Диметра моментально сняла облегающий топик и кружевные трусики, Олег снял свою «больничную робу», темно-синие семенники и вслед за Диметрой зашел в ванную. Диметра села, а он стоял и толстой ароматной струей попадал Диметре на живот, грудь, лицо, волосы. Она ловила струю и умывалась ею. Опорожнив мочевой пузырь он сел напротив нее.
- Роднуль, а мне можно эту таблетку? – хитро посмотрела на него она.
- А ты уверена?
- Ага!
Олег снова извергся плотной струей, на что она подставила рот. Эта восхитительная соленая, соломенная влага все орошала и орошала ее рот, подобно волнам исполинского водопада из скандинавский легенд. Диметра на всю длину высунула язык, как только могла и коснулась им соленого лобка Олега. О, какой неземной вкус! Эти божественные волосы не хочется выпускать изо рта ни на миг. Его ноги были разведены по бортам ванной. По внутренней части его левого беда язык Диметры проследовал без остановок до его колена и, дальше, к икрам, обросшим волосами сантиметра три на вид. О, как приятно было поливать его ноги мочой и слизывать ее, оставляя сухим каждый волосок…
Олег потянулся к раковине и достал полупустой стрип с мелкими таблетками.
- Прими две, учитывая твой вес.
Она выдавила две, по совету Олега, таблетки, положила их в рот, зачерпнула из ванной пригоршню мочи и запила ею таблетки.
- Держи пиво, - протянул Олег, сделав несколько глотков из своей банки.
Диметра открыла и выпила банку практически залпом.
- Давай поженимся прямо здесь?
- Это как?! – глаза Диметры расширились от удивления.
- Просто скажи, когда невтерпеж будет, ок? – Олег достал небольшой глиняный сосуд, похожий на пиалу, из которой индейцами было принято пить чай матэ.
- Да я уже ели терплю.
- Давай, пописай немножко сюда, - подставил сосуд он, а взгляд без остановок проследовал до его колена, икр, покрытых волосами в размере сантиметра два на вид.
Когда она уже была наполнена на треть, Олег поднес ее к своей струе и наполнил практически до краев.
- Повторяй за мной, любимая.
- Давай.
- Клянусь в любви и верности этому человеку.
- Клянусь в любви и верности этому человеку.
- Клянусь в нищете и достатке, хвори и здравии быть с ним и не позволить ни какой, белой ли или черной силе разлучить нас.
- Клянусь в нищете и достатке, хвори и здравии быть с ним и не позволить ни какой, белой ли или черной силе разлучить нас.
- Теперь выпей ровно двенадцать глотков. – передал глиняный сосуд он Диметре.
Сделав ровно двенадцать глотков на передала ему Тот повторил процедуру, придвинулся к Диметре , что и головы оказались в положении лоб ко лбу. Олег вил остатки мочи на голову свою и Диметры.
- Поздравляю, теперь мы муж и жена, родная моя! Иди ко мне…
Диметра приблизилась к нему, аккуратно обняла мокрыми руками за голову и поцеловала.
- Олег, а как ты меня любишь?
- Сильно-сильно, крепко-крепко, дорогая. Так сразу и не скажешь… - в замешательстве он сделал несколько глотков пива. – Понимаешь, я люблю тебя и только такую.. А ты?
- Я всю жизнь ждала такого человека как ты и люблю тебя только таким… - Диметра легла на него на уровне шеи так, что он видел ее голову. В этот момент произошло нечто неожиданное: время мочеиспускания Олега совпало с Диметрой, в этот момент ванная сказочно орошалась ароматными струями. Диметра набирала их в ладони и натиралась ими: ноги, живот, грудь, плечи, выливала на лицо. Яркий свет ванной падал на стены, раковину, влюбленные тела, отражаясь в их глазах, на черные как смоль и очень короткие волосы Олега, на русые ниже плеч волосы Диметры. Моча в ванной была словно фильтром, светофильтром, одеваемым на объектив фотоаппарата, не пропускающий красный, желтый, зеленый свет; по тому самому принципу моча процеживала белый (дневной) свет энергосберегающей лампы и до ее, находящихся на дне, он доходил соломенно-светлым. Почему нет очков с герметичными наполняемыми линзами? Их бы можно открыть как маленькие иллюминаторы, наполнить обе линзы мочой любимого, закрыть, загерметизировать и ходить так, взирая на мир сквозь мочевую призму. О, как меньше бы уродов попадалось на глаза! О, сколькими чудеснейше желтыми облаками и кусочками неба можно было бы наслаждаться! А вода! Любая, даже это газированное пойло, лживо именуемое минеральной водой, через очки воспринималось бы в качестве мочи Олега.
- Я весь взмок от мыслей, родная… - пересел на противоположную сторону ванной Олег.
Диметра снова опорожнила мочевой пузырь себе на ладони и вылила прямо на гениталии Олега. Он сделал то же самой, мокрыми от своей мочи руками он начал нежно массировать гениталии Диметры одной рукой, второй мокрой рукой он поглаживал ее грудь. Она нежно сжала сосок Олега, после чего он довольно зажмурил глаза. Они одновременно усилили темп своих рук. И если и есть идеальная музыка, то она не положена на ноты, нигде не исполнена публично – это оргазм Олега, грубый, взахлеб, прерывистый. Оргазм Диметры был более ровным, она крепко закрыла глаза.… Очнувшись, она увидела Олега допивающим пиво.
- Пойдем, воздухом подышим, солнышко?
- Прямо сейчас?
- Ага. Ты просто не представляешь моего прилива энергии, меня б прям на ринг сейчас!
Они встали в полный рост, он включил воду и настроил ее до приемлемой температуры, намылил губку мылом и начал старательно натирать Диметру, ее плечи, грудь, спину, ноги и передал губку Диметре. Она более бережно натирала его мылом, хитро подставляя пальцы, чтобы дотрагиваться до его шеи, абсолютно ровной, плоской груди, стройного живота, кажущегося ему худым, обросшие волосами ноги, красивейшие пальцы ног. Диметра включила струю душа, пена канула в небытие.
- Зажмурься, любимая. – Олег нанес шампунь на ее голову и размылил по всем ее пышным волосам. Он пропускал их между пальцами, тщательно промывая каждый ее волосок, уши. Он направил ей на голову сильную струю душа и пена так же канула куда-то в тартарары. Мокрые они тонкими линиями очерчивали ее плечи. Диметра взяла лейку душа и намочила волосы Олегу, набрала немного шампуни в ладонь и размылила по его волосам, сама в душе повизгивая от радости как красиво, коротко, по-мужски его постригли. Шампунь стразу же отозвался истинно мужским ароматом. Волос на его голове было настолько мало, что часть шампуни стекла по ушам. Остатки она размылила и промыла его голову. После Олег открыл глаза и очень добро, заливисто засмеялся. Диметра подняла от удивления брови.
- Смешная ты мокрая. Волосики сразу такие тоненькие, жиденькие, будто и нет твоих знаменитых кудряшек.
Диметра рассмеялась в ответ.
