— С чего вы решили, что я гуляю?
Взгляд серо-голубых глаз незнакомки окинул Алану с ног до головы.
— Я так не решила. — медленно проговорила женщина. — Но и лезть с расспросами ко всем подряд не в моих правилах. Но теперь между нами начался диалог. Так что спрошу: милая, у вас проблемы? Видок у вас не очень.
Возница ухмыльнулся и сплюнул на дорогу, покрытую мелкой белесой пылью. Она поднималась от малейшего дуновения и забивала глаза и нос. А еще оседала на влажной коже, отчего та начинала зудеть. Алана почесала украдкой руку, представляя, как ужасно выглядит.
С другой стороны, осенило девушку, а ведь можно попробовать сыграть на этом.
— Просто я сбежала от мужа. — она постаралась, чтобы голос дрогнул.
— Вот как. Он вас бил?
— Вроде того. — девушка лихорадочно вспоминала все соседские скандалы. — Бил, пил, проиграл все в карты, в том числе и дом. Теперь вот валяется где-то, как свинья. Я с ним жить не желаю. Да и негде, жить-то!
Она вдруг представила такую картину и словно внутри прорвало что-то. Слезы хлынули сами собой, унося напряжение последних дней. Алану затрясло так, что она вынуждена была сесть прямо на землю. Все, все, что пришлось пережить, потерять и узнать, теперь выливалось наружу вместе с истерическими всхлипываниями и слезами.
— Ну тише, тише. — ласковый голос вторгся в царство слез. Шмыгнув распухшим носом, Алана разлепила мокрые ресницы и прямо перед собой увидела лицо незнакомки. Так близко, что можно было разглядеть тонкие лучики морщин в уголках глаз и по обеим сторонам рта. Женщина присела рядом с Аланой, не боясь испачкать светлый наряд и ласково гладила девушку по голове, приговаривая:
— Поплачь, выплесни все и сразу станет легче. Вот так, да. Возьми платок. А теперь успокаивайся, все самое ужасное позади. Скажи, у тебя здесь вообще нет родственников? Или тех, к кому бы ты могла пойти?
Алана мотнула головой и прерывисто вздохнула: слезы пошли на убыль. Так же, как летний дождь: шумный, но недолгий. Зато сразу внутри стало чуть легче.
— Совсем не к кому?
— Нет, — девушка выпрямилась и посмотрела в глаза собеседнице, — мы приезжие. Месяц назад приехали, думали начать новую жизнь.
— И начнешь. — женщина встала и крикнула вознице. — Вэл, помоги девушке сесть в повозку. Как тебя зовут, милая?
— Алана.
— А меня Талена, у меня гостиница неподалеку. И не хватает рабочих рук. — почему-то при этой фразе, Вэл, поддерживающий Алану под руку осклабился, показывая почерневшие зубы. Девушка не обратила на него внимание. После спонтанной истерики она вообще чувствовала себя обессиленной. Словно организм, работавший в экстренном режиме, понял, что в безопасности и расслабился. Да так, что подкашивались ноги и кружилась голова. Как в тумане Алана села в повозку, автоматически отвечая на вопросы Талены. Не болеет ли она чем-нибудь, как здоровье, не беременна ли и все в таком духе.
— Работа у меня в гостинице довольно тяжелая, — пояснила Талена свой повышенный интерес к Алане, — мало кто выдерживает долго, поэтому мне нужна крепкая здоровая работница.
И резко проговорила Вэлу, сидевшему впереди.
— Подъезжай к черному входу. — и, совсем другим тоном, обращаясь к Алане, добавила. — Все, расслабься, я тебе помогу. Выпей, это тебя немного успокоит, а то ты вся дрожишь.
Алану и впрямь трясло так, что слышался стук зубов. Взяв предложенный пузырек, она, поколебавшись, все же сделала глоток.
И правда стало легче. Дрожь прошла, в голове стало пусто и легко. Алана откинулась назад, чувствуя себя пушинкой, какие во множестве реяли летом в степи. Дунь — и взлетит высоко, к солнцу. Алана улыбнулась и подумала, что ей повезло встретить такую замечательную женщину, как Талена. И вообще все вокруг милые, даже грубоватый Вэл. Девушка с умилением повертела головой, разглядывая довольно узкую пыльную улицу с пробегающими вдоль домов людьми. В основном это были крепкие громкие мужчины.
— Это порт, девочка. — заметила ее взгляд Талена. — Люди прибывают сюда и хотят хоть немного отдохнуть перед тем, как отправиться дальше. А я даю им этот отдых.
— Вы такая добрая! — с жаром проговорила Алана. Женщина лишь улыбнулась и снова провела рукой по ее волосам, заметив:
— Первым делом — примешь ванну, а то на тебя без слез не взглянешь.
Ванная! Девушка представила теплую воду, которая смоет всю грязь и едва не потребовала, чтобы повозка ехала быстрее. Ванная и постель — все, что ей надо. Даже еда отошла на второй план, хотя желудок уже давно подавал сигналы голода.
Проехали сквозь пыльные раскаленные улицы и выехали на перекресток, вдоль которого расположился небольшой шумный рынок. Повозка, поднимая тучи белесой пыли, проехала мимо деревянных прилавков и завернула за двухэтажное желто-белое здание с плотно зашторенными окнами. Сквозь ленивую розовую дымку в глаза, Алана заметила распахнутые двухстворчатые двери, сквозь которые то и дело проходили мужчины. Затем повозка завернула за угол и остановилась у неприметной, но крепкой двери. Из нее как раз выглянула какая-то девица в коротком платье с разрезом до пояса. Увидев подъехавших, тут же скрылась внутри, словно ее и не было.
Талена, поддерживая Алану, помогла ей добраться темными душными коридорами до второго этажа. Там отвела в небольшую комнату, обставленную в бордово-красных тонах.
— Сейчас все принесут. — она усадила девушку на широкую — Алана таких не видела раньше — деревянную кровать с толстым шуршащим матрасом. После чего скрылась за дверью, плотно прикрыв ее. Отрезав весь шум, царивший в здании.
Оставшись одна Алана огляделась. Да, комната совсем небольшая, едва вмещает в себя кровать, пару стульев и скрипучий шкаф в дальнем углу. Заметив узкую дверцу, девушка встала и потянула ее на себя, открывая совсем уже крохотное помещение с табуреткой, дырой в полу и двумя ведрами. Видимо, так здесь выглядела ванная комната. А, судя по запаху, ее использовали и в качестве сортира.
Алана резко обернулась на звук открывшейся двери. Две девушки, в штанах и плотных рубашках, внесли два ведра с горячей и холодной водой, сверток с одеждой и поднос с едой.
— У тебя полчаса. — буркнула одна, ставя поднос на край кровати.
— А потом?
— А потом придут общаться. — неприветливо откликнулась девица и вышла, поманив за собой вторую. Дверь опять захлопнулась, перекрыв доступ звукам. Теперь они были слышны едва-едва. Кто-то за стеной постанывал, словно ему снился кошмар, кто-то чем-то стучал. Где-то слышались громкие голоса.
«Шумные какие постояльцы», — Алана торопливо скинула грязную одежду и едва не мурлыча от удовольствия смыла с себя всю дорожную пыль. Потемневшая вода с журчанием исчезала в круглой дырке, пробитой посредине ванной комнаты.
