сделан для того, чтобы его пили!
А девушки, чтобы их любилиии.
Давайте любить каждый свою половинууу,
И никто не будет ревновать!
Пей сидр, Лау, сидр хороший!
Кружка, кружка, пол-литровкааа…
— Тьфу ты! — один из охранников сплюнул и посмотрел на товарища. — Давай уже уберемся подальше от этого места, Корни! Меня сейчас стошнит!
Он швырнул мне под ноги несколько монет, и, ни разу не оглянувшись, мужчины покинули двор таверны.
Я бросилась к Риви и, упав перед ней на колени, принялась хохотать. Она тоже засмеялась и, обнявшись, мы еще долго не могли остановиться, испытывая радость от нашей маленькой победы.
Успокоившись, я кое-как отмыла лицо в бочке с дождевой водой, потом мы собрали горшки и только тогда вернулись в таверну.
— Почему так долго? — старушка наливала в большой кувшин эль из дубового бочонка, и по всему залу витал аромат «пьяной карамели».
— Немного посидели на свежем воздухе, — ответила я и кивнула на корзину с бельем. — Куда его?
— Оставьте, я сама разберусь с ним, а вы идите к Кетти, она уже нагрела воду для купания.
Оказалось, что купались все в прачечной, находящейся возле кухни. Там уже горел очаг, и было жарко, как в парной. Возле стены стоял стол с тазами, ковшами и стиральными досками разных размеров, рядом с ним находился деревянный ящик, полный темных брусков с характерным щелочным запахом, огромная бочка с водой и две бадьи разного размера. Самая большая была установлена у очага и застелена простыней для удобства. Возле нее, на столике, покрытом мыльными разводами, лежали банные принадлежности и мягкая ткань для обтирания.
В комнату вошла Кетти и, сняв с крюка чан с кипящей водой, вывернула его в бадью.
— Разбавляйте холодной, — она сунула мне здоровенный ковш. — И недолго тут, мне еще Розмари купать.
Мы быстренько разбавили кипяток, и забрались в бадью, испытывая настоящее блаженство.
— Ты знаешь, а мне понравилось сегодня, — вдруг сказала Риви, хитро улыбаясь. — Это было так… и страшно, и весело в одно и то же время!
— Согласна, мы повеселились, — согласилась я, но тут же добавила: — только пусть таких происшествий будет как можно меньше… Иначе мое сердце не выдержит!
Но если быть честной, во мне росла уверенность, что наши приключения только начинаются.
— Что они делали здесь, неужели искали нас? — сестра боялась, хоть и получала удовольствие от происходящего. — Как-то быстро…
— Нет, охрана герцога свернула не туда, и дорога привела их к таверне. Кто знает, откуда они ехали, но точно не по наши души, — успокоила я Риви. — Не думай об этом.
Помывшись, мы вынесли грязную воду и заглянули на кухню, где госпожа Розмари и Кетти пили чай.
— А вот и наши пташки, — добродушно произнесла раскрасневшаяся хозяйка таверны. — Сушите волосы у очага, а мы с Кетти пойдем купаться. После, как я и обещала, выпьем настойки и кое-чем займемся…
— Чем? — я с интересом посмотрела на нее, и старушка взглядом указала на нечто, лежащее на столе и накрытое темной тряпицей.
— Посмотри.
Я осторожно приподняла кусок материи и вздрогнула, когда возле моего уха ахнула Риви.
— Это ведь карты Призрачной королевы!
— Так и есть, милочки, — довольно улыбнулась госпожа Розмари. — Сегодня вечер гаданий. Даже погода благоволит нам.
За окном громыхнуло, и я с неким непонятным волнением, посмотрела на изображение верхней карты. «Дама пылающей розы — страсть».
-------
В тексте использована старинная ирландская песенка.
Глава 15
Женщины ушли купаться, а мы с Риви уселись у очага и распустили свои длиннющие волосы.
— Это так интересно! — сестра возбужденно поглядывала на карты. — Удивительно, что госпожа Розмари умеет гадать на них! Такое умение ведь не каждому дано!
Мне очень хотелось узнать хоть что-нибудь об этих удивительных картах, но не могла же я спросить напрямую?
— Помнишь, Ларина рассказывала нам о них? — спросила Риви и я отрицательно покачала головой.
— Ни слова! А что она рассказывала?
— Ты такая невнимательная! — воскликнула сестра и, откинув волосы на спину, быстро заговорила: — Карты Призрачной королевы всегда показывают оборотную сторону событий! Они пробираются в самые сокровенные уголки твоей души и копошатся там, выискивая тайны! Ими могут пользоваться только настоящие колдуньи!
— Ты хочешь сказать, что госпожа Розмари колдунья? — я не сдержала улыбки. — Ты-то сама веришь в это?
— Возможно, она и не похожа на калех[6], но карты говорят об обратном! — прошептала Риви, оглядываясь на двери. — Госпожа Розмари разбирается в травах, не боится ночевать в лесу и варит сосновый мед!
Калех… Похоже так называют ведьм или колдуний. Нужно запомнить. Но причем здесь сосновый мед? А, ладно…
— Говорят, Призрачная королева — богиня судьбы, создала эти карты из черного мха, кровавой розы и ночного тумана, а потом научила пользоваться ими своих самых способных учениц, и они передавали эти знания из поколения в поколение! — с горящими глазами продолжала просвещать меня сестра. — Я тебе точно говорю, госпожа Розмари — калех!
— Ты что, боишься ее? — мне, конечно, были интересны все эти местные мифы и легенды, но в паранормальщину я не верила, поэтому относилась ко всему с юмором.
— Нет… — Риви пожала плечами. — Мне кажется, госпожа Розмари добрая женщина… Но я с удовольствием поучаствую в гадании!
Когда женщины вернулись на кухню, я уже сама горела от желания узнать свое будущее, которое могли мне напророчить столь удивительные карты.
— Готовы, голубки? — госпожа Розмари вся сияла после купания, и даже ее голос стал намного мягче. — Давайте-ка мы поможем вам причесать волосы и тогда уж начнем волшебничать.
— Вы говорили, что к вечеру в таверне появятся люди, — вспомнила я ее слова, и старушка тихо рассмеялась.
— Сегодня мы закрыты. Пусть дальше едут. Через три опушки трактир старого обжоры Биргуса, там всегда можно выпить кислого эля и поспать с блохами.
Кетти весело фыркнула и громко сказала:
— На что я лентяйка и неряха, но Биргус и меня переплюнул!
Госпожа Розмари достала из кармана два гребня и протянула один поварихе.
— Давай-ка голубушек наших причешем.
Аккуратно, словно боясь вырвать даже волосок, старушка расчесывала мои волосы, и я услышала, как они с Кетти приговаривают:
