Между тѣмъ, какъ чинились пріуготовленія къ возвратной ѣздѣ въ Москву, соизволилъ Государь посмотрѣть ловли осетровъ и бѣлугъ у такъ называемыхъ Учуговъ. На первомъ изъ оныхъ, Иванчугъ называемомъ, пришелъ изъ Гилани кабинетъ-курьеръ Чеботаевъ съ извѣстіемъ къ Государю отъ находящагося въ Рящѣ Россійскаго Консула Семена Аврамова, и съ письмомъ отъ Везиря, или Коменданта, онаго города къ Губернатору Волынскому, такого содержанія: "что тамошніе жители, отъ бунтовщиковъ весьма утѣснены, и ничего такъ не желаютъ, какъ чтобъ пришло россійское войско, и приняло ихъ въ защищеніе". Тотже часъ послалъ Государь указъ въ Астрахань къ Генералу Адмиралу Графу Апраксину, къ Тайному Совѣтнику Графу Толстому, также и къ Губернатору Волынскому, чтобъ они туда пріѣхали. Но понеже ночь уже настала, то прибыли они на другой день, а между тѣмъ Государь отъѣхалъ къ другому Учугу, которой именуется Камысяхъ, и находится отъ перьваго на 12 верстъ разстояніемъ. Тамъ имѣли тайной совѣтъ. Намѣреніе принято такое, чтобъ не упускать удобнаго сего случая, и сей еще осени послать нѣсколько войска въ Гиланъ. Потомъ возвратился Государь въ Астрахань.
Около того-же времени поручилъ Генералъ Адмиралъ Лейтенанту Соймнонову, чтобъ точно описать рейду Четырехъ бугровъ, и такое изыскать мѣсто, гдѣ бы провіантные магазины построить, было можно. Соймоновъ былъ также въ учугахъ. Но ему приказано, вмѣстѣ ѣхать назадъ въ Астрахань, потому что въ тайномъ совѣтѣ его выбрали, для перевезенія войска въ Гиланъ. Тогда Государь Императоръ пожаловалъ его Капитаномъ-Лейтенантомъ. Отправленіе войска происходило пои присутствіи Его Величества, и Государь не изволилъ прежде изъ Астрахани подняться, пока всѣ не отправились.
Но мы о семъ будемъ говорить въ слѣдующей главѣ, здѣсь еще примѣчать надлежитъ, что Государь Императоръ поднялся изъ Астрахани 7 Ноября, а 11 Декабря имѣлъ въ Москву торжественной въѣздъ. На тріумфальныхъ воротахъ надъ проспектомъ города Дербента {Г. Профессоръ Мартини ищетъ во своемъ извѣстіи изъ Россіи стр. 123, что Государь повелѣлъ сей стихъ написать на градскихъ воротахъ въ Дербентѣ. Но сего не было.} была слѣдующая на Александра Великаго, яко мнимаго жителя города, клоняющаяся, и годъ 1722 въ себѣ содержащія, надпись:
StrVXerat hanC fortIs, tenet hatiC fcD fortIor VrbeM,
которая по простому ея слогу неотмѣнно всякому нравиться должна.
IV
О ОТПРАВЛЕНІИ ВЪ ГИЛАНЪ
Назначенное въ Гиланъ войско состояло не больше какъ изъ двухъ баталіоновъ пѣхоты, надъ которымъ Государь опредѣлилъ командиромъ Полковника Шипова, наилучшихъ свойствъ мужа, которой служивши наконецъ въ Статсъ-канторъ Президентомъ, за нѣсколько лѣтъ скончался. Капитанъ Лейтенантъ Соймоновъ получилъ указъ, чтобъ съ корабельнымъ мастеромъ Пальчиковымъ изъискать такія суда, кои бы къ толь поздой ѣздѣ чрезъ море были удобны. Они не нашли больше къ тому способныхъ кромѣ 14 судовъ, а именно часто упомянутой гукеръ, одинъ эверсъ, три галіота, да девять тялокъ, и сіи еще починить прежде надлежало. Между тѣмъ какъ корабельной мастеръ исправлялъ починку, то господинъ Соймоновъ снабдилъ суда добрымъ такелажемъ и нужными морскими провизіями. Ему также было дозволено, изъ морскихъ служителей выбирать такихъ, на коихъ онъ большую полагалъ надежду.
Небезпотребно было, чтобъ напередъ извѣститься о состояніи земли Гиланской, о чемъ какъ Кабинетъ-курьеръ Чеботаевъ мало сказать могъ, то по случаю нашолся во Астрахани Московскихъ купцовъ Евреиновыхъ приказчикъ Андрей Семеновъ, которой много лѣтъ живши въ Гилани, обо всемъ имѣлъ довольное знаніе. Сего допрашивалъ Государь обстоятельно, и велѣлъ потомъ Капитану Лейтенанту Соймонову, начертить по его словамъ на картѣ положеніе города Ряща съ окольными мѣстами, и со всѣми туда ведущими дорогами. На оной картѣ была между прочимъ представлена и дорога въ Казбинъ. И оттого принялъ Государь поводъ предписать въ инструкціи Полковнику Шилову: чтобъ на сей дорогъ изъискавъ мѣсто здѣлать крѣпость, дабы бунтовщикамъ и Персіянамъ пресѣчь путь въ Гиланъ.
Между тѣмъ какъ Государь помянутаго Евреиновымъ прикащика спрашивать изволилъ, дошла речь и до Грузинскаго купечества и до города Тифлиса. Тогда хвалилъ Государь способной водяной ходъ отъ Тифлиса по рѣкѣ Курѣ къ Каспійскому морю, однако сожалѣлъ, что онымъ мало пользуются. "Тамъ на устьѣ рѣхи Кура" продолжалъ Государь къ Соймонову, "надлежитъ мѣста осмотрѣть; потому что тамъ должно быть зборищу для всего восточнаго купечества." О чемъ написано было и въ инструкціи данной господину Соймонову за собственною его Величества рукою, и велѣно ему всѣ протоки реки Кура вымѣрять.
Полковникъ Шиловъ призналъ запотребно, чтобъ предложить Государю нѣкоторые пункты въ докладъ, кои не толь сами собою, какъ для данныхъ отъ Его Величества на то отвѣтовъ, суть достопанятны. Шиловъ спрашивалъ: "Есть ли по случаю разлучатся суда, и останется при немъ токмо половина судовъ, или меньше, въ такомъ случаѣ продолжать ли путь въ Гилань?" Государь на то отвѣтствовалъ, показавъ на господина Соймонова: "это его должность, о томъ Соймоновъ постарается." А Соймонову говорилъ: "а ты рандеву дай." Шиловъ еще спрашивалъ: "довольно ли будетъ двухъ баталіоновъ для защищенія провинціи Гиланской? На то сказалъ Государь: "Стенька Разинъ съ 500 Казаками ихъ не боялся. а у тебя два батальона регулярнаго войска."
Въ тоже время разговаривалъ Государь съ знатнымъ купцомъ Индостанской земли, которой жилъ тогда въ Астрахани, и назывался Амбуранъ. Индѣецъ донесъ Его Величеству: "Что прежде бунта изъ одной токмо провинціи Гиланской ежегодно вывозилось въ Турцію до 9000 тай шелку, въ которыхъ вѣсу отъ 7 до 9 пудовъ, цѣною отъ 70 до 90 рублей за пудъ, и говорили также о шелкѣ, что нѣкоторые Козаки въ Теркахъ дѣлаютъ. На то сказалъ Государь; "со временемъ и Терскія мѣста не хуже Гилани быть могутъ. И притомъ удивляться изволилъ о лѣности Терскихъ Козаковъ, что къ такому лехкому промыслу, склонности въ умноженію не имѣютъ."
