девушка подумала, подумала и решившись активировала доступ желающим посетить ее с понятными намерениями.
— Привет! Ты чего куксишься? Я присяду? Могу поговорить, развеять твою тоску… Нет-нет! Секса не надо! — Отреагировал на гневный блеск, вылетевший молнией из-под сдвинутых бровок.
— Что? Худая слишком? — Голосок был тихим, но звенел чистотой и очаровывал как у мифических Сирен. — А я вот помирать собралась… Пятый день не ем. А тут вижу твою физиономию и думаю… И чего мне девственницей помирать? Только надо силенок набраться. Принеси мне воды и бурды этой.
— А может я тебя поцелую и в благодарность скину монет, чтобы еды нормальной можно было сделать?
— Хитрый да? А… Давай целуй! Нецелованой помирать тоже неприлично… — И сложила губки трубочкой, прикрыв глаза и откинувшись на подушку.
Целую как королевич спящую принцессу, легко касаясь сухих губ. Посмотрел на легкий румянец, покрывший щечки и попробовал провести транзакцию «поощрения». Перевод к удивлению прошел, и я принялся набирать комплексный обед, отдавая предпочтение быстро усваиваемым углеводам. Тут на первом месте сладости, и я наложил целую тарелку пирожных и большую кружку сладкого кофе с молоком.
— Уф! Теперь и помирать не страшно! — Девушка посмотрела на недоеденное и с сожалением отставила, запивая съеденное бодрящим напитком. — Потом доем… А то живот лопнет, когда ты внутрь полезешь. Она грустно улыбнулась и принялась разоблачаться.
— Я же сказал, что на секс не претендую, — а сам любуюсь небольшой, но симпатичной грудью показавшуюся в распахнувшемся комбинезоне.
— Зато теперь я претендую! Ты же не откажешься мне помочь? Может мне понравится, и я раздумаю умирать, — она наконец улыбнулась, преобразив свое личико из милого в пленительно прекрасное, блестя белым жемчугом меж коралловых губок, оживших после дозы питательных сахаров. Тут она закончила с одеждой и все возражения застряли в моем горле. Насильственная диета и природная конституция вылепили фигуру божественного создания, которое можно было смело поместить на священные полотна с изображениями святых. Хрупкую и невинную красоту не портила легкая худоба, вызывая желание и нежность. Хотелось ее потрогать и погладить, сопровождая руки глазами и вбирая в себя красоту, ощущение гладкости кожи, упругости стоячих грудок и сладость впадинки утонувшего пупочка. Девушка укоризненно посмотрела на одетого меня и пошевелила ручкой, чтобы я приступал поскорее. Что ж! Спасать красавиц! Что может быть благородней! Ха-ха! Я присел на кровать и принялся двумя ладонями делать эротический массаж вытянувшейся на спине девушке. Сначала ручки, плечи, животик, ножки… Разогнал кровь по телу, любуясь белизной кожи и невинной щелочкой в обрамлении темных волосиков. Дальше с трепетом касаюсь грудок с затвердевшими сосками, вызвав трепет ресниц и учащенное дыхание девушки. Черт! Ну почему опять девственница⁈ И не трахнешь как следует! Как вот ее спасать? Прошерстил свою эротическую «библиотеку» и остановился на оргазме от клиторального массажа.
— Разденься пожалуйста! «Умирающая невеста» изволила раскрыть глазки, когда я почти опустился руками к заветному местечку. — Никогда не видела в натуре голого парня. Буду вспоминать на том свете…
Хм. Пока не передумала помирать… Надо уважить! Скидываю одежку и раздвигаю ножки, вспоминая порнушечный фильмы. Вроде так… А? Не так? Понятно… Ориентируюсь на выразительное личико, которое как открытая книга подсказывала верность тех или иных действий, розовея щечками и семафоря бровками, когда я делал все правильно, и досадливо кривило губками, когда я слишком увлекался. Писечка увлажнилась и помогала мне, выполняя заложенное природой назначение, готовясь принять в себя мужское орудие, набухнув губками и приоткрывая крошечное отверстие в обрамлении белой пленочки. Моя принцесса постепенно впала в состояние полудурмана, сосредоточившись на своих ощущениях, которые требовали еще и еще, пока раздражение не скопилось в остром напряжении и выстрелило острой волной наслаждения, пройдя от очага скопления горячим цунами по животу, груди и ударяя в центр отвечающий за размножение, расположенный в симпатичной головушке.
Пора! Сказал сам себе, глядя на пульсацию покрасневшего пельмешка и еще более раскрывшегося отверстьица. Кажется, надо резко… И я примерившись засадил своего бойца, сминая хрупкую преграду. Девушка слегка вздрогнула, но то ли эндорфины нейтрализовали болезненные ощущения, то ли я хорошо ее подготовил, большей реакции не последовало, когда я пошевелил туда-сюда своим инструментом. Наоборот, девушка открыла глаза и пригласила руками прилечь на нее. Я осторожно прижался к хрупкому телу, придерживая вес на локтях и принялся иметь «чудо», которое распахнув необыкновенные ресницы прислушивалась к своим ощущениям внутри своего животика. Ощущения ей понравились и вскоре она уже прижимала меня к себе вскрикивая при каждом движении внутрь, дарящее наслаждение с капелькой боли. Вскоре она задрожала в преддверии оргазма, и я финишировал вместе с нею, придавив утонувшую во мне девушку всем своим весом. Все! Гасите свет!
Через долгое по ощущению время, мы выплыли в реальность, и я поспешил слезть с хрупкого тела, прислушиваясь к тяжелому дыханию. Вроде не убил… Или убил? Разглядываю кровь вокруг места нашего слияния.
— Как ты? Жива?
