В записке говорилось:
«Достопочтенный мистер Джошуа Ватерпуф получит пять тысяч фунтов стерлингов, если ему удастся оправдать тауэрского арестанта или устроить его побег.
«Морские разбойники».
Мистер Джошуа был человек продувной, и покровители Ольдгама не могли сделать лучшего выбора. Это был постоянный адвокат всех столичных мошенников и злодеев, знавший отлично всех служащих в тюрьмах и имевший самые точные сведения о том, кого и за сколько можно подкупить.
Когда знаменитый адвокат вышел из тюрьмы, к нему подошел какой-то нищий и знаком пригласил следовать за собой. Бросив кругом быстрый взгляд и убедившись, что за ними никто не следит, мистер Джошуа свернул в глухой переулок и остановился.
Нищий не замедлил подойти и сказал:
— Не правда ли, какая прекрасная погода, мистер Джошуа? Даже не по сезону.
— Действительно, — отвечал адвокат, — в Лондоне очень редко выдаются такие чудные дни.
— Не внушает ли вам это некоторого желания прокатиться по Темзе, мистер Джошуа? У меня наготове лодка с шестью гребцами… Превосходная лодка… Она сможет доставить вас, куда только вам заблагорассудится… Например, в Саутварк…
— В Саутварк?.. Да, там очень хорошо… Что же, я готов, благо, представляется удобный случай.
— Соглашайтесь, мистер Джошуа, вы не раскаетесь. Лодка стоит вот здесь, около моста.
Нищий пошел впереди, Джошуа Ватерпуф последовал за ним. Они скоро дошли до того места, где стояла небольшая изящная шлюпка. Нищий предложил адвокату войти в нее. Усаживаясь, мистер Джошуа повернулся к нищему спиной на несколько секунд, а когда обернулся, был очень удивлен: вместо грязного нищего в лодке сидел молодой, элегантный флотский офицер с капитанскими нашивками. Борода и парик были небрежно брошены на скамью.
— Кажется, я имею честь говорить с адвокатом мистером Джошуа Ватерпуфом? — спросил офицер.
— Совершенно верно, сэр.
— Пожалуйста, извините меня за это переодевание и вообще за странный способ знакомиться, но, так как я не знал вас в лицо, я боялся вместо вас обратиться к кому-нибудь из служащих тюрьмы. Подобная ошибка могла иметь для меня весьма прискорбные последствия.
— Я понимаю. Одним неосторожным словом можно было все погубить, тогда как прогулка по Темзе…
— Осталась бы прогулкой по Темзе — и только, даже если бы вы оказались не мистером Джошуа Ватерпуфом, — с улыбкой договорил офицер.
— Предположим, что я не мистер Джошуа Ватерпуф, — сказал, игриво улыбаясь, адвокат. — Что бы вы тогда сделали?
— Я бы выбросил вас в воду, проезжая под мостом, — ответил офицер, улыбаясь не менее игриво.
— Ах, черт возьми! — воскликнул адвокат. — Только вы, пожалуйста, не думайте, что ошиблись: ошибки никакой нет.
— Но ведь я вам еще не сообщил ничего такого, чем бы вы могли злоупотребить, — возразил офицер. — Следовательно, вы ничем не рискуете… За весла, ребята! — прибавил он, обращаясь к гребцам.
«С этими людьми шутки плохи, — подумал Джошуа. — Вот никак не предполагал, что среди „Морских разбойников“ есть офицеры флота».
Подгоняемая шестью парами весел, лодка быстро скользила по Темзе.
Офицер сел на скамейку рядом с адвокатом.
— Я вижу, мистер Джошуа, что запугать вас не так легко, — начал он.
— Гм… Как вам сказать! В некоторых случаях, напротив, я бываю очень осторожен.
— В каких же это, например?
— Да вот хотя бы в данном случае. Ведь я не знаю даже, куда меня везут.
— Понимаю, к чему вы клоните, мистер Джошуа, но, к сожалению, я не могу удовлетворить ваше любопытство.
— Ах, Бог мой, да я вовсе и не желаю ничего знать. Вы просили меня привести вам пример, вот я и привел его. В конце концов, человек я терпеливый и умею ждать, когда нужно. Часом раньше, часом позже, не все ли равно.
— И опять я вынужден вас разочаровать, мистер Джошуа, — возразил офицер. — Вы ни через час, ни через полчаса, никогда не узнаете, куда вас везет эта лодка.
— Но ведь это низость! — возмутился адвокат, вскакивая на ноги и ожесточенно размахивая руками. — Это похищение!.. Это западня!.. Извольте меня сейчас же высадить на берег, иначе я начну против вас дело о незаконном похищении.
— Помолчите, мистер Джошуа, — сказал офицер. И, вынув из-за пояса пистолет, он, как бы невзначай, направил его дуло на адвоката.
Почтенный адвокат, по-видимому, питал неизмеримое уважение к огнестрельному оружию, так как сейчас же успокоился и, усевшись на свое место, замолчал.
— Так-то лучше, сэр, — одобрительно заметил молодой человек, в котором читатель, наверное, узнал уже капитана
Билля. — Вы становитесь благоразумны. Да, по правде сказать, оно и стоит того. Ради пяти тысяч фунтов стерлингов можно потерпеть немножко. А теперь я вынужден буду завязать вам глаза, так как мы подъезжаем…
— Завязывайте, сэр, — жалобно простонал адвокат, побледнев, как мертвец. — Завязывайте, я всему покоряюсь.
— Подумайте, сэр, — ласково проговорил Билль, — если « вам обещают пять тысяч фунтов стерлингов, значит в ваших услугах нуждаются; поэтому вы можете быть совершенно спокойны за себя.
С этими словами он достал из кармана платок и завязал им глаза Джошуа, который и не подумал оказать ни малейшего сопротивления.
— Я не злоупотреблю вашим терпением, сэр, — продолжал Билль. — Через пять минут повязка будет с вас снята.
И он громким голосом отдал команду гребцам:
— Легче, легче! Не ударьтесь бортом! Причаливайте!
Адвокат почувствовал, как лодка получила легкий толчок и остановилась. Где же они находились?
Джошуа рассчитал по времени, что дальше Саутварка они не уехали, но этим ограничивались его догадки.
Новый приказ, отданный капитаном, ясно подсказал ему, что лодка причалила к какому-то кораблю.
— Эриксон, — крикнул капитан, — бросьте нам веревку.
— Есть, капитан!
— Привяжите покрепче это кресло.
— Есть, капитан!
«Очевидно, они не хотят, чтобы я видел и корабль, — подумал Джошуа, — и поднимают меня на борт со всеми почестями, на которые имеет право слепой».
Почтенный адвокат не ошибся.
Его усадили в приготовленное кресло и подняли на палубу. Там встретил его поднявшийся по трапу Билль и, взяв за руку, повел куда-то. Через несколько минут Джошуа почувствовал у себя под ногами мягкий ковер. Дверь затворилась за ним, и повязка, как бы по волшебству, слетела с его глаз.
ГЛАВА XIII. Пять тысяч фунтов стерлингов
Джошуа увидел, что находится в большом салоне, в котором, казалось, были собраны все богатства пяти частей света: кашмирские ковры, китайские и японские вазы, саксонский и севрский фарфор, венецианские зеркала в рамах из слоновой кости, разноцветный богемский хрусталь, гобелены, лионский бархат, русская кожа, редкие картины… Все это делало комнату похожей на какой-то музей редкостей.
