Лайана отказывалась плакать. Отказывалась вспоминать предостережения Хелен. Вместо этого она перебирала в памяти события того дня у озерца, когда он поцеловал ее. Тогда он находил ее желанной. А сейчас…
Она спала плохо и проснулась еще до рассвета, когда почти весь лагерь спал. Поднялась, растирая затекшую спину, и поплелась в лес. Нагнувшись, чтобы зачерпнуть воды из ручейка, она вдруг ощутила на себе чей-то взгляд, обернулась и увидела стоявшего в тени человека. Охнув, Лайана прижала ладонь к горлу.
— Не покидай лагерь без охраны, — донесся тихий голос Рогана. Она вдруг остро осознала, что нагота прикрыта только тонкой шелковой туникой, а волосы распущены по плечам. На нем тоже были одни брэ и шоссы. Широкая грудь оставалась голой. Лайана шагнула к мужу.
— Я не могла заснуть, — тихо пояснила она, страстно желая, чтобы он обнял ее и прижал к себе. — Ты хорошо спал?
Роган нахмурился. Почему-то она казалась ему знакомой, уже где-то виденной раньше. Женщина выглядела довольно соблазнительной в сером предутреннем свете, но безумного желания он не испытывал.
— Возвращайся в лагерь, — бросил он, отворачиваясь.
— Просто невероятно, — выдохнула она, но тут же взяла себя в руки. По какой причине игнорирует ее этот человек? Джойс советовала сделаться незаменимой в его доме, заботиться о нем, ухаживать, и тогда он обратит на нее внимание.
Кроме того, они будут делить постель, напомнила она себе.
Он уже уходил, так что пришлось бегом догонять его.
— Сегодня мы доберемся до замка Перегринов?
— Замка Морей, — сухо поправил он. — Земли Перегринов захватили Говарды.
Она так спешила, что длинная туника то и дело цеплялся за камни и ветки.
— Я слышала о них. Они украли ваши земли и титул, верно? Иначе сейчас ты был бы герцогом.
Он резко остановился и устремил на нее гневный взгляд.
— Так ты на это надеялась, девочка? Выйти за герцога? Именно поэтому ты отвергла других и согласилась стать моей женой?
— Вовсе нет, — удивилась она. — Я вышла за тебя потому…
— Почему же? — настаивал он.
Не могла же она признаться, что охвачена вожделением. Что сердце колотится где-то в горле, стоит ему подойти ближе, и что она мечтает погладить его по груди.
— Вот вы где! — воскликнул Северн, появляясь рядом, чем спас Лайану от ответа. — Мужчины готовы ехать. Миледи, — приветствовал он, кивнув Лайане.
Он так пристально изучал ее, что она покраснела и украдкой взглянула в сторону Рогана проверить, заметил ли он. Он не заметил. И широкими шагами направился в лагерь, оставив Лайану. Ей пришлось брести позади братьев.
— Она красивее, чем я сначала посчитал, — заметил Северн брату.
— Век бы ее не видеть! Ни одна женщина, считающаяся чьей-то женой, пусть даже и моей, не интересует меня.
— А мне казалось, что ты будешь драться насмерть, если кто-то попытается отнять ее, — пошутил Северн, но едва слова сорвались с языка, как он пожалел о своей несдержанности. Десять лет назад враг действительно попытался отнять жену у Рогана, и он сражался так яростно, пытаясь вернуть ее, что двое их братьев были убиты.
— Нет, я не стал бы драться за нее. Если ты хочешь эту женщину, возьми ее, — тихо откликнулся Роган. — Она значит для меня меньше чем ничего. Все, что мне нужно, — ее золото.
Северн грустно покачал головой, но ничего не ответил.
Глава 6
К полудню впереди показался замок Морей. Более угнетающего зрелища Лайана не могла представить. Это было старомодное сооружение, выстроенное не для комфортной жизни, а для защиты от врага, и вот уже сто пятьдесят лет как в нем ничто не менялось. На проломанные во многих местах стены высыпали вооруженные люди. Похоже, замок не раз подвергался атакам и при этом ни разу не ремонтировался.
По мере приближения она ощутила запах. Запах, перебивавший даже вонь лошадиного пота и немытых тел рыцарей Перегринов. Смрад, исходивший от замка.
— Миледи, — прошептала Джойс.
Лайана не удостоила служанку взглядом. И смотрела прямо перед собой. Хелен предупреждала ее… но к такому она готова не была.
Сначала они подъехали ко рву. Все ночные горшки замка опустошались в воду, густую от многолетних испражнений, кухонных отходов и гниющих трупов животных. Лайана продолжала держать голову прямо, хотя остальные женщины кашляли и сотрясались в рвотных спазмах.
Они выстроились в ряд и проехали через длинную низкую арку. Над головой зияли три отверстия для усаженных шипами тяжелых железных ворот, которые в любую минуту могли быть обрушены на врага. Арка выходила во двор, который был вполовину меньше внешнего двора в отцовском замке, и все же людей здесь было в три раза больше. Сначала досталось ее носу, а вот теперь — ушам. Кузнецы стучали тяжелыми молотами по наковальням, собаки лаяли, плотники забивали гвозди в доски, мужчины орали друг на друга, перекрикивая шум.
Лайана не верила, что это происходит с ней. Но вонь конюшен и свинарников, которые не чистились годами, сбивала с ног.
Справа от нее взвизгнула служанка, и ее лошадь толкнула кобылу Лайаны. Та подняла голову, пытаясь понять причину испуга девушки. Оказалось, что уринал[3] на третьем этаже открывался прямо во двор и сейчас обильный водопад мочи лился по стене, брызгая во все стороны и падая в глубокую лужу грязи.
Окончательно запуганные женщины притихли, боясь сказать слово.
Справа от Лайаны высились две каменные лестницы: одна вела в донжон — одиночную башню, другая — в низкое двухэтажное здание с черепичной крышей. В этом маленьком замке господа и слуги жили вместе, и никто не замечал ни грязи, ни смрада.
Наверху лестницы стояли две женщины, оглядывая вновь прибывших. При виде Лайаны одна показала на нее пальцем, и обе рассмеялись. Судя по внешности, женщины были служанками, но вели они себя очень нахально. Ничего, она им покажет! Она отучит их смеяться над хозяйкой!
Девицы неспешно спустились вниз, и, пока обходили невысокую каменную стену, Лайана разглядела их фигуры. Обе — грудастые коротышки с тонкими талиями, широкими бедрами и густыми жесткими, грязными каштановыми волосами, заплетенными в длинные косы. Одежда обеих была узкой, груди едва не вываливались из выреза, а походку и манеру держаться иначе, чем наглой, не назовешь. Бедра вызывающе колыхались под юбками. Мужчины оборачивались и глазели им вслед.
Пока рыцарь помогал Лайане слезть с седла, служанки протиснулись к Рогану. Он орал на каких-то мужчин, требуя немедленно разгрузить фургоны, но Лайана заметила, как он оглядел девушек. Одна оглянулась и одарила Лайану таким торжествующим взглядом, что у той рука зачесалась дать ей оплеуху.
