Ты? Да моё сердце сейчас выпрыгнет от счастья! Меня обнял такой красавчик! Да теперь можно смело говорить, что эта жизнь прожита не зря. Но он всё равно отступил, явно нервничая, потому что думал, что мне не по себе от его присутствия и уж тем более прикосновения. Пришлось действовать быстро, чтобы парень не успел отойти достаточно далеко. Взяла его за руки и мягко улыбнулась.
— Господин… вы здесь…
— Я искал тебя, — отозвался Элвин, немного расслабляясь от того, что я сама взяла его за руки. — Не думал, что ты будешь тут прятаться. Всё хорошо? Ты грустила.
Да уж… как тут не грустить? У меня всё идёт не по плану. Не люблю это. Только упорядочишь одно, как другое валится из рук. Ещё бесит то, что тут практически всё построено на магии, но я понятия не имею, как ей пользоваться. Как мне справляться с элементарными бытовыми проблемами, когда тут и быт совершенно другой?
Эх… Но это ладно. Можно смириться. Но вот незваные родители. Моя маскировка может в миг разлететься по швам. И что тогда будет? Что скажут владельцы особняка? Что скажет сам Элвин? Более чем уверена, что парень разочаруется.
Нет, вы только гляньте на него. Он такой нежный, мягкий, добрый… Только рядом со мной может хотя бы немного проявлять эмоции, не боясь, что его осудят. Хотя он просто считает, что уровень развития Дурнушки не превышает пяти лет. Для него я ребёнок во взрослом теле, хотя всё совершенно наоборот. В любом случае, это знание даёт ему некое спокойствие и уверенность, что его не испугаются и примут таким, какой он есть. А теперь представьте, что в какой-то момент он узнает — его обманывали. И друга у него нет.
Боюсь… тогда мы не сможем поддерживать то общение, которое есть сейчас. А я этого так не хочу. Мне он так нравится. Так нравится!
Эх…
— Дурнушка, — вновь позвал меня герцог, приложив тёплую ладонь к моей щеке, чтобы я подняла взгляд и сосредоточилась на нём. Алые глаза слегка прищурились, выражая беспокойство. За окном появились лёгкие сгустки тумана. — Тебя кто-то обидел? Что-нибудь болит? Ты же знаешь: ты можешь говорить мне всё, что угодно.
Я люблю тебя! Ты само совершенство! Но этого я сказать точно не могу… И всё же кое-что можно попробовать провернуть. Как ни смотри, Элвин — сын герцога, который устраивал меня сюда на работу. У них в документах должны быть зафиксированы имена всех горничных. И моё в том числе. Но мне к документам доступ закрыт, а вот сыну… Во всяком случае, хотя бы просто глянуть. Вот только… как это донести до парня, не вызывая лишних подозрений?
— Элвин… — произнесла я, указав на герцога. Тот не смог сдержать лёгкой улыбки. Небо за окном тут же стало ярко-голубым, белоснежные облака похожи на плотненькие кусочки ваты, а деревья и растения в саду зацвели ещё сильнее. Весна — одним словом.
— Ты запомнила… — радовался герцог.
— Элвин… — повторила я, вновь указав на него, а после указала на себя, но ничего не сказала.
— Дурнушка, — решил помочь Элвин, но я лишь отрицательно покачала головой. Это заставило парня озадаченно приподнять брови. — Дур… хм, — отвёл взгляд. — Действительно… У тебя же должно быть своё имя. Мне крайне неловко, прости, — извинился Элвин, положив ладонь мне на голову и слегка погладив. — Ты мне скажешь, как тебя зовут?
На это я лишь вновь опустила взгляд и тяжело вздохнула. Я бы назвала, если бы мне хоть кто-то рассказал о нём. Может, я зря стараюсь? Ну, была бы Дурнушкой и дальше. Какая разница? А имя бы просто придумала.
— Ты его не знаешь… — неожиданно понял парень, наблюдая за мной. — Не знаешь своего же имени…
Ну, а как его узнать, когда все, кому не лень, обращаются к тебе, используя это глупое прозвище? Ладно, позже что-нибудь придумаю. Благо, теперь имеется голова на плечах.
— Не переживай, — произнёс Элвин, вновь обхватив моё лицо ладонями. — Я обязательно узнаю твоё имя. Просто чуть-чуть подожди, мой милый друг. Ты же не против, чтобы я пока к тебе так обращался?
Я тут же отрицательно покачала головой, мол, совсем не против. Более того, почувствовала, как сердце снова и снова пропускает удары. Ох, этот его голос… С таким голосом пусть хоть кочергой меня называет. Совсем не против.
— Я рад, — отозвался герцог, после чего обнял меня, словно пытался успокоить и утешить ребёнка, чтобы тот не плакал.
Вот только я совсем плакать не хотела. Скорее, думала о том, как бы удержать свои шаловливые ручки, которые так и тянулись прикоснуться к мистеру совершенство. Мне было немного страшно представлять, что он думает, когда прикасается к женщине-гусенице, у которой не тело, а сплошная жировая складка. Но Элвин слишком благороден, чтобы хотя бы дать понять, что ему неприятно.
Наоборот, его объятия стали ещё крепче, словно давали разрешение на то, чтобы и я обняла его в ответ. И как только мои ладони коснулись его спины, услышала женский голос со стороны:
— Что… вы делаете?
Я и Элвин резко сделали шаг друг от друга и посмотрели на источник. Ну, конечно… Кто бы мог подумать? Это была моя милая и прекрасная во всех отношениях сестрёнка — Аннабель. Само очарование и красота. Она улыбалась и с любопытством смотрела то на меня, то на Элвина.
Вот честно, сестра, ты вообще не вовремя. Я практически смогла облапать Элвина во всех местах, а тут ты, как снег на голову. Чего надо?
— Сестрёнка, я тебя нашла! — улыбнулась Аннабель, решая начать игнорировать герцога, хотя перед этим всё же соблюла приличия и слегка склонила в реверансе голову. — Родители скоро прибудут, так что я пока хотела побыть с тобой и попить чай. Составишь мне компанию, Дурнушка?
Ох, ну конечно! Опять нужна личная прислуга в стиле «принеси, унеси, пошла вон». Хотя не сказать, что Аннабель плохой человек. Она ведь главная героиня и всегда так себя вела. Но когда это читаешь в книгах, то на подобное даже не обращаешь внимания. Поступаешь как культурный читатель — молча пролистываешь страницы и идёшь дальше. Но вот они… непрочитанные странички мстят мне. И теперь всё приходится не просто читать, а буквально просматривать в режиме реального времени со всеми возможными спецэффектами.
— Угу… — кивнула я, понимая, что вариантов у меня не много. А напоминание о родителях вновь испортило настроение. Блин… нужно было всё же полапать Элвина.
Чёрт… Такой шанс был!
— Ваше Сиятельство, — неожиданно произнёс
