В столовой, кроме нас, завтракает только Кани со своими парнями. Четвертый член ее команды, Стаден, сидит поодаль, с явным отвращением посматривая на содержимое наших тарелок. Да и молчаливый Рен как то вяло орудует приборами.
Парни явно принимали вчера активное участие в вечеринке, судя по слегка опухшим лицам и сердитым взглядам, которыми Кани эти лица одаривает.
– А где все остальные? – невольно вырывается у меня вопрос, не хотелось бы думать, что кто-то еще нежится в кровати, когда я уже полчаса как на ногах.
– Пошли к полигону, жеребьевка через полчаса, – поясняет Кани.
– А мы не опоздаем? – оборачиваюсь к спокойно жующему Очилу.
– Туда пять минут быстрым шагом, – отвечает за него Кани.
– Тогда зачем они так рано пошли? – одолевают меня нехорошие подозренья.
– Не могут они сегодня быстро ходить! – не выдержав, сердито бурчит Очил. – Пережрали вчера!
– Я хотел им сказать, нельзя так много еды класть себе на тарелку! Заболеть можно! – соглашаюсь я, откусывая пирожок.
Сотрапезники с минуту ошеломленно глядят на меня, затем начинают хохотать, роняя куски изо рта и вытирая слезы.
– О, не могу! Он им сказать хотел! – повизгивает от смеха обычно невозмутимая, Кани.
Так, теперь я не понимаю! Что я такого смешного сказал-то?!
– Ты на нас не обижайся, Ведун! – отсмеявшись, снисходительно объясняет Очил. – Я сказал, пережрали, в смысле – перепили. Ну, напились, попросту. Ты же видел вчера, сколько бухла на столе стояло! Так им этого еще и не хватило! Они потом в бар отправились, недельную выручку бармену сделали!
– Так это же настоящее отравление! – Доходит до меня смысл произошедшего. – Очил, но их ведь лечить нужно! Как же они сегодня состязание пройдут?!
– Эй, Арт, ты дурак или святой?! Нам же лучше, если у этих идиотов руки дрожать будут! В конце концов, они не дети неразумные, думать должны были! – Всерьез разозлился Очил.
Я то не святой, главарь, но и не подлец! А вот ты опять потерял несколько баллов в моем личном табеле. Эти люди шли за тобой и доверяли тебе, значит ты в ответе за них. И должен был хотя бы поговорить с парнями, прежде чем они кинулись в омут бесплатного развлечения. Хотя, настолько ли бесплатного?! Что там сказал Очил про недельную выручку? Ясно, что разгоряченные спиртным игроки за ценой не стояли!
– Скажи Очил, в вашем городе есть поговорка про бесплатный сыр? – мой внезапный вопрос заставил его оторопеть.
– Что-то не припомню?! – сомневается главарь.
– Так вот, он бывает только в ловушке для грызунов! Так говорят у меня на родине.
– А при чем тут сыр? Особенно бесплатный! – обижается главарь.
– Да неважно, сыр или бухло! Если бы вчера бесплатной выпивки на столе не было, парни бы так не напились! Но вчера ты еще был командиром, мог от выпивки отказаться! Они же привыкли за тобой идти, во всем доверять, спорить бы не стали! Скажи, как ты им сейчас в глаза посмотришь, если придется на мечах биться? Может, радоваться начнешь, что умнее оказался? Или для тебя твой суперприз дороже совести?! Эх!
Махнув на Очила рукой, принимаюсь яростно выскребать остатки завтрака из тарелки. И одновременно медленно считать до десяти, иногда это помогает.
Больше за завтраком никто не проронил ни слова. Только потом, когда мы шли сквозь кусты, пронизанные первыми лучами умытого вчерашним дождем солнца, Кани со вздохом сказала:
– Может ты и прав, Ведун, только в эту игру раньше так никто не играл! Мы всегда знали, что здесь каждый за себя! И что наступит момент, когда придется бороться с теми, кто еще вчера был с тобой заодно! Думаешь, мне хочется биться с Дитоном или Реном? Но ведь придется, не в третьем, так в четвертом! Победитель может быть только один!
У тебя своя правда, Кани, у меня своя. Я тоже играю с вами нечестно. Но меня к этому вынудили, я пришел сюда не по своей воле, и должен дойти до конца. Однако алчность устроителей этой игры, сделавших на меня ставки и теперь хитростью ослабляющих остальных игроков, мне претит. Поэтому я постараюсь исправить положение. Как смогу.
Приотстав от спутников, тихонько объясняю мику задачу. И уже через пару секунд получаю утвердительный ответ. Медицина моего мира легко справится с последствиями алкогольного отравления. С моей помощью, разумеется.
Первый пациент не заставил себя ждать. Из кустов справа раздаются булькающие звуки и тихий стон. Шагнув туда, обнаруживаю Лауда, парня, которого выбрал вчера для своей команды Танс. Вид у него самый плачевный, лицо бледное, руки трясутся, изо рта течет зеленая струйка. Без лишних слов кладу ладонь ему на шею и бормочу команды мику. Через несколько минут парню станет легче, и он сможет догнать команду.
Дальнейший мой путь к месту проведения третьего уровня состоит из непрерывных ныряний в кусты и созерцания различных степеней этого заболевания. Зрелище, надо сказать, вовсе не из приятных. Наконец очередь дошла и до Танса, он почти добрался до места, и теперь сидит, прикрыв глаза, прямо на дорожке.
– Что же ты не остановил вчера эту попойку? – укоряю его, кладя руку на шею.
– Да иди ты! – злобно дергает головой недруг, ошибочно считая, что я оскорблюсь и уйду.
Нет, приятель, теперь тебе так просто не отделаться. Можешь дергаться сколько угодно, пока медроб трансформа не закончит короткую процедуру, моя рука не сдвинется с твоей шеи. А как личный подарок от меня, с этого дня все вы получаете полную непереносимость любых видов алкоголя.
У запертой металлической двери в огромное мрачное здание, без какого либо намека на окна, нам приходится подождать несколько минут, пока подтянутся немного оклемавшиеся соперники. Пряча взгляды, останавливаются, немного не дойдя до двери, и пытаются привести в порядок одежду и снаряжение.
– Ох, и жрать же хочется! – ноет могучий Ремез, из команды Мироу.
– Разве вы вчера не нажрались? – с ехидной улыбкой немедленно отзывается Кани. – Вот наш Стаден до сих пор о еде даже слышать не может.
– Достала, заноза, – бурчит несчастный.
О, а про парней Кани я чуть было не забыл! Передвинувшись к парню, дружески полуобнимаю его, и положив ладонь на мощную шею, укоризненно высказываю боевой девице:
– Ничего ты, Кани, не понимаешь в мужских развлечениях! Ну, сама подумай, что может быть круче, чем хорошая драка, с синяками и шишками, с кровью и грязью? А как приятно после, на все выскобленные из чужих карманов бляшки, купить дорогущего пойла и заесть не менее дорогой жратвой?! И вовсе неважно, что все это вскоре извергнется в кусты или канаву! И что голова будет трещать от боли, а внутренности переворачиваться в животе!- с этими словами переключаю внимание на Рена, обнимая теперь его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
