свою помолвку с дочерью влиятельного шейха? Какой бред! И какое у Юльки с Алиской раздутое самомнение!
— Ну что, поняла? — задевает меня плечом Алиска, и все же не может промолчать. — Шейх влюбился в меня, и теперь я стану его женой.
— Посмотрим. — решаю я мудро промолчать.
— Вот увидишь!
Алиса убегает в дом, а я же перевожу все свое внимание на делегацию арабов.
Саид в роскошной национальной одежде. Его бишт расшит золотыми нитями, под ним виднеется белоснежная туника. На голове идеально выглаженный, без единой складочки мужской белоснежный платок, подпоясанный двумя кольцами-жгутами.
Просто принц на белом арабском скакуне! Просто принц, и по-другому не скажешь…
Неужели я дождалась его?! Своего прекрасного принца на белоснежном коне?!
Вся делегация останавливается в нескольких метрах от нашего особняка. Один из джипов — самый огромный и роскошный подъезжает к отцу. Оттуда важно выходит еще один араб, очень похожий на Саида.
— Омар ибн али Аль Шараф. — почтительно прикладывает ладонь к сердцу Омар, а потом здоровается с отцом. — Старший брат Саида.
Ах, вон оно что — старший брат! Не удивительно, что братья так похожи!
Папа представляется Омару, и вся делегация, за исключением скакунов и верблюдов проходит в дом.
Папа в полном шоке, хотя и старается это скрыть, но я-то хорошо знаю отца, и очень рада, что предупредила его заранее, не то, он бы словил сердечный приступ, потому что мне самой не очень верится во все происходящее, но Саид, как настоящий мужчина, сдержал слово. Он сказал, что приедет к отцу и приехал. Да еще и по всем правилам. Со старшим братом, котрый взял на себя функции его отца.
— Здравствуйте! — выбегает разодетая в пух и прах Алиска навстречу к арабам. — Саид! — бросается она к нему.
— Простите, но сейчас будут разговаривать мужчины. Попрошу женщин уйти в женскую половину дома. — видя все это приказывает Омар.
— Женскую? — кривится Юлия. — Но у нас нет женской… у нас все общее.
— Юль, уйдите, а! — просит раздраженно отец.
Мы втроем, забрав детей выходим из гостиной. Юльке и Алисе очень не нравится, что их выгнали мужчины, но я-то хорошо знакома с арабским миром, и прекрасно понимаю, что у них принято разговаривать только с мужчинами.
Но все равно мы дежурим у дверей, потому что жесть как любопытно, как и что будет происходить.
— Александр Михайлович, — начинает Омар, — Я пришел сюда просить руки вашей дочери для моего брата Саида!
Папа в шоке, но кивает.
— Алиска… — мечтательно закатывает глаза ее мама, — Станешь шейхой! Шейха Алиса… Богатая, красивая, умная…
Вот с последним я бы поспорила, ибо ни мать, ни тем более дочь, особым умом никогда блистали.
— Мою дочь? — уточняет папа.
— Да, вашу родную дочь Лию!
— Что?!
— Что?! — отпрянывают от двери Юлька с Алиской.
— Лию?
— Тебя что ли? — обращаются ко мне, оглядывая меня как дерьмо собачье.
— Ну да, меня. — хмыкаю я.
— В смысле, тебя! Ты ведь рожавшая! У тебя целый выводок детей, на кой хрен ты арабскому шейху?
Тем временем мужчины продолжают разговор.
— Я пришел засватать вашу дочь Лию для своего брата Саида, — продолжает Омар. — За вашу дочь я отдаю вам сорок миллионов дирхам, тридцать верблюдов, пятьдесят шёлковых ковров ручной работы, четыре тысячи метров ткани, пять тысяч единиц фарфоровой посуды, три джипа, и десять чистопородных арабских скакунов.
ГЛАВА 28
ЛИЯ
Папа обалдело смотрит на методично перечисляющего дары за дочь арабского шейха.
— Нихрена себе! — севшим голосом произносит мачеха, охреневшая от размеров моего «калыма».
— Какие нахрен сорок верблюдов? Мам, да Лийка и одного блохастого верблюда не стоит! — обиженно произносит Алиска. — Это не справедливо, мама!
Алиска вся в слезах кидает злобный взгляд на меня, и убегает наверх, очевидно, чтобы порыдать в подушку.
Я тоже, честно признаться обалдела от размера калыма. Мой папа и без всего этого очень состоятельный человек, но теперь он наверняка стал миллионером! И это все за дочь, которую он наверняка считал уже весьма подпорченным товаром.
— Господин аль Шараф, я должен спросить свою дочь. Ей жить с вашим братом, пускай она и решает.
— Да, конечно. — соглашается Омар. — Лия, войдите!
Как он узнал, что мы подслушиваем под дверью?
Я захожу, красная как рак. Мне очень стыдно, и приятно одновременно. Саид встречает меня влюбленными глазами, его старший брат тоже смотрит на меня благосклонно.
— Очень красивая девушка, брат. — обращается он к Саиду.
— Я же говорил тебе! — довольно отвечает Саид.
Омар вопросительно поворачивается в сторону моего отца.
— Лия. Вот пришли тебя сватать. — немного растерянно улыбается отец. — С такими дарами, что я немного опешил… Но решать тебе, конечно. Ты согласна стать невестой Саида аль Шарафа?
Еще бы! Конечно, согласна. Но…
— Саид… прежде чем дать тебе свой ответ, я должна поговорить с тобой. — на выдохе говорю я.
Саид недоверчиво смотрит на меня, но все же кивает.
— Наедине. — уточняю я.
Мы с Саидом выходим, оставив папу и Омара беседовать дальше, обговаривать какие-то решения по бизнесу, а сами, едва не ударив Юльку и Алиску по лбу дверью, поднимаемся в мою комнату на второй этаж.
— Так о чем ты хотела поговорить со мной, прежде чем дать свой ответ? — уточняет Саид, с любопытством оглядывая мои вещи.
— Не совсем поговорить, Саид, я должна тебе кое в чем признаться. Кое в чем очень серьезном. Возможно, ты после этого даже передумаешь жениться на мне, но лучше сейчас узнаешь правду, чем это все вскроется потом. Так будет правильно.
— Лия, да что случилось-то? — удивленно спрашивает Саид.
— Саид… мои дети… они… наши! — выдыхаю я и краснею.
— Конечно, наши. — улыбается Саид. — Лия, не беспокойся я сразу же их усыновлю, как только ты выйдешь за меня замуж, дам им свою фамилию, и буду воспитывать как своих…
— Саид, ты не понял, — едва ли не плачу я. — Дети, на самом деле, наши! Твои и мои!
— Что?! — вытягивается лицо Саида.
— Та ночь в лесу, она не прошла для нас без последствий.
Саид бледнеет, его черные глаза открываются на пол-лица.
— Я уже потом поняла, что забеременела от тебя. А после узнала, что жду четверняшек…
— Аллах Всемогущий! — Саид поднимает глаза и ладони к небу, шепчет какую-то арабскую молитву.
— Я не смогла сделать аборт, папа меня в этом решении поддержал. У нас не было проблем с деньгами, поэтому я спокойно родила малышей…
— И ты не попыталась разыскать меня, сказать мне, что по белому свету теперь бегают четверо моих детишек?!
— Ты ведь тоже меня не искал. — припоминаю ему.
