– Так точно, сэр… Но это невозможно! – твердо сказал старлей.
Мэтлок нахмурился:
– Не понял, Джейкобс?..
– Сутки слишком малый срок для выполнения такой задачи, сэр!
– Но «тюлени» как раз и нужны, чтобы выполнять невозможное, Джейкобс!
– Невозможное тоже имеет свои границы, сэр! – отчеканил старлей. – Я хочу сказать, что только на подготовку уйдет от трех до пяти суток…
– Черт, но я же тебе ясно сказал: у нас есть только сутки!
– Сожалею, сэр! Но в сутки мы не уложимся ни при каких обстоятельствах. Это невозможно!
– Хорошо! Сколько тебе нужно времени по минимуму?
– На разработку плана и разведку – двое суток.
– Ты хочешь сказать, что твои люди не в состоянии снять с берега без подготовки двух человек? При их-то квалификации?
– Смотря с какого берега, сэр. На подготовку каждого из моих людей потрачено примерно столько денег, сколько тратится на подготовку боевого летчика «Рейгана». Они знают свое дело. Но посылать их вслепую в территориальные воды другой страны я не стану.
– Черт побери, Джейкобс! Но это связано с нашими национальными интересами! Я просто не могу сказать тебе кое о чем!
– Я понимаю, сэр. Не сомневайтесь, мы сделаем свою работу. Но так, как положено.
– Я понял, Джейкобс. Но помни одно: продержаться в Иране больше суток нашим людям будет очень трудно…
– Я сделаю все возможное, сэр! Разрешите вызвать сержанта Ригли?
– Да, Джейкобс! – торопливо поднялся на ноги Мэтлок. – Работайте, не буду вам мешать. Пойду посплю. Но если будут вопросы, я к вашим услугам.
– Ясно, сэр!
– Стопку дернешь? – воровато огляделся по сторонам механик мазутного хозяйства электростанции.
– В другой раз, – покачал головой Логинов.
Он искренне удивлялся приспосабливаемости соотечественников.
Судя по характерному запаху, этот самый механик Гена гнал самогон прямо в своем складе. Без отрыва, так сказать, от основной работы.
– Зря! Первачок классный! Так что тебе надо?.. – спросил механик, успевший позабыть, зачем пришел Виктор.
– Ключи от ворот.
– А-а, да-да, ключи… А зачем тебе ключи?
– Забрать кое-что нужно из контейнера с оборудованием. Главный энергетик срочно сказал.
– На машине?
– На машине.
– Так это, нельзя ж без специального разрешения, пожароопасная территория. Разрешения ж нет?
– Будет, – сказал Виктор.
– Так, может, пока оформят, стопку дернешь?
– Слушай, Гена! – задушевно сказал Логинов, беря механика за отворот спецовки. – Не томи, а?.. Давай ключи! Я отвезу что надо, а потом к тебе загляну. С разрешением и бутылкой…
– Ну так бы сразу и сказал!
Нырнув куда-то за дверь, механик протянул Виктору ключи. Тот благодарно кивнул и направился по коридору к выходу.
– Так, может, все-таки дернешь стопку?.. – донеслось ему вслед.
– Попозже! – крикнул через плечо Виктор.
– Ты там поосторожней, смотри, не взорви мне хозяйство!
Мазутное хозяйство занимало огромную территорию. Здесь были врыты в землю огромные емкости вроде тех, что показывали в «Белом солнце пустыни», а также несколько насосных станций и целая куча трубопроводов. Но все это оборудование сейчас бездействовало, поскольку мазутное топливо было резервным и предназначалось на случай аварий магистральных газопроводов.
Логинов проехал по вымощенной железобетонными плитами дороге в самый конец. За приземистой станцией пенотушения располагалось одно из ответвлений железнодорожной ветки. Сюда-то и загнали по приказу начальника электростанции платформу с контейнером. Первым делом Логинов проверил маркировку. Ведь рабочие-сцепщики тоже могли гнать где-нибудь у себя в подсобке самогон…
К счастью, бог миловал, никто ничего не перепутал. Контейнер был тот. Логинов открыл багажник и запрыгнул на платформу. Пломбы были в порядке, крепления тоже. Делая вид, что осматривает их, Виктор на самом деле оглядывался по сторонам. Свидетели ему были не нужны, даже из числа наших, работающих на электростанции.
Но место действительно оказалось укромным. Убедившись, что чужих глаз поблизости нет, Виктор негромко постучал по стенке и сказал на английском:
– Ахмад! Тебя приветствует «Международная амнистия»! Ты жив?
– Да! – глухо донеслось из контейнера после паузы.
– Тогда подожди еще немного, сейчас будем тебя вызволять…
Спрыгнув на землю, Логинов вытащил из багажника инструменты.
Пару минут спустя он уже приоткрыл дверцу контейнера.
– Ты где?
– Здесь… – донеслось из угла.
– Выберешься или надо что-то вытаскивать?
Ахмад, хоть и не сразу, протиснулся между какими-то тягами.
После путешествия в контейнере выглядел он несколько помятым, но ничего страшного в этом не было. Чтобы добраться до Европы, нелегальным мигрантам из Азии порой приходится томиться в таких вот душегубках по две-три недели…
Ахмад привалился к контейнеру, жадно глотая свежий воздух.
Логинов быстро спросил:
– Джон тебе документы давал?
– Да.
– Где они?
– Здесь, – хлопнул себя по карману перс.
– А пакет где?
– Пакет там, – повернулся к контейнеру Ахмад.
После сидения в замкнутом пространстве на воздухе его заметно пошатывало.
– Ладно! Давай вниз! – решительно сказал Логинов. – Я сам заберу!
Он быстро помог персу спуститься с платформы и усадил на заднее сиденье «Опеля». Потом огляделся по сторонам и снова заскочил на платформу. Пакет отыскался, хоть и не без труда. Логинов бросил его на настил и закрыл контейнер. Пломба восстановлению не подлежала, но жалобу грузополучателей должен был принять начальник электростанции.
Вернувшись к машине, Логинов спросил:
– Ну что, порядок?
Перс уже более-менее оклемался. Виктор дал ему еще немного отдохнуть, а потом приказал лезть в багажник. Туда же он бросил и пакет. Через несколько минут «Опель» благополучно покинул территорию мазутного хозяйства. Некоторое время спустя Ахмад уже приводил себя в порядок в номере Логинова в гостинице электростанции. В него Виктор умудрился провести перса так, что того никто не видел.
Дав Ахмаду перекусить, Виктор вытащил из пакета клей и накладную бороду. С профессиональным гримом он научился управляться давно. На то, чтобы изменить внешность перса до неузнаваемости, Виктору потребовалось менее двадцати минут. Окинув свою работу придирчивым взглядом, он сказал:
– Нормально… Теперь садись под стенку… Фотографироваться будем.
Чтобы распечатать фото, Виктору пришлось съездить в офис станции. Вернувшись, он вытащил из пакета упакованный в целлофан бланк паспорта и вклеил фото в него. Оттиск фальшивой печати довершил дело.
– Поздравляю! – сказал Виктор. – Теперь ты… В общем, сам прочитаешь и запомнишь. Понял?
– Да!
– Только запомнишь хорошенько! Я сейчас уеду ненадолго, а ты сидишь в комнате и никуда не высовываешься. Если кто-то будет открывать дверь, быстро ныряешь в шкаф… Все ясно?
– Да! Господин…
– Познакомимся потом, – посмотрел на часы Виктор. – Я и так опаздываю. Все! Я тебя закрою! Да! И много не ешь! А то с непривычки еще заворот кишок получишь!
Домашний телефон разразился курлыкающей трелью. Волк быстро поднялся и прошел к нему. Сюзи третий раз звонили с одного и того же номера. Скорее всего – с работы. Ничего удивительного в этом не было. Ведь выходной она брала на вчерашний день, а сегодня должна была появиться в своей компании. Из школы сына Сюзи пока не звонили, но можно было не сомневаться, что и там вскоре начнут беспокоиться…
Волк дождался, пока телефон умолкнет, сунул в рот сигарету и отправился на кухню. Включив электрочайник, он осторожно раздвинул жалюзи и выглянул на улицу.
Хамад с Киркуном сидели перед телевизором в гостиной. Когда Волк вышел, они переглянулись. Оба понимали, что означают эти звонки. Рано или поздно кто-то решит наведаться в коттедж, чтобы узнать, куда подевалась его хозяйка…
Волк же, словно не понимая этого, спокойно готовил себе на кухне чай. Более того, он уже второй день никого не выпускал в город. Как вернулись Киркун с Хамадом с пляжа, где оставили одежду русского инженера, так и торчали безвылазно в коттедже.
Киркун, глядя на Хамада, нервно почесал подбородок. Хамад побарабанил пальцами по подлокотнику дивана, потом вздохнул и решительно поднялся. Кивком он дал знак Киркуну – мол, пошли.
Волк на кухне как раз потянулся за лежащей на подоконнике зажигалкой. Держа ее в руке, он оглянулся. Мрачные лица вошедших подчиненных не испугали Волка. Наоборот, он улыбнулся.
– Решили тоже попить чаю?
– Нет, Волк, – мотнул головой Хамад. – Мы хотим с тобой поговорить.
