с ним поближе в прямом смысле. Из-за вынужденной близости было трудно не заметить твердые мускулы его рук, тепло кожи сквозь одежду и то, как их тела перемещались относительно друга друг при движении лошади. Она не позволяла себе испытывать влечение к похитителю, но продолжала ловить себя на мысли, что ей хочется откинуться назад, прижаться к его сильному телу, чтобы снова пережить эти ощущения. Она подумала, что бы она сделала, если бы он удерживал ее чуть менее профессионально, а рука поднялась чуть выше.
Попросила бы его убрать руку, заверила она себя твердым кивком. И сказала бы ему, что лучше идти пешком, чем ехать в объятиях похитителя.
Но он держался очень профессионально, был вежлив и учтив. Его дыхание щекотало ей ухо, легкой волной катилось по коже, вызывая странное легкое покалывание.
– Вас ждет судно? – спросила Алдари, возвращаясь к более прозаичным вещам. – Или нам придется перебираться вплавь?
– Плавать в реке Вечного Тумана было бы неразумно.
– Там действительно водятся чудовища?
Она слышала множество историй о смертоносных речных змеях, несущих смерть, которые иногда нападали на рыбацкие лодки, подбираясь к ним вплотную в густом тумане, всегда висевшем над рекой, ломали лодки и пожирали команду. Но в этих же водах можно было встретить и пиратов. Они нападали на торговые суда, выходившие из портов на западной стороне полуострова, а затем скрывались в тумане, спасаясь от возмездия.
– А вы не знаете? Она же огибает ваш полуостров с восточной стороны, – произнес Хок.
– Наши корабли не ходят по этой реке, а большинство городов расположены вдоль западного побережья.
Потому что об этой реке рассказывают столько страшных историй. Потому что никто не хочет жить так близко к эльфийскому континенту, к земле, якобы кишащей монстрами, которые пьют кровь живых существ и охотятся на старушек и детей. В монстрах не было ни капли милосердия или человечности. Даже магия, которая, по слухам, пронизывала весь континент, была жестокой, заманивая путешественников в зыбучие пески и черные дыры или в пасти смертельно опасных хищников.
Алдари повернула голову, чтобы посмотреть на Хока, задаваясь вопросом, насколько все эти россказни соответствуют действительности.
Даже эльфы, покинувшие родину, редко говорили об этом.
Утром он сказал, что их народ когда-то обращался за помощью к людям, и это удивило ее. Эльфы всегда казались закрытыми и вели себя отчужденно, будто считая себя лучше человечества. Она даже представить себе не могла, что они могут просить о помощи, но она с ними практически не общалась и потому не знала, что было правдой, а что мифом. Хок не казался ни закрытым, ни отчужденным.
– Да, там водятся большие речные змеи, которые могут уничтожить целый корабль. А еще существуют магические течения и водовороты, и они тоже опасны для тех, кто плохо знает реку. – Хок вздохнул. – Эта река проклята точно так же, как и наша земля.
Его зеленые глаза наполнились печалью, и Алдари захотелось извиниться, но она напомнила себе, что он – не друг, которого она должна пытаться утешить.
– Мне рассказывали, что так было не всегда, – сказал Хок, – но туман существует уже целую вечность. Никто из живущих сегодня не помнит времен, когда его не было. За исключением, возможно, некоторых Искаженных. Если их не достанет клинок, они будут жить вечно. Если их существование, конечно, можно назвать жизнью. Проклятие не дает им перейти в другой мир и обрести покой.
Он покачал головой, и грусть превратилась в полное уныние.
Алдари снова захотелось утешить его, поднять руку и коснуться его щеки, как будто это могло унять его боль.
Стиснув зубы, она повернулась вперед, разозлившись на себя из-за этих своих желаний. Ей нужно было сосредоточиться на том, как сбежать, а не на жалости к похитителям. Да, горы опасны, но у нее есть долг перед королевством. Кроме того, ей и Тели не придется долго оставаться в одиночестве. Им просто нужно как следует спрятаться и продержаться, пока за ними не прибудет поисковый отряд, а он обязательно придет.
– Не пытайтесь сбежать, пока мы на реке, – мягко сказал Хок, словно прочитал ее мысли.
По телу Алдари пробежала дрожь, когда она задалась вопросом: а вдруг он действительно на это способен? В легендах говорилось, что эльфы утратили свою магию, но давным-давно они обладали огромной силой и выставляли на поле боя таких магов и колдунов, которые могли в одиночку переломить ход битвы. Вдруг потомки тех старых магов все еще обладают остатками магической силы?
– Я не рассказывал вам об этом, чтобы не пугать, – продолжил Хок, когда она не ответила. – Река действительно опасна. Если вы попытаетесь сбежать вплавь, вас могут убить. Змеи хоть и питаются рыбой, но очень любят полакомиться плотью животных, людей или эльфов. Они не могут передвигаться по суше, но у них длинные шеи. Однажды я видел, как кто-то, стоя на берегу на коленях, наполнял флягу, и в этот момент змей набросился на него, утянул под воду и убил, я даже не успел добраться до него, чтобы помочь. В итоге на поверхности осталась только фляга.
Эта история вызвала у Алдари новый приступ дрожи, но она решила не показывать свой страх и сделала вид, что не очень верит в его рассказы.
– Значит, я должна сбежать до того, как мы доберемся до реки.
– Видимо, да, – тихо фыркнул Хок. – Но разве вы не боитесь воргов? Мне кажется, что из-за этих шахт они стали агрессивнее, чем обычно. В прошлом Сетвик много раз ходил через эти горы, и он говорит, что никогда раньше не видел, чтобы ворги сбивались в такие большие стаи для нападения.
– Не могу сказать, что не боюсь… – утверждать обратное было бы глупостью, а не смелостью, – но у меня есть долг, капитан. Как я вам и говорила.
– Вы хотите рискнуть жизнью, чтобы выйти замуж за этого принца, который не собирается помогать вашему народу, пока не получит трофей в вашем лице?
Алдари стиснула зубы, рассердившись, что ее назвали трофеем, но была вынуждена признать, что это правда.
– Да, рискну. Чтобы заключить союз, в котором так отчаянно нуждается мой народ.
Хок ответил не сразу. Ей хотелось убедить его в том, что он поступает неправильно, несправедливо и подвергает опасности все ее королевство.
– Не рискуйте своей жизнью, не надо, – наконец произнес он. – Как я уже сказал, я буду защищать вас, и как только наша миссия будет выполнена, я верну вас вашему народу. Если мы добьемся успеха… – его голос был полон тоски и боли, а рука
