биться в два раза сильнее. — Был очень рад увидеть тебя. Можно я приду на днях? Расскажу всё о себе, раз ты ничего не помнишь.
— К-конечно, — дыхание у меня на пару секунд перехватило. — А вы знаете, где я живу?
— Таверна “Ведьма”, — Артур мило улыбнулся, — на улице Уайтхолл.
— Верно.
— Тогда до встречи.
После его ухода отношение госпожи Могель ко мне разительно переменилось. Оказывается, я знаю сына самого графа Кэррингтона. Невероятно! Я сама, честно признаться, пребывала в лёгком шоке.
— Занятия начинаются в десять утра, — холодно, но без пренебрежения заявила женщина. — При себе иметь краски, специальную бумагу и карандаши разной жесткости. Оплата семь серебряных в месяц. Предоплата… — женщина недоговорила. Я ей без слов сунула четыре серебряных монеты, что остались у меня после посещения лавки-мастерской.
— Занятия проходят три раза в неделю, — это было последнее, что я услышала.
Вот так. Если ты знакома с сыном графа, все двери перед тобой будут открыты. Двери школы изобразительного искусства уж точно.
Выдохнув и, ещё раз заглянув на рынок, чтобы купить Тому приличную одежду, отправилась домой. Ближе к полудню воздух раскалился настолько, что спокойно находиться на солнце было просто невозможно. Да и невыносимая духота загоняла горожан в прохладу домов и тень деревьев.
“Будет гроза” — мысль в голове промелькнула и тут же исчезла, стоило мне увидеть на улице лохматого рыжего кота. Сердце застучало сильнее, а в душе начала нарастать паника. Я ускорила шаг, почти сорвалась на бег, но этот рыжий прохвост слинял так быстро, что я не поняла — кот действительно был, или он мне просто померещился. Возможно, у меня началась паранойя? Когда не знаешь прошлого, трудно смотреть в будущее. Для меня оно было словно закрыто. Чего я ещё не знаю? К чему нужно готовиться? Создавалась впечатление, что я блуждаю в каком-то очень странном лабиринте, из-за угла которого в любой момент может выпрыгнуть новое непредвиденное событие, такое, как, например, встреча с Артуром Кэррингтоном. Каким образом простая девушка, как Элизабет, могла познакомиться с сыном графа?
— Элизабет! — меня окликнул знакомый хрипловатый голос. Я замедлила шаг и повернула голову. Ко мне со стороны городской Ратуши шёл Николас с какими-то авоськами в руках.
— Сходили к мэру?
— Да, — инквизитор выглядел угрюмым и немного смущённым. — И у меня для вас плохие новости.
Я сделала глубокий вдох-выдох, чтобы приготовиться к самому худшему. Мэр узнал, что я ведьма, и меня ссылают на обязательные работы? За Томом придёт социальная опека? Таверну забирают за неуплату налогов?
— Так как дом, — продолжил Николас, — в котором меня поселили, сгорел, а на его восстановление денег пока нет. Я предложил мэру, что могу пожить у вас.
— Что-о-о?
— Не бесплатно, разумеется. Вам будут платить за комнату. Мэр был против. Но мне удалось его переубедить.
— Так это была ваша идея?
— Мне кажется, это разумно, после того, что мы оба узнали друг о друге.
Разумно, ничего не скажешь. Неделю назад я думала, как бы вытурить инквизитора из соседнего дома, а сейчас я буду сдавать ему комнату.
— Ну, что с вами делать, — мне оставалось только пожать плечами. — Но тогда вы поможете поставить защиту. Не хочу, чтобы с моим домом произошло то же, что и с вашим.
“Баюн будет просто в восторге!” — про себя проворчала я. Однако с другой стороны — сдача комнаты Инквизитору в нынешней ситуации лучше, чем остаться одной с маленьким ребёнком.
Разбойники. Золото. Защитить себя я вряд ли смогу, а Хейг — мужчина, уверена, с боевыми навыками. Без них, как он ещё будет ловить ведьм? Так что, брыкалась я только для вида. К тому же, заключённый между нами договор — я помогаю ему, а он не высылает меня к чёрту на рога.
— У меня к вам один вопрос, — мы были уже около таверны, когда я остановилась.
— Да? — Хейг тоже сбавил шаг.
— Вы знаете местного графа? Его поместье находится не так далеко от города.
— Филипп Кэррингтон?
Я кивнула.
— Лично я с ним не знаком, но знаю, что раньше он жил в столице. До тех пор, как… — мужчина замялся.
— До тех пор как? — я навострила уши, чтобы не пропустить ничего важного.
— Он потерял жену. У него есть дети, кажется, сын и дочь. Если мне не изменяет память, сын уже при жизни отца унаследовал всё состояние. Сам же Кэррингтон будто помешался на смерти жены. Произошла какая-то история пару лет назад, я тогда ещё не был на службе у Инквизиции.
— Какая история? — мне действительно стало интересно.
— Филипп Кэррингтон решил воспользоваться услугами беглых тёмных колдунов. Но их поймали. Самого же графа было решено сослать подальше от столицы.
— И его сослали сюда?
— Выходит, что так. А для чего вы интересуетесь?
— Просто… — я не знала, говорить ли о том, что сын графа откуда-то знал меня или нет.
— Я слушаю, — Хейг напрягся, зрачки его расширились, а черты лица заострились.
— Сегодня ходила к одной женщине. Я хочу отдать Тома на уроки рисования. Так вот, там я встретилась с Артуром Кэррингтом — с сыном графа. И он откуда-то меня знает.
— Знает вас? — брови мужчины поползли вверх.
— Ну, не лично меня, а настоящую Элизабет. Я понятия не имею, где эти двое могли познакомиться. И, судя по его отношению, знает он её довольно хорошо. По крайней мере, мне так показалось.
— Очень интересно, — хмыкнул Николас и задумчиво почесал подбородок. — Ничего не слышал о том, что сын графа Кэррингтона общается с простолюдинами.
С простолюдинами… Хейг сказал это в таком пренебрежительном тоне, что мне даже обидно стало. Да какая разница, в какой семье ты живёшь? Что же, простой человек не может быть благородным? Не может совершать хорошие поступки. Не может жить по совести?
— А вы? — я решила пойти до конца.
— Что я? — не понял меня Хейг.
— Откуда вы? Как дошли до такой жизни? Вы знаете обо мне даже больше, чем следовало. А я о вас совершенно ничего. Нам с вами ещё жить под одной крышей и охотиться на колдунов.
Охотиться на колдунов…
Хах! Это я, конечно, загнула. Охотиться
