дел с дорогой к Фурво, что говорят о бароне де Люси по ту сторону леса.
«Арман,» — заговорил он, глядя на мелькающие за окном леса. «Мне нужен человек. Не из замка. Бывалый. Знающий окрестности и людей. Умеющий слушать и задавать вопросы. Незаметный. Кто мог бы… собирать сведения. Не шпион, а… уши и глаза на земле.»
Арман усмехнулся.
«Ищешь лазутчика? Такие есть. Но надежные… редкость. Есть один. Люк. Бывший солдат, служил в моем отряде. Ранен, хромает. Но умён, как бес. Видит людей насквозь. Знает каждую тропку от Сен-Клу до Фурво и дальше. Живет на отшибе, столярничает. Люди его уважают и болтают с ним, не опасаясь.»
«Пригласи его. Скажи… есть работа для наблюдательного человека. Оклад — как у конюшего. Испытательный срок.» Леонард представил себе этого Люка — потенциальный «полевой сенсор» в его растущей сети управления.
Победа: Начато формирование внешнего контура «системы контроля».
Вернувшись в замок Виллар, Леонард почувствовал контраст. Не было пафоса и напряжения охоты у маркиза. Был его мир. Его карта, ждущая на стене. Его люди. В прихожей он столкнулся с Жизель. Она несла свежее белье. Их взгляды встретились. В ее глазах — все то же бездонное уважение и скрытая нежность, но теперь еще и тень гордости за него, вернувшегося с важного события. Он кивнул, сдержанно, но тепло. Муки совести смягчились, но не исчезли. «Эмоциональный процесс "Жизель" требует отдельного, крайне ресурсоемкого модуля. Пока — статус "Pending".»
Он поднялся в кабинет. Перед картой стояли Жак и Мари. Жак что-то быстро считал на листке, Мари аккуратно наносила на карту уточненные границы пастбищ Ларошели. Увидев графа, они выпрямились, глаза горели.
«Светлейший!» — начал Жак. «По клеверу… если все поля Сен-Клу перевести на трехполье, через два года экономия на кормах покроет половину расходов на дорогу к Фурво!»
«А я нашла, месье!» — почти выдохнула Мари, показывая пожелтевший лист. «Запись старого писаря… его дед слышал, как межевые камни у Спорного Леса ставили еще при прадеде барона де Люси! Описание места есть!»
Леонард посмотрел на их вдохновленные лица, на карту, где уже намечалась жирным пунктиром дорога от Фурво к переправе маркиза, на пометки о клевере и спорном лесе. Он подошел к окну. Внизу, во дворе, Пьер о чем-то оживленно говорил с хромоватым, крепким мужчиной в поношенной, но чистой одежде — Люком. Его потенциальные «глаза и уши».
«Система развивается,» — подумал он с глубоким удовлетворением. «Добавляются новые узлы: Учитель (ПО), Полевой Агент (сенсор), Школа (будущие ресурсы). Сеть расширяется. Пропускная способность управления растет.»
Он обернулся к Жаку и Мари:
«Отличная работа. Завтра начинаем готовить документы для межевания с де Люси. И пишем письмо в Париж… некоему Франсуа Леруа. Пора загружать новое ПО.»
Он улыбнулся их немного озадаченным, но восторженным лицам. Дороги, школа, команда, предстоящая битва за лес — все это было не бременем, а захватывающим проектом. Самым сложным и важным в его жизни. И он чувствовал себя готовым к следующим шагам.
Глава 17. Маркиза, Письмо и Фундамент Будущего
Утро в замке Виллар начиналось с привычного, почти ритмичного гула дел. Леонард, уже без трости и без следов былой слабости, сидел за завтраком, просматривая свежие отчеты от Жака — расчеты по сэкономленным на клевере средствам были поразительно точны. Мари аккуратно переписывала найденные свидетельства о межевых камнях у Спорного Леса. Система работала.
Попытка 15: Нежданное Приглашение и Социальный Обязательный Модуль
Пьер вошел с серебряным подносом, на котором лежал изысканный конверт с гербом в виде сплетенных лилий и совы.
«От маркизы д’Эгриньи, ваша светлость,» — доложил он. «Приглашение на ужин. Послезавтра.»
Леонард нахмурился, откладывая отчет Жака.
«Маркиза д’Эгриньи? Еще один светский ритуал? Трата времени на пустую болтовню, пока тут дороги планировать надо, школу обдумывать…» Он уже открыл рот, чтобы велеть Пьеру сочинить вежливый отказ, но в дверях кабинета появился Арман.
«А, от тетушки Элизы!» — воскликнул кузен, заглянув в конверт. «Прелесть!»
«Тетушка?» — удивился Леонард.
«В десятом колене, или около того,» — махнул рукой Арман. «Но главное — она стара как мир, чудовищно богата, невероятно скучает и обладает памятью, которой позавидовал бы архив. И обидчива, как раненый вепрь. Обижать ее — последнее дело. Весь свет будет судачить.»
Пьер почтительно кашлянул:
«И действительно, ваша светлость, маркиза д’Эгриньи… особа почтенная. И очень одинокая в своем дворце. Говорят, приглашает к себе только самых достойных…»
Леонард посмотрел на Армана, потом на Пьера. «Социальный обязательный модуль. Требует ресурсов времени. Но отказ — риск генерации конфликта ("обида") и негативного PR ("светские суды").» Он вздохнул.
«Хорошо. Пьер, напиши ответ. Вежливо. Скажи, что граф Виллар счел бы за честь… и прочее, что там полагается.»
Мини-поражение (личное): Вынужденное согласие на скучный ужин.
Мини-победа (дипломатическая): Избежание потенциального скандала и поддержание репутации.
Попытка 16: Подготовка к Ужину — Настройка Внешнего Интерфейса
Вечером кабинет превратился в примерочную. Пьер, с видом полководца перед битвой, разложил несколько вариантов камзолов — от строгого темно-синего до вычурного бардового с золотым шитьем.
«Ваша светлость, для маркизы д’Эгриньи… это должен быть безупречный шик, но без вульгарности,» — декларировал Пьер. «Она ценит традиции. И… возможно, парик? Хотя бы скромный, напудренный?»
Леонард поморщился.
«Парик — как неудобный шлем. Лишний слой абстракции. Без парика, Пьер. Волосы аккуратно зачесать и завязать. И этот,» — он ткнул в темно-синий камзол с едва заметной серебряной вышивкой по вороту и манжетам. «Сдержанно. Достойно. Не клоун.»
«Но, ваша светлость…»
«Без парика, Пьер. Точка. И убери эту шпагу,» — Леонард отодвинул изящную рапиру, которую Пьер уже приготовил. «Старушка не дуэлянт. Инструмент бесполезный, только мешает.»
Пьер вздохнул, как мученик, но подчинился.
Победа: Сохранение комфорта и своего стиля в рамках допустимого дресс-кода.
Поражение Пьера: Мечта о возвращении прежнего, сверкающего графа таяла.
Попытка 17: Письмо в Париж — Приглашение Учителя (Загрузка Критического ПО)
Пока Пьер возился с утюгом и камзолом, Леонард сел за стол. Перед ним лежал чистый лист пергамента. Он обмакнул перо в чернила. Адрес: Месье Франсуа Леруа, переписчик книг, Париж.
«Мсье Леруа,» — начал он четким, деловым почерком, далеким от витиеватых светских оборотов.
«Ваше имя было упомянуто в разговоре с маркизом де Саваньяком как имя человека выдающегося ума и неординарных педагогических взглядов. Мне требуются именно такие качества.
В моем графстве есть молодые люди — сын мельника и дочь писаря. Их природный ум и жажда знаний очевидны, но ограничены возможностями их происхождения. Я намерен дать им
