Суды отказывают заказчику (студенту) и в возврате денежных средств, внесенных в оплату проживания в общежитии за текущий год обучения (независимо от даты отчисления и фактического освобождения комнаты), ссылаясь на то обстоятельство, что комната другим студентам не предоставлена (не заселена) и вуз продолжает нести запланированные расходы по ее содержанию[77].
Как представляется, при разрешении данных споров допущено смешение понятий «фактически понесенные расходы» и «убытки» исполнителя. Вполне очевидно, что любое учебное заведение (особенно негосударственное!) не реализует образовательные услуги по себестоимости. Можно предположить, что плата за обучение студента (абитуриента) установлена с таким расчетом, чтобы компенсировать затраты вуза на образовательный процесс и приносить определенный доход учебному заведению. Точно так же плата за проживание в общежитии или доме для студентов вряд ли эквивалентна затратам по содержанию данного жилого помещения. Вместе с тем из процитированных выше решений следует, что Университет при отчислении студента удерживает всю плату за обучение на текущем курсе (а иногда и плату за последующий курс обучения), не уточняя, какая ее часть приходится на покрытие фактически понесенных и предстоящих расходов, а какая часть соответствует доходу (прибыли) Университета. При этом суд не возлагает обязанность на ответчика (Университет) подтвердить реальный размер расходов, мотивируя это наличием в договоре условия о том, что студент согласился с заранее определенной величиной затрат Университета при отчислении студента. Указанному условию не дается оценки на предмет соответствия ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» о запрете включения в договор условий, ущемляющих законные интересы потребителя[78].
Также выглядит неубедительной ссылка на положения п. 2 ст. 781 ГК РФ или ст. 401 ГК РФ в качестве оснований для отказа заказчику в возмещении денежных средств, уплаченных за обучение. Говорить о невозможности исполнения договора можно лишь условно, принимая во внимание отсутствие в законодательстве какого-либо запрета за обучение «неуспевающих» студентов, а также наличие у студента права восстановиться на курсе, с которого он был отчислен. Довод об отсутствии вины образовательного учреждения в отчислении студента с позиции п. 1 ст. 782 ГК РФ или ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей» является юридически безразличным, поскольку закон наделяет заказчика правом на односторонний (безусловный) отказ от договора, не указывая в качестве предпосылок отказа какие-либо виновные действия исполнителя.
Применительно к договору возмездного оказания услуг важно различать отказ заказчика — волевой акт (сделку), облеченный, по общему правилу, в письменную форму, и бездействие заказчика, следствием которого может быть невозможность оказания услуги (отпадение юридической или фактической возможности оказать услугу). Примером может быть неявка пациента на прием к врачу, вследствие чего заболевание прогрессировало и вызвало осложнения, первоначальный план лечения стал невозможным.
В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг (п. 2 ст. 780 ГК РФ). На практике грань между виновными действиями заказчика, вызвавшими невозможность оказания услуг, и непрофессиональными действиями исполнителя может быть очень тонкой. При прочих равных обстоятельствах следует учитывать, что потребитель является слабой стороной и не обладает специальными знаниями об особенностях оказания тех или иных услуг. Иллюстрацией может быть следующий пример.
Краевое общество защиты прав потребителей (КОЗПП) обратилось в суд с иском в интересах В. к ООО «Агентство Брокер» о возврате предварительной оплаты по договору в сумме 100 000 руб., взыскании неустойки в сумме 130 000 руб. за 123 дня просрочки, убытков в сумме 6400 руб., компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., а также штрафа за отказ удовлетворить требования потребителя в добровольном порядке.
Исковые требования мотивированы тем, что 25.01.2012 г. В, заключила с ответчиком договор на оказание услуг по приобретению объекта недвижимости с привлечением заемных средств. По условиям договора исполнитель обязуется оказать заказчику содействие в получении кредита (сбор документов, оформление кредитной заявки и пр.), необходимого для приобретения объекта недвижимости, за вознаграждение в размере 7 % от суммы полученного кредита, с внесением 4 % цены в качестве аванса. Соответствующая сумма аванса была заказчиком внесена в размере 100 000 руб. В свою очередь, исполнителем необходимые услуги оказаны не были, из всех заявок заказчика на получение кредита была одобрена лишь одна, на сумму 1 500 000 руб., что существенно меньше согласованной сторонами суммы — 2 300 000 руб. В марте 2012 г. истица обратилась к ответчику с претензией о возврате внесенной предварительной оплаты, однако ответчик ей в этом отказал. Претензия КОЗПП в интересах В. в адрес ответчика от 23.04.2012 г. также оставлена без удовлетворения.
Ответчик исковые требования не признал со ссылкой на то обстоятельство, что истица представила недостоверные сведения о своей заработной плате, что и повлекло невозможность получения кредита в согласованном сторонами размере. Пояснил, что в интересах В. было сделано несколько кредитных заявок, в том числе в ЗАО «Банк ВТБ 24», ООО «Ипотерра», однако положительное решение было принято лишь ООО «Ипотерра» — о предоставлении кредита в сумме 1 500 000 руб.
Решением Советского районного суда г. Красноярска от 13.09.2012 г. по делу № 2-6232/2012 исковые требования КОЗПП в интересах В. удовлетворены частично. С ответчика в пользу В. взысканы сумма предварительной оплаты по договору в размере 81 818,18 руб., неустойка, компенсация морального вреда и штраф за отказ удовлетворить требования потребителя. Кроме того, часть штрафа взыскана с ответчика в пользу КОЗПП.
Удовлетворяя исковые требования В. о возврате предоплаты по договору частично, суд пришел к выводу, что ответчик до момента расторжения договора оказывал истице услуги по получению кредита и вправе получить пропорциональную часть вознаграждения за услуги. С учетом установленного договором срока оказания услуг (около 11 месяцев) и времени, истекшего с момента заключения договора до его расторжения по инициативе заказчика (2 месяца), суд взыскал в пользу заказчика сумму предоплаты за вычетом 2/11, что составило 81 818,18 руб. Доказательства понесенных фактических расходов, которые также могли быть возмещены в силу п. 1 от. 782 ГК РФ, ответчик суду не представил.
Доводы ответчика о том, что услуги подлежат оплате в полном размере, поскольку невозможность получения кредита в согласованном размере (2 300 000 руб.) вызвана виновными действиями В., предоставившей недостоверные сведения о средней заработной плате, суд отклонил по следующим причинам.
Пунктом 4.3 договора, заключенного между В. и ООО «Агентство Брокер», предусмотрен отказ в возврате внесенной предоплаты на случай, если заказчиком не предоставлена полная и правдивая информация о наличии судимости, просроченных и действующих кредитах. Между тем указанная информация В. отражена в анкетах заемщика, ее недостоверность ответчиком недоказана. Предоставление заказчиком недостоверных сведений о средней заработной плате в качестве основания для удержания суммы предоплаты договором не предусмотрено.
Кроме того, установленная п. 4.3 договора санкция в виде удержания суммы полученного аванса противоречит положениям п. 1 от. 782 ГК РФ, от. 32 Закона РФ о защите прав потребителей.
Суд также критически оценил доводы ответчика о введении его в заблуждение при заключении договора. Согласно п. 1.1 договора в содержание обязанностей исполнителя входит оценка «реального финансового положения заказчика» с прогнозом относительно ипотечного кредита. Осуществляя предпринимательскую деятельность в сфере кредитного посредничества, ответчик должен был самостоятельно оценить платежеспособность истца, согласовать с ним возможную сумму кредита, возможные варианты обеспечения кредита. Между тем в тексте договора от 25.01.2012 г. соответствующие условия о предполагаемой сумме кредита отсутствуют, право заказчика на получение полной информации об услуге и возможном результате посреднической деятельности ответчика не обеспечено.
Судом апелляционной инстанции указанное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Агентство Брокер» — без удовлетворения[79].
При оказании медицинских услуг бездействие заказчика (пациента), который в нарушение условий договора не явился на прием, прервал процесс лечения, может стать причиной развития заболевания или его осложнений. В подобных случаях исполнитель освобождается от возмещения вреда, наступившего вследствие собственных неосмотрительных действий (бездействия) заказчика.
