Он привез Кэролайн в свой любимый мексиканский ресторанчик, и вкуснейшие такосы и ледяная «Маргарита» заставили ее забыть обо всех своих волнениях и страхах. Во время ужина Джо пил исключительно воду, это показалось Кэролайн забавным.
— А я думала, пилоты на отдыхе не прочь хорошенько заложить за воротник!
— Большинство из нас действительно нуждаются в алкоголе, — лениво протянул Джо.
— Но не ты?
— Никогда. Есть очень четкая граница, после которой ты не должен пить, если хочешь лететь на следующий день. Но я смотрю на это еще серьезнее; мне нужен абсолютный контроль над собой и над машиной. — Он приподнял свой стакан с водой, — и не только поэтому. Я метис. Я не пью. Никогда.
Кэролайн коротко кивнула, признавая мудрость его слов.
— Но если это так опасно, почему же пилоты все-таки пьют?
— Чтобы расслабиться. Когда долго находишься в таком напряжении, с бурлящим в венах адреналином, то очень тяжело спуститься с небес на землю. Наши жизни все время на грани смертельной опасности, даже во время обычных полетов. Черт возьми, что я говорю — не бывает никаких «обычных» полетов!
Кэролайн открыла было рот, приготовившись спросить кое-что о «Крошке», но вовремя вспомнила, где они находятся, и решила отложить все вопросы до более подходящего момента.
После обеда она спросила:
— Что теперь? — и тут же пожалела о своем вопросе. Еще она пожалела, что пила эту «Маргариту», теперь-то она хорошо поняла слова Маккензи о необходимости абсолютного контроля над собой.
— А теперь, дорогая, мы немножко поиграем.
Когда он сказал «поиграем», он имел в виду именно то, что сказал. Через десять минут они были на площадке для мини-гольфа.
Кэролайн неуверенно взвесила на руке клюшку.
— Я никогда не играла в гольф…
— Похоже, мне придется научить тебя массе вещей, — многозначительно ответил Джо, но голос его снова был чересчур уж спокойным.
Кэролайн нахмурилась и подняла клюшку, как крикетную биту.
— А может, и не придется!
Он вдруг поцеловал ее — так быстро, что Кэролайн не успела даже опомниться, не успела заметить, как он выхватил клюшку из ее рук, она увидела только неясное стремительное движение.
— Первое правило, — объявил Маккензи, обнимая Кэролайн и поворачивая ее спиной к себе. Правильно поставив ее руки на ручку клюшки, Джо показал ей, как нужно замахиваться и бить по мячу, стараясь тщательно рассчитать силу удара. — В мини-гольфе требуется не сила, а верный глаз и координация.
Джо ловко положил мяч в первую лунку.
— Подумаешь! Ты же умел это и раньше! — фыркнула Кэролайн.
— Как и многое другое, заметь. Внимание, правило-второе — каждая твоя оплошность автоматически дает мне право на пенальти.
— Отлично. Дополнительные удары означают, что игра продлится дольше.
Кэролайн собиралась бросить ему мяч, но вместо этого расхохоталась и добавила Джо дополнительный удар. Правила есть правила.
К большому удивлению Кэролайн, оказалось, что у нее есть и необходимый глазомер, и нужная сила, и точность удара. Она оказалась серьезным соперником, хотя играла впервые. Маккензи же был слишком агрессивен, чтобы позволить ей выиграть хотя бы первую игру, он твердо решил победить, используя все свои преимущества. Кэролайн тоже сосредоточилась на игре, поэтому оба действовали в полном молчании.
Он вынужден был признать, что они закончили вничью.
— Давай сыграем еще раз, — предложила Кэролайн. — Победит тот, кто выиграет две из трех.
— Идет.
Пришлось сыграть еще пять игр, потому что две закончились вничью. Маккензи выиграл первую партию, Кэролайн вторую, следующие две прошли вничью, и наконец Джо закончил пятую игру с перевесом в одно очко.
Нахмурившись, она отложила клюшку, и Джо вспомнил ее лицо вчерашним вечером, когда автомат глотал ее четвертаки. Тогда ему показалось, что она готова вот-вот расколотить однорукого бандита, но тут он наконец сдался и расплатился сполна… Вне всяких сомнений, Кэролайн не любит проигрывать. Маккензи прекрасно понимал ее — он и сам не любил.
На обратном пути к базе Джо неожиданно сбросил скорость, свернул с дороги и без остановки проехал полкилометра по пустыне. Остановившись, он выключил фары и мотор, ночная тишина влилась в кабину через открытые окна.
— Ты готова еще к одному уроку?
Кэролайн растерялась.
— Смотря к какому?..
— К парковке.
— Спасибо, но когда я получала права, я прекрасно сдала этот экзамен.
Он усмехнулся в ответ на ее раздражение, он прекрасно понимал, что под ним Кэролайн прячет свое волнение.
— Вот правила нашей новой игры. Правило первое — я не собираюсь овладевать тобой прямо здесь. Это должно произойти в постели, а не на переднем сиденье грузовика. Правило второе: мы почти не трогаем одежду, потому что в противном случае твой первый раз все же произойдет на сиденье грузовика.
Она откашлялась.
— Звучит успокаивающе.
— Именно так. Это и есть цель нашей парковки и игры.
Джо засмеялся, оставил руль и привлек Кэролайн к себе на колени. Еще одно движение — и вот уже он полулежал, прислонившись спиной к двери и вытянув ноги на сиденье, а Кэролайн оказалась тесно прижатой к спинке сиденья. Она лежала с запрокинутым кверху лицом и Маккензи нежно поцеловал ее. Губы Джо были горячи и требовательны, они заставили Кэролайн напрочь забыть о времени… Наслаждение наполнило ее тело, руки сами собой взметнулись и обвились вокруг его шеи.
Маккензи накрыл ладонью ее грудь, и Кэролайн испуганно рванулась. Он крепко сжал ее в объятиях, подавляя этот инстинктивный протест, — и Кэролайн осталось только жалобно пискнуть и покориться. Но вот прошел первый шок, и она начала всхлипывать от наслаждения, соски ее затвердели и набухли под легкой блузкой.
— Тебе так нравится? — прошептал Джо. — Или ты хочешь, чтобы я остановился?
Ей нравилось это, возможно, даже слишком нравилось, и она совсем не хотела, чтобы он остановился. Она почувствовала, как расплавленный огонь растекся по ее телу и достиг бедер. Сильные пальцы Джо медленно мяли ее грудь, стараясь не причинить боли, вот они достигли твердого соска и стиснули его через ткань блузки. Кэролайн застонала от сладкой боли и страстно изогнулась.
— Кэролайн, — шепнул он, — ты хочешь, чтобы я остановился?
— Не останавливайся! — хрипло выдохнула она. — Пожалуйста, не останавливайся!
Джо успокаивающе поцеловал ее.
— Не буду. Я собираюсь расстегнуть твою блузку и запустить под нее руку. Ты не против?
Как только он прошептал это, Кэролайн уже знала, что хочет почувствовать его руку на своей обнаженной груди, что она больше не в силах выносить того барьера, который возвела между ними эта дурацкая блузка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
