похожие на расчётливого Графимова люди. Но это было как старая привычка, от которой сложно избавиться, хоть и понимаешь, что надо бы. Конечно, она принимала подарки от своих редких ухажёров в университете, но лишь потому, что не принять было жестоко, это только огорчило бы парней, но всё же каждый раз девушка чувствовала себя крайне неловко. В этот раз она не стала сопротивляться, просто не могла. Пускай разум противился, сердце всё же сжималось от, можно сказать, детской радости. Девушка была смущена, но очень счастлива. Ведь счастье – оно в мелочах: в прогулках, в небольших подарках, в разговорах, в жизни. Многие не ценят эти мгновения и считают себя несчастными, но Софи умела чувствовать радость в каждой минуте, а потому что бы ни случилось, всегда считала себя счастливым человеком и любила жизнь. Лишь грустила, что не научилось этому раньше, что переломным моментом был столь трагичный случай.
Журналистке редко приходилось бывать в торговых центрах. Она часто заходила в них с университетскими подругами, но редко что-то покупала. В этот раз они с Никодимом тут же отправились в первый же магазин, где девушка старалась выбирать только самые дешёвые вещи, однако напарник прознал этот план и сказал, что сам выберет, какое из платьев купить. Поэтому теперь они вместе гуляли вдоль вешалок с одеждой, а Софи пришлось выходить из примерочной, чтобы и парень мог оценить очередной наряд. Сначала она была зажата и смущена, но потом вошла во вкус и выходила в платьях, балуясь. Для неё это была скорее весёлая игра. Поэтому уже в пятом магазине она вышла вся светящаяся, с улыбкой на лице, имитируя ходьбу на подиуме.
– Ну как? – спросила она.
Ей и самой понравилось это платье. Нежно-красное, лёгкое, летнее и летящее. Плечи были оголены, потому что рукава начинались только параллельно груди. Они были широкие и казались объёмными, потому что незаметные резинки собирали ткань чуть жиже локтя. Такие же были на основании рукавов и над грудью. Платье было приталенным и ассиметричным. Спереди юбка была чуть ниже колена, однако сзади почти касалась пола. Её край был кружевным, как и верх, как и концы рукавов. Оно очень красиво смотрелось на чрезмерно худой Софии, добавляя её фигуре стройности.
– Потрясающе! – Нико искренне восхитился подругой. – Мы однозначно берём его!
Девушка взглянула на ценник и, вздохнув, отказалась, сказав, что оно не так уж и хорошо, да и туфли к нему будет сложно подобрать. Ей очень хотелось именно это платье, в которое оно влюбилась с первого взгляда, но цена была слишком высока, а ей не хотелось потратить все сбережения друга. Любой другой мужчина пожал бы плечами, и они бы пошли дальше. Софи знала это. Но Никодим, к её удивлению, оказался другим.
– Что я говорил? Что платье выберу сам, а туфли мы подберём, так что иди переодевайся и на кассу.
Продавщица прекрасно слышала весь разговор и быстро предложила элегантные босоножки, которые идеально подходили к платью. Конечно же ей хотелось заработать побольше денег на посетителях. Проблема была решена, так что вскоре парень и девушка спускались на лифте с новыми покупками.
– Спасибо тебе огромное! – воскликнула девушка с искренней улыбкой, крепко обняв парня.
Она не смогла скрыть своё счастье, и все эмоции просто выплеснулись наружу. Никодим впервые видел её такой и был очень удивлён – Софи рассмеялась, заметив это.
– Не за что, – улыбнулся он, отойдя от шока.
– Но это машина, эта одежда, между прочим, самая дорогая за всю мою жизнь – откуда на всё это деньги? – сощурив глаза, спросила собеседница с хитрой улыбкой.
– Я живу один, а много ли одиночке надо денег? Особенно если он парень. Некоторые накопились ещё со службы в полицейском участке. А детективы, как оказалось, очень востребованы, особенно если надо проследить за женой или мужем, узнать, изменяет ли вторая половинка. Мне некуда их тратить. Собирался отправиться на недельку в тёплые края, но пока не особо хочется.
– А как же футбол в барах, пиво с друзьями, походы в стрип-клубы? Как же все эти холостяцкие «прелести», – игриво хмыкнула она.
Никодим громко рассмеялся.
– Должен тебе признаться, я ненормальный холостяк, – торжественно произнёс он.
София тоже рассмеялась.
– Да, очень необычный!
Лифт остановился, пара вышла и направилась к машине, продолжая разговор. Со стороны они выглядели как счастливые влюблённые, потому что оба светились от счастья. И виной тому было не только платье.
– Насчёт кредитки, – промолвила задумчиво Софи уже в пути. – Ты говорил, карточку Евы не нашли в кошельке, и, возможно, по крайней мере им так сказал Генрих, её и не было, но разве оставил бы Графимов свою возлюбленную без денег? Что если убийца просто воспользовался кредиткой своей жертвы?
Глава 11
На улице собралось много людей, но всё же их было меньше, чем на свадьбах небезызвестных лиц. Сложно было ответить, почему невеста так решила, но спрашивать никто не решался или не хотел. На берегу установили большой деревянный помост, оставив лишь тонкую полоску белого песка у самой кромки озера. Он был слегка неустойчив из-з консистенции песка, но это никого не смущало, потому что на нём будет проведена только регистрация брака, а само мероприятие пройдёт в доме. Зал на первом этаже освободили от всей мебели, расставив вместо неё столы и стулья. Стараниями довольно известных в Белоруссии дизайнеров всё выглядело эстетично, эффектно и красиво. Преобладали светло-розовые и бежевые тона, но гости щеголяли в самых разнообразных ярких одеждах. Софья соответствовала этому обществу и месту проведения, за что в сотый раз благодарила Никодима. Конечно, её наряд можно было назвать самым лёгким и даже простым по отношению к остальным, но он отлично подходил к атмосфере, витающей над озером, что немало подчёркивало её образ. Многие платья дам, присутствующих на вечере, отличались плотностью материалов и замысловатостью фасонов в то время, как убранство Софи было из мягкой, по-летнему лёгкой ткани. Некоторые одеяния даже были усыпаны блёстками или дополнены корсетами. Одежда не была безвкусной, но всё же слегка контрастировала не в лучшую сторону с летним домом, озером и лесом.
Первая часть празднества состоялась на улице. Овитую цветами арку, под которой расположились молодожены и женщина, произносящая речь, обнимало солнце, проникавшее сквозь лепестки на помост, тем самым создавая волшебную атмосферу. Гости расположились на покрытых бежевой тканью мягких стульях, на спинках которых красовались розовые банты. Лишь программа выбивалась из всей этой идиллии и красоты. Она была весьма типична: отец вывел невесту, произнесли речь,
