Стар сдержанно улыбнулась.
— Не волнуйся, мамочка. Ной не собирается вступать в брак.
«По крайней мере со мной», — добавила она про себя, все еще ощущая не поддающуюся логике обиду. В конечном счете хорошо, что Ной был с ней честен. И сама она не собирается снова замуж. Ведь так? Даже Рейф...
Стар прищурилась. Рейф! Этого типа, наверное, до сих пор разбирает смех. Он никогда не действует без тайного умысла. Наверняка Рейф с его извращенным чувством юмора получил немалое удовольствие от вчерашней сцены, разыгранной по его сценарию.
— Что с тобой, дорогая? — встревоженно спросила Мун Брайт. — У тебя такое странное лицо. Болит плечо? Может быть, сделать припарку из горчичных и льняных семян?
Стар выдавила из себя улыбку.
— Спасибо, мама, я чувствую себя прекрасно.
Мун Брайт немного помедлила, затем кивнула и проследовала к выходу, а Стар села на кровать и принялась разглядывать свои ноги. Над коленом назревал синяк, в том месте, которым она вчера ударилась о ступеньку ванны, икру пересекал шрам, оставленный игривым львенком, но в целом ноги были не так уж плохи. Ей не раз выражали одобрение в их адрес. Понравились ли ее ноги Ною? Он говорил, что она великолепно выглядит в джинсах — в тех, узких.
— Брр! — Стар натянула одеяло на голову, осознав, что ведет себя как самая заурядная влюбленная женщина, скорее даже как школьница.
Нравлюсь ли я ему?
Считает ли он меня хорошенькой?
А он позвонит мне завтра?
Да, все это действительно трогательно. Она возвращается к ранней стадии половой зрелости... которой, впрочем, никогда и не достигала. В подростковом возрасте Стар отпугивала всех мальчишек. Юные мужчины не слишком интересуются девочками, которым больше нравится фотографировать, чем общаться с представителями противоположного пола. Честно говоря, в то время Стар и не сообразила бы, что за ней ухаживают, без предъявления какого-либо веского аргумента — вроде футбольного мяча, угодившего ей прямо в голову.
Стар откинула одеяло. Незачем впадать в детство из-за Ноя Брэдли. Да, Ной заставил ее почувствовать себя женщиной, привлекательной женщиной. Но это не значит, что стоит менять ради него всю свою жизнь. Досадное вмешательство Рейфа помогло прояснить ситуацию. Ною не нужна в качестве жены бродячая журналистка, и трудно винить его в этом, тем более что и она отнюдь не расположена к браку.
— Спасибо, Рейф, — проговорила Стар. Но, отбросив в сторону здравый смысл, она все еще испытывала желание задушить его. Или Ноя.
Она взяла со стола визитку Ноя и перечитала послание. Он сделал первый шаг, ей придется сделать второй. Ради Бекки, конечно.
— Разумеется, — снова пробормотала она. Широкие плечи Ноя и его обаятельная улыбка здесь абсолютно ни при чем.
Она наступила на что-то мягкое и подняла с пола свой купальник. Он был сухим, но тонкая ткань все еще пахла хлоркой. Гм... Прежде чем звонить Ною, она примет душ и выстирает купальник. Трудно угадать заранее, когда он снова может понадобиться.
Ной налил молоко в чашку Бекки. Девочка взяла ее и выразительно на него взглянула.
— Китти?
— Китти получит молоко попозже.
Бекки надулась, но промолчала, и Ной вздохнул. Это утро выдалось трудным. Ной худо-бедно справился с одеванием, нарядил ее в разноцветные носочки и туфли и отвез в воскресную школу. Эта часть прошла сравнительно гладко, но потом... Бекки отказалась возвращаться домой без огромной черепахи, которую принесла в класс учительница, чтобы продемонстрировать детям.
Ной вздохнул еще раз. Фред — так звали черепаху — был кротчайшим созданием с маленькими мигающими глазками и проявлял поразительное терпение, оказавшись в руках восторженных детей. Когда Ной сказал «нет», Бекки разрыдалась, но на этот раз он был тверд: черепаха принадлежит другому человеку, значит, никаких разговоров.
Но тут оказалось, что Фред продается: учительница, помимо своей преподавательской деятельности, держала зоомагазин. И вот новый член семейства был со всеми удобствами устроен в роскошном террариуме. Китти немедленно забралась внутрь, чтобы поздороваться с незнакомцем, но и Фред не дремал. Ноги и головка немедленно исчезли, и Китти осталось только в недоумении трогать лапкой двенадцатидюймовый бронированный панцирь. Вспоминая это, Ной широко улыбался. Стоило потратить деньги, чтобы увидеть Китти столь горько разочарованной.
Зазвонил телефон, и Ной поднял трубку. Должно быть, звонят с киностудии, чтобы договориться о съемках фильма о сафари в его доме.
— Алло?
— Привет, это я.
От бархатных ноток в голосе Стар по его телу разлилось приятное тепло. Ной повернулся к Бекки спиной и прижал трубку подбородком.
— Доброе утро.
— Я уже звонила, но никого не было дома.
— Мы ездили в церковь на утреннюю службу, а потом подыскивали подходящее жилище для черепахи — нового питомца Бекки.
В трубке наступило молчание, потом Стар проговорила неуверенно:
— Черепаха? Но у Бекки уже есть аквариум и хомяк.
— И кошка, — закончил Ной, решив, что бессмысленно об этом умалчивать. — Но с Фредом не будет особых хлопот. Он, конечно, довольно большой, но живет в специально отведенном месте и умеет защищаться от Китти.
— Гм... — (Кажется, он все-таки не до конца убедил ее.)
— Мне он, кстати, пришелся по душе.
— Вы любите черепах? — Последовала еще одна пауза. — Ной, — начала она осторожно, — я понимаю, это нелегко после всего, что пережила Бекки, но не следует ли вам проявлять больше твердости? Бекки не может иметь все, что ей хочется.
— Вы правы. Но я понемногу исправляюсь, — заверил ее Ной, решив, что если и солжет, то самую малость. — Черепаха подвернулась по чистой случайности. Бекки захотела взять Фреда с собой, а учительница в воскресной школе сразу сказала: «Пожалуйста». Он, оказывается, продавался. — Ной для убедительности пожал плечами, хотя Стар и не могла его видеть. — Кстати, я прощен? — спросил Ной, спеша сменить тему разговора прежде, чем Стар поймет, что он полностью находится под каблуком у собственной племянницы.
— Я сама хотела извиниться перед вами. За свою неуместную вспыльчивость.
Ной помешал спагетти, которые варились на плите в кастрюльке. После чипсов и чизбургера из «Макдоналдса» спагетти были любимой едой Бекки. Правда, она никогда не чувствовала особого аппетита после завтрака в воскресной школе...
— Я не хотел обидеть вас, — пробормотал он в трубку. — Вы — само очарование. И мы, несомненно, поладили... в физиологическом отношении.
— Это единственное, в чем мы с вами поладили. Но это не так важно. Вы были правы: ни один из нас не хочет связывать себя обязательствами. — Стар беспечно рассмеялась. — Спасибо за цветы. Они очень красивые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
