– Я так и знал, что ты не преминешь уточнить сей факт! – усмехнулся Джем.
Тесса переводила взгляд с одного на другого – разве можно представить более несхожих юношей?! И внешне и внутренне. И все же…
– Вот что значит быть побратимами, или parabatai? Один начинает, другой заканчивает фразу и все такое? В «Кодексе» об этом почти ни слова.
Уилл и Джем переглянулись. Уилл небрежно пожал плечами и высокомерно заметил:
– Это непросто понять, если только сам не испытаешь…
– Ну, вы можете читать мысли друг друга или что-нибудь в этом роде?
Джем прыснул от смеха, а в синих глазах Уилла заплясали искорки.
– Читать мысли? Вот ужас-то! Конечно нет.
– Тогда зачем все это нужно? Вы клянетесь защищать друг друга, это понятно. Но разве не обязаны все Сумеречные охотники поступать так?
– Дело не в этом, – серьезно ответил Джем, наконец отсмеявшись. – Традиция побратимов восходит к одной старой легенде, истории Джонатана и Дэвида. «И случилось так… что душа Джонатана срослась с душой Дэвида, и Джонатан полюбил ее как свою собственную… и Дэвид полюбил его душу как свою. И дали тогда Джонатан и Дэвид клятву». Они были воинами, и души их соединились по воле Небес. Джонатану пришла в голову идея побратимов, он же придумал и ритуал, который теперь прописан в Законе.
– Но ведь необязательно, чтобы это были два мужчины? Побратимами могут стать и мужчина с женщиной, и две женщины, верно?
– Разумеется, – кивнул Джем. – И выбор нужно сделать до восемнадцати лет, потому что позже ритуал проводить нельзя. Мы не просто обещаем защищать друг друга, все гораздо сложнее. Мы клянемся перед всем Советом положить жизнь за своего побратима, если потребуется. Идти за ним повсюду, умереть и быть похороненным рядом с ним. Если бы я увидел летящую стрелу, то должен был бы закрыть Уилла грудью, ведь я дал клятву!
– Удобно, правда? – встрял Уилл.
– И он конечно же готов сделать то же самое для меня, – продолжил Джем. – Что бы он здесь ни болтал, Уилл не нарушит ни клятву, ни Закон.
Он пристально посмотрел на Уилла; тот слабо улыбнулся и снова уставился в окно.
– Ну надо же! Это все очень трогательно, но в чем выгода вашего положения?
– Не у каждого охотника есть побратим, – ответил Джем. – Немногие успевают найти его до совершеннолетия. Но если повезет, то ты целиком и полностью можешь положиться на своего побратима в бою. Любая руна, нарисованная им на тебе, значительно усиливается по сравнению с той, что нарисуешь ты сам или любой другой охотник. А еще есть набор рун только для побратимов, потому что они работают от нашей удвоенной силы.
– А что делать, если вы двое больше не захотите быть побратимами? – с любопытством спросила Тесса. – Можно ли разорвать связь?
– Боже милостивый! – воскликнул Уилл. – Женщина, есть ли хоть один вопрос, на который тебе не нужен ответ?
– Не вижу причин, чтобы не рассказать ей все. – Джем аккуратно сомкнул руки на набалдашнике трости. – Чем больше Тесса знает, тем лучше сможет сыграть свою роль. Разорвать эту связь нельзя, но из любого правила есть исключения. Если один из нас захочет стать жителем Нижнего мира или же мирянином, тогда другой свободен. Как и в случае смерти одного из нас. Но выбрать другого побратима нельзя. Сумеречный охотник имеет право пройти ритуал только раз в жизни.
– Похоже на супружество у католиков, правда? – безмятежно заметила Тесса. – Помните Генриха Восьмого – чтобы освободиться от клятвы, он создал новую религию!
– Пока смерть не разлучит нас, – ответил Уилл, все еще глядя на пейзаж за окном.
– Ну, Уиллу не придется выдумывать новую религию, чтобы избавиться от меня, – сказал Джем. – Довольно скоро он будет снова свободен.
Уилл резко обернулся, но Тесса опередила его:
– Не смей так говорить! Нельзя терять надежду – нужно искать лекарство.
Она тут же съежилась под яростным взглядом синих глаз Уилла, а Джем ничего не заметил и спокойно сказал:
– Я не потерял надежду, Тесса Грей. Просто теперь она у меня иная.
* * *
После разговора прошло несколько часов, которые Тесса провела в полудреме, подперев голову рукой. Мерный стук колес слышался ей даже во сне. Проснулась она оттого, что Джем легонько тряс ее за плечо; паровоз свистел, и кондуктор громко объявлял прибытие в Йорк. Подхватив сумки и шляпы, они сошли на платформу. По сравнению с Кингс-Кросс вокзал казался совсем безлюдным, зато крытое железом и стеклом пространство производило куда более внушительное впечатление. Сквозь прозрачную крышу проглядывало свинцовое небо.
Да и платформ здесь было больше; к счастью, лондонский поезд прибыл на первый путь. Тесса, Джем и Уилл стояли под огромными часами с золотистым циферблатом, стрелки показывали шесть. На севере темнеет раньше, поэтому в Йорке уже были сумерки.
Не успели они встать под часами, как из темноты выступил какой-то старик в плаще до полу, черной клеенчатой шляпе и старых резиновых сапогах. Он появился так неожиданно, что Тесса едва не подпрыгнула. У незнакомца была длинная борода и густые седые брови, он положил руку Уиллу на плечо.
– Нефилим? – спросил он хрипло и довольно неразборчиво. – Ты нефилим?
– Боже мой! – воскликнул Уилл, театральным жестом приложив руку к сердцу. – Да это же Старый Мореход[12] собственной персоной! И выбрал он, заметьте, меня!
– Я тут по поручению Алоизиуса Старквэзера. Вас, что ли, забирать со станции? Некогда мне тут с вами прохлаждаться!
– Важная встреча с альбатросом? – осведомился Уилл. – Не смеем задерживать!
– Мой друг сегодня не в себе, – вмешался Джем. – Мы и в самом деле Сумеречные охотники из лондонского Института и прибыли по поручению Шарлотты Бранвелл. А вы?..
– Из Готшеллов я, – хрипло сказал старик. – Мы, Готшеллы, служим Сумеречным охотникам йоркского Института, почитай, уж лет триста. Ваши знаки я вижу, детки, а она кто? Если на девчонке и есть знак, то я таких еще не видал!
– Она мирянка, готовится к Посвящению. Моя будущая жена! – быстро ответил Джем и, взяв Тессу за руку, показал Готшеллу кольцо. – Совет решил, что ей полезно взглянуть на другие Институты, кроме лондонского.
– А мистер Старквэзер знает? – Готшелл внимательно поглядел на них из-под шляпы.
– Если миссис Бранвелл написала ему, то да, – ответил Джем.
– Вам же будет лучше, если написала! – неодобрительно поднял брови слуга. – Алоизиус Старквэзер терпеть не может сюрпризов, попомните мои слова! Сами увидите, каков этот старый х… хитрец. Прошу прощения, мисс.
Тесса улыбнулась и вежливо кивнула, но ее мутило от страха разоблачения. Беспомощно оглянувшись на Джема и Уилла, она увидела, что оба спокойны и весело улыбаются. Они-то давно привыкли к подобным уловкам, а вот ей доселе не приходилось лгать в своем облике; играть, надевая чужую личину, – совсем другое! Вдруг ей стало очень страшно. Оставалось лишь надеяться, что Готшелл преувеличивал, хотя его внимательный взгляд словно говорил Тессе: дело плохо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
