Никитой обошлось!
− В случае чего, звони мне, я у себя в кабинете.
Положив трубку, Настя пошла к подруге. Наталья с убитым видом сообщила, что родители уже все знают, им на работу позвонила классная руководительница Никиты. У них в лицее такое правило: если кто отсутствует на уроке, немедленно ставить в известность родителей.
Ничего себе строгости, подумала Настя. Вот бы и у нас так было, а то наши прогульщики совсем обнаглели. Хотят, с литературы смываются, хотят − с английского. Знают, что им за это ничего не будет.
− Все, девочки, давайте звонить в милицию. Больше ничего не остается, − предложил Вадим.
− А, может, в «Скорую»? − робко спросила Настя. − Или по больницам?
При этих словах с трудом сдерживавшая себя Наташка, наконец, разревелась. И тут загремел телефон. Наталья схватила трубку.
− Это я! − услышала она голос своего братца. − Я в милиции! Еле упросил дать позвонить. Тут страшная авария, и всех свидетелей забрали. Но уже скоро отпустят, − я тогда в лицей.
− Марш домой! − закричала Наташка. − Никакого лицея! Мы тут умираем от страха! Я сейчас маме буду звонить, что ты нашелся. Вечно влипаешь во всякие истории! Свидетель какой выискался!
− Наталья, да ты что? Тут такой ужас! Грузовик занесло на остановку, а там толпа! Все, трубку отбирают. Ладно, еду домой − ждите.
Впервые за этот час они, наконец, перевели дух.
− Пойду к себе, позвоню папе, что Никита нашелся. − Настя направилась к двери. Присутствие Вадима волновало и одновременно сковывало ее. Выскальзывая в коридор, она бросила на него быстрый взгляд, и он тут же его поймал.
Жаркая волна захлестнула Настю. Опустив пылающее лицо, она выскочила из Наташкиной квартиры, отчетливо понимая, насколько глупо выглядит со стороны.
− Настя, не уходи! − крикнула ей вслед Наташка. − Давай дождемся Никиту. Чего-нибудь вкусненького приготовим, − он там, наверно, страху натерпелся, голодный, как волк, придет.
− У меня сало в холодильнике есть, − задержалась в дверях Настя. − Давай поджарим яичницу с салом? Никита ее любит. Помнишь, как он ее навернул, − из четырех яиц. Я сейчас принесу. А яйца у тебя есть?
− Есть, только пять штук.
− Ничего, я еще принесу, мама много купила.
Очутившись в своей квартире, Настя упала на диван и стала приводить в порядок растрепанные чувства. Странный ожог души, испытанный только что, испугал и озадачил ее.
− Что со мной? − спрашивала она себя. − Почему это так сильно? А вдруг − любовь?
Она представила себе лицо Вадима, его ответный взгляд − и снова невидимое пламя опалило ее, заставив вздрогнуть.
− Любовь! − подтвердил солнечный луч, заглянувший в окно. — Любовь! − улыбнулся синий просвет неба между облаками. − Ты влюблена!
Влюблена! − с пронзительной ясностью поняла Настя. Что же делать?
В дверь позвонили. На пороге стоял Вадим.
− Настенька, мы вас ждем-ждем. Наташа уже беспокоиться начала. Вы в порядке?
Господи, она же совсем забыла, зачем вернулась! А зачем? Да, яйца! И, кажется, еще что-то. Сало!
− Иду, − как можно спокойнее отозвалась Настя, хотя внутри у нее все дрожало. − Завозилась тут. Сейчас принесу.
− Может, помочь?
− Не надо, я сейчас.
− Настенька, а давайте на «ты»? А то слишком официально получается. Вы же с Никитой на «ты». Может, попробуем?
− Давайте, − улыбнулась Настя. − Только, боюсь, с непривычки будет трудновато.
Она отрезала кусок сала и половину буханки «Бородинского», положила в кулек пяток яиц и, стараясь не смотреть на своего гостя, позвонила Наталье.
− Масло у тебя есть?
− Есть, − отозвалась та. − Чего ты там ковыряешься? У меня сковорода уже раскалилась.
− Прикрути, я иду.
Они поджарили большую яичницу с салом, посыпали ее зеленым луком и сделали бутерброды из черного хлеба с маслом, сыром и колбасой. И тут объявился Никита.
− Ой, мамочки, как вкусно пахнет! − счастливо завопил он. − У меня слюнки текут!
− Мой руки! − сурово приказала Наташка. − Искатель приключений!
− Что же там стряслось? − спросил друга Вадим, раскладывая яичницу по тарелкам.
− Грузовик пошел на обгон, и его занесло. Прямо на автобусную остановку. А там люди. Ну и − можете себе представить. Кровавая каша! Такой крик стоял − у меня до сих пор в ушах звенит.
− Что, и погибшие есть?
− А то! Двоих сразу: женщину и пацана. И куча раненых.
− А водитель?
− Живой, только стеклом порезался. «Скорая» увезла с остальными. А меня в милиции допросили, что видел, как было. Правда, пришлось долго ждать. Сказали, что если понадоблюсь, еще вызовут. А вы почему не в школе?
Наташка рассказала, как они катались по катку, в который превратился их двор. И как их спас Вадим.
− В общем, у вас сегодня внеплановый выходной, − подытожил Никита. − И чем вы собираетесь его заполнить?
− Сейчас помоем посуду и будем заниматься, − распорядилась Наташка. − У тебя или у меня? − обратилась она к Насте.
− Давай у меня. − Настя изо всех сил старалась не смотреть на Никитиного друга, но ее взгляд то и дело натыкался на его глаза, глядевшие на нее с немым вопросом.
− Нет, вы посмотрите, какой сознательной стала моя непутевая сестренка! − восхитился Никита. − Настя, ты заслуживаешь награды за воспитание подрастающего поколения! Но, может, все-таки останетесь? Мы вам поможем, если где непонятно.
− Правда, девочки, не уходите, − поддержал его Вадим. − Мы без вас будем скучать. Вы занимайтесь, а мы посуду помоем.
− Это, пожалуйста! − согласилась Наташка. − Это по справедливости: мы готовили, а вы моете. Ладно, остаемся.
Настя подумав, что ее необоснованный отказ может показаться подозрительным, согласилась. Под упорным взглядом Никитиного друга она окончательно смутилась и уронила вилку. Молодые люди с готовностью кинулись ее поднимать и одновременно крепко стукнулись лбами под столом. Отпрянув, Никита вдобавок треснулся затылком о ножку стола. Наташка захихикала.
Настя встала, незаметно показала подруге кулак и, молча, направилась в соседнюю комнату, − Наташка, продолжая хихикать, поплелась следом. Там Настя отвесила подруге звучный тумак, после чего они немного поборолись и, наконец, сели за уроки. Но мысль о том, что Вадим так близко, сильно мешала Насте сосредоточиться. Из-за этого она сделала две ошибки, − ответ никак не сходился. Наконец, Наталья разозлилась.
− Ты или решай, или мечтай! − раздраженно заявила она. − Вечно на меня ворчишь, а сама?
− У меня голова болит, − не придумала ничего лучшего Настя, чтобы отвязаться. − Знаешь, я лучше, домой пойду. − И не глядя
