летом.
С середины тридцатых годов изменился и образ советской женщины. Она снова могла выступать хранительницей домашнего очага, женой и матерью и с чистой совестью наслаждаться подобающей ей роскошью, включая все украшения, аксессуары и платья, пропагандируемые в советских модных журналах «Искусство моды», «Ателье» и прочих. Спросом пользовались не простота и скромность, но «величие, классицизм, уникальность и изысканность» 104.
Парфюмерное производство также переводится на плановые рельсы. Следуя пафосу пятилетки, ему предстояло стать, как сказал бы Огюст Мишель, Днепрогэсом, то есть самым крупным парфюмерным производством Европы[18]. Мишель основал советскую школу парфюма: Павел Иванов и Алексей Погудкин продолжили его дело. В свое время Вальтер Беньямин задавался вопросом, не слишком ли дорого обойдется перевод моды на плановые рельсы, если он увеличит вал и ширпотреб, но повлечет за собой смерть моды как самого чувствительного выражения общественных настроений, как предощущения Грядущего 105.
Неизвестно, что произошло с Мишелем в 1937 году. Его следы теряются, и нам остается только строить догадки. Может быть, он избежал гибели, взяв фамилию жены (он был женат на советской гражданке); может быть, уехал из Москвы, и его поглотила анонимность бескрайней страны. Но скорее всего, его исчезновение связано с репрессиями ежовщины. Мишель был иностранцем, кроме советского, имел французское гражданство. Иностранный специалист легко мог вызвать подозрения и быть репрессирован как шпион, диверсант, агент вражеской разведки. Мишель был буржуа по происхождению, к тому же работал в отрасли, производящей предметы, роскоши, — и уже только поэтому обречен на гибель. Неизвестна и судьба Андрея Алексеева, дизайнера, который вместе с Мишелем перешел от Брокара в «Новую зарю» 106.
Но точно известна судьба Михаила Лоскутова, бравшего интервью у Огюста Мишеля. Лоскутов, по свидетельству Константина Паустовского, был советским писателем молодого поколения, членом Союза писателей. Он родился в 1902 году в Курске, проживал в Москве, его последний адрес: Каретный переулок, 3, квартира 2. Двенадцатого января 1940 года был арестован, судим Высшим военным трибуналом и приговорен к смерти за «участие в контрреволюционной деятельности террористической организации». Его расстреляли 28 июля 1941 года, то есть вскоре после нападения Германии на Советский Союз, когда ввиду наступления вермахта НКВД спешно ликвидировал многих арестованных 107.
В павильоне СССР на Всемирной выставке 1937 года была представлена широкая панорама советского образа жизни, в том числе дизайн, мода и косметика. Знаменитости советского дизайна и парфюмерии приехали в Париж. Огюст Мишель мог бы легко встретить там Эрнеста Бо, который наверняка посетил эту эффектную экспозицию, как и все другие, кто имел дело с русской диаспорой во Франции. Труппа Дягилева тоже выступала на территории Выставки у подножия Эйфелевой башни. Модель Дворца Советов была одним из самых посещаемых экспонатов, но достойный ее аромат не был представлен в Париже.
Духи «Красная Москва» получили высшую награду на ВДНХ, где была устроена Всесоюзная выставка легкой промышленности. На рекламном плакате Алексея Вольтера монументальные флаконы «Красной Москвы», повторяют силуэты Кремлевских башен. Как будто полное слияние этого аромата с центром государственной власти еще нуждалось в демонстрации 108.
Соблазнительный аромат власти. Коко Шанель и Полина Жемчужина-Молотова. Две карьеры в XX веке
Историческое событие — Русская революция — привело к тому, что от одного дореволюционного парфюма ведут свое происхождение два, «Любимый букет императрицы Екатерины II» превратился в «Chanel № 5» и «Красную Москву». Это расхождение линий развития воплощается в судьбах обоих парфюмеров, Эрнеста Бо (Париж) и Огюста Мишеля (Москва), и материализуется в различных производственных стратегиях частного предприятия Шанель, с одной стороны, и советского госпредприятия ТЭЖЭ — с другой. Обе марки утоляли жажду красоты во времена войны и разрухи и символизировали расставание с миром, чье время истекло.
Искусственные ароматы XX века создаются в контексте насилия и соблазнов. В этой главе мы попытаемся проследить связь между миром ароматов и аурой власти 109. Эту связь не нужно доказывать или притягивать за уши, ее достаточно обнаружить, все прочее завело бы нас в дебри историософии.
Мы не знаем всего, но знаем очень многое о Коко Шанель и ее мире. Но что мы знаем о мире, пропитанном запахами фирмы «Новая заря», и, прежде всего, о ее самом знаменитом продукте — «Красной Москве»? Шанель слишком знаменита, слишком успешна, ее забыть невозможно. О наркоме Полине Жемчужиной-Молотовой мы знаем, в общем, лишь то, что она была женой советского министра иностранных дел Молотова и в сталинское время пять лет отбывала заключение в лагере. О том, какую большую роль она сыграла в развитий советской парфюмерии и косметики, мы забыли 110.
Габриель Шанель родилась 19 августа 1883 года. Она выросла во французской провинций и рано ступила на орбиту власти не потому, что хотела заниматься политикой, но потому, что как партнерша богатых и влиятельных мужчин рано попала в круг власть имущих 111. В глазах этих мужчин она была всего лишь их аксессуаром, а она была женщиной, которая никогда не жертвовала своей самобытностью и независимостью. Скорее, это она использовала мужчин и их окружение, усваивая чуждый ей опыт и правила светской жизни и светского обхождения. Красивая, энергичная, любознательная и саркастичная, она всю жизнь училась, вращаясь в среде своих любовников. Она умела заводить самые неожиданные знакомства с сильными мира сего. В Рояль-Лье под Компьенем, охотничьем замке Этьена Бальсана, она встречает британского денди Кейпела (Бой), а тот вводит ее в высший свет Довиля, Биаррица и Парижа и знакомит со своим приятелем, премьером Франции Клемансо, и самым богатым человеком Британии герцогом Вестминстерским (Бендор). Она многие годы поддерживает тесные контакты с английской аристократией, живет то в Париже, то в своей лондонской квартире в Майфере. Шанель можно увидеть на многих фотографиях с Уинстоном Черчиллем (их близкое знакомство сыграет важную роль в ее будущем). «Метро-Голдвин-Майер» приглашает ее в Лос-Анджелес, где она получает возможность не только одевать звезд Голливуда, но и на практике изучать законы, по которым работает современный рынок — рынок общества потребления. Будучи уже знаменитым модельером, она принимает у себя принца Уэльского, с которым была на «ты» (Давид). Она поселяет на своей вилле великого князя Дмитрия Павловича, с которым ее связывали и любовь, и реакционные взгляды. Она становится не только законодательницей моды, но и приобретает влияние в политических кругах парижского общества, особенно в неспокойное время между войнами, когда к власти пришло правительство Народного фронта. Забастовку
