белья мигом становится влажной.
— Никакого бл*ть Тоши. Никого бл*ть больше. Слышишь меня? — его широкие ладони скользят на талию. Сжимают так, что точно останутся синяки от пальцев. Но мне нравится. Нравится всё. Нравится, как он касается. Нравится, как смотрит. Нравится, как ревнует.
— Но ты ведь не хочешь мне помогать, — я прогибаюсь в пояснице. Так, чтобы прижаться телом к его, звенящему от напряжения. — Тоша никогда не откажет мне в помощи. Или Глеб. Он точно научит меня целоваться. Он в этом мастак.
Кулак Игната в приоткрытую дверь впечатывается, отчего та захлопывается с грохотом. Я вздрагиваю от громкого звука, который действует на напряжённые до предела нервы. Но стойко выдерживаю полыхающий яростью взгляд. Облизываю пересохшие губы и вскидываю брови, елейным голосом спрашивая:
— Я пойду? Просмотр фильмов на сегодня откладывается, как понимаю. К Тоше заеду.
— Никакого. Тоши. Я. Сказал.
Чеканит каждое слово. А мне кажется, что из его носа вот-вот повалит пар.
— И что же мне делать? — брови вскидываю и голову к плечу склоняю.
— Бл*ть, — выплёвывает.
Рука Игната оказывается в моих волосах. Парень сжимает пальцы и склоняется вниз, чтобы захватить мои губы в плен своего рта.
Это взрыв!
Феерия!
Блаженство!
Непередаваемое словами удовольствие, от которого кружится голова.
До чего же он вкусный. До чего напористы и требовательны его губы. Но при этом так мягки. Так нежны. Я вскидываю руки, чтобы впиться пальцами в широкие плечи, на которых ходуном ходят мышцы. Чтобы податься ближе, привстав на носочки. Чтобы язык Игната проскользнул внутрь моего рта, огладив нижний ряд зубов и коснувшись моего языка. Чтобы его язык закружил вокруг моего, даруя ласку. Я смежила веки, затрепетав ресницами, чтобы полностью погрузиться в ощущения. Чтобы прочувствовать каждый миг этого поцелуя. Чтобы все ощущения сосредоточилась на требовательных и жадных губах.
Игнат зубами чуть прикусил мою верхнюю губу. Я взволнованно выдохнула и вздрогнула от приятных импульсов, целой ротой рванувших врассыпную от затылка по спине. Чтобы сосредоточиться в развилке между бёдер. Там, где уже всё и так нестерпимо печёт. Там, где влажное бельё причиняет лёгкие дискомфорт.
Стон вырвался произвольно, против воли, когда парень всосал мою верхнюю губу в рот. Когда языком провёл по ней, даря нежную и чувственную ласку. Пальцы Игната теперь не сжимали до боли волосы на затылке. Они в нежной ласке прошлись по шее. Огладили выступающие позвонки на спине. Моё тело превратилось желе. Вот только по венам сейчас бежала раскалённая лава.
Мои руки скользнули по широким плечам и легли на шею парня.
Провела пальцами по коротким волоскам, которые приятно закололи чувствительную кожу. Скользнула выше, на затылок, где волосы значительно длиннее. Сжала гладкие пряди. Пропустила между пальцами, как мечтала целую вечность.
Игнат отстранился немного и коснулся губами кончика носа. Я успела перевести дыхание до того, как жадные губы вновь впились в мои.
Я окончательно растворилась в новых ощущениях. Тот поцелуй, который я украла, ни в какое сравнение не идёт с этими — жадными, полными страсти и ярости.
Я почувствовала, как руки Игната скользнули на мои бёдра, сжали попу и приподняли над полом. Ногами обвила его бёдра, так и не открывая глаз. Когда дыхания катастрофически перестало хватать, пришлось оторваться от губ Игната. Глаза открыла и посмотрела в лицо любимого, которое находится всего в паре сантиметрах от моего. Волосы взъерошены моими пальцами. Губы припухли. На скулах румянец. А глаза блестят. Ещё никогда в жизни Игнат мне не казался настолько красивым. Ещё никогда в жизни я его не любила настолько, что это чувство давило на рёбра.
Игнат прикусил мой подбородок. Я захлебнулась чувством восторга. Особенно когда услышала со стороны парня звук, походящий на урчание кота, которого гладишь.
Любимый опустился в кресло, стоящее в углу комнаты. Я завозилась, понимая, что сижу на его бёдрах. На напряжённых бёдрах. Даже сквозь слои одежды я чувствую, что плоть Игната тверда. И упирается аккурат в сосредоточение моего желания. Надавливает на клитор сквозь слои одежды. Простреливает таким острым наслаждением, что это чувство пугает. Я ёрзаю, пытаясь принять такое положение, чтобы напряжённые бёдра Игната не касались сосредоточения моего желания.
— Чёрт, Снежинка, — Игнат лбом упирается в моё плечо. — Что же ты творишь? Снежинка, — укоризненно.
Игнат меня не спешит больше целовать, просто вглядывается в моё лицо, поэтому я беру инициативу в свои руки. Обхватываю лицо парня ладошками, запрокидываю его голову назад и вглядываюсь сначала в чёрные, как самая непроглядная тьма, глаза. А после к губам склоняюсь и языком провожу по нижней. Самым кончиком. Ох! Тело подо мной вздрагивает крупно. Повторяю действие. Улыбка прилипает к губам, когда краем глаза вижу, как Игнат пальцами стискивает подлокотники кресла. Восхитительно. Лучше всяких слов.
Набираю в грудь побольше воздуха и прижимаюсь к его губам поцелуем. Приоткрываю рот и ловлю его частое, рванное и надсадное дыхание. Я дышу им. Дышу. Каждой клеточкой тела впитываю его близость.
— Так? — спрашиваю шёпотом. — Так нужно целовать?
— Нет.
— Так покажи.
И снова рука в волосах. И снова губы набрасываются на мой рот, будто в запертом пространстве я единственный источник свежего воздуха.
Я коленями упираюсь в мягкое кресло по обе стороны от его бёдер, привстаю и, удерживая лицо в чаще ладоней, целую со всей страстью, со всей любовью, со всем желанием, которое плескается во мне столько времени.
Я теряюсь во времени. Всё, что имеет значение — парень передо мной. Когда губы уже болят от поцелуев, когда губы уже припухли, кладу голову на грудь Игната, смотря в окно, за которым уже смеркается. За всё это время было сказана всего пара слов. И сейчас, слушая стук сердца Игната, я не знаю, что говорить. Становится до ужаса неловко и стыдно за свою провокацию. Как теперь себя вести? Какие теперь между нами отношения?
Парень целует меня в волосы, поднимается с кресла вместе со мной и опускает меня на кровать. Зажигает свет, открывает крышку ноутбука и включает фильм. В полном молчании гасит свет и опускается на кровать рядом, подсунув руку мне под голову.
Я смотрю в экран, но при всём желании не могу вникнуть в сюжет. Я сосредотачиваюсь на тепле и запахе лежащего рядом любимого парня. Игнат кажется расслабленным. Его пальцы начинают перебирать мои волосы на затылке и чуть массировать кожу. Как-то незаметно напряжение уходит. И так же незаметно я проваливаюсь в
