пришлось внести ясность. — Получил допуск в игру. Уже вторую ночь там.
Объяснять, что за игра, с некоторых пор не требовалось. Мой собеседник немного помолчал и каким-то сварливым голосом поинтересовался:
— Думаешь, там тебе будет лучше?
— Не знаю, насколько лучше, но точно интереснее.
— В аду на сковородке жариться тоже интересно. То дров подкинут, то масла подольют, то крышкой накроют.
Я безразлично пожал плечами.
— Ладно, дело твоё. Но отработаешь ещё три дня. Дела сдай Семёну.
— Так точно, босс.
— Всё иди работай. Заявление я сам в бухгалтерию отнесу. Завтра возьмешь в отделе кадров подписной лист. Дальше сам разберёшься. Ты всё ещё здесь?
— Уже иду. — Я вскочил с места и отправился на своё место — наводить порядок и готовиться объяснять текущее положение дел Семёну, сидевшему за соседним столом.
Днём мне удалось плотно пообедать. Потому что тратить время на готовку ужина не хотелось. Бутербродами с чаем перебьюсь. Меня охватило предотпускное настроение. Скоро можно будет бросить все дела и умчаться в мир песка, моря и девушек в бикини и без него. Последний час на рабочем месте отсидел как на иголках. Приехал домой, поужинал, лёг в кровать, и как отрубило. Не успел даже ни о чём подумать напоследок.
Мир игры встретил меня предрассветной мглой и пронизывающим ветерком. Я поёжился и повернулся на бок. Хотелось замотаться в одеяло и вздремнуть ещё часок. Вот только одеяла у меня не было. Были рубашка и штаны из материала, чуть плотнее марли. На локтях были заметны потёртости.
Рубаха нищего бродяги
Защита: нет
Прочность 63 / 100
Похоже, мой вчерашний забег вымотал не только тело и душу, но и сказался на остатках моего движимого имущества. Эдак я скоро буду вынужден в рубище из ивовой коры обрядиться. Денег то ни копейки нет. Впрочем, я же варвар. Не активированный. Забью пару зайцев, зубами и когтями сдеру с них шкуру. Будет мне меховая набедренная повязка.
Я вскочил с земли и начал утреннюю разминку. Я то вот всё думал, откуда мода такая пошла на утреннюю зарядку. А оказывается, эта традиция берёт начало с доисторических времён, когда человек каждое утро был вынужден греться таким вот нехитрым образом.
Параллельно с утренним моционом я начал разбирать вчерашние логи. Помнится, там весь экран ими заполнился.
Вы выполнили ситуационное задание «Благородная жертва». Ради бескорыстной помощи незнакомому человеку вы пожертвовали самым дорогим, что у вас было — частью своих способностей к магии. Но ни одно доброе дело не должно оставаться безнаказанным. Своим поступком вы обратили на себя внимание истинных богов этого мира.
Кровавые Боги с благосклонностью взирают на вас. Текущее отношение «Симпатия»: +2 000
Вы получаете пассивную способность «Благословение Кровавых Богов». Каждый миг вашей жизни будет оценён по достоинству.
Вы потеряли пассивную способность «Аура страданий».
Вы больше не можете пользоваться заклинаниями некромантии специализации «Магия плоти» и «Магия духа».
Вы получили доступ к заклинаниям стихии Жизни специализации «Исцеление» и «Дендрология». Обратитесь к учителю магии за пояснениями.
Сообщение о потере способностей некроманта меня немного напрягло. Но в целом, это не нарушало моих планов.
Большинство направлений магии имело четыре специализации. В некромантии это были «Магия плоти», «Магия духа», «Магия кости» и «Магия крови». Далеко не каждое заклинание имело специализацию. Но те, что имели этот параметр в требованиях, могли использоваться только про достаточной склонности мага к данному направлению развития. Определялась эта склонность самым банальным образом — частотой использования заклинаний соответствующей специализации. Направления развития образовывали крест из четырёх векторов. Например, в элементальной магии это был крест стихий, где Вода противостояла Огню, а Земля Воздуху. Можно было развивать одно или два смежных направления. Но противоположные специализации ослабляли друг друга.
Я строил своё развитие как некроманта вокруг способности «Костяная броня» из направления «Магия кости». И это направление по-прежнему было мне доступно. Также, я собирался разжиться заклинаниями «Магии крови». Эта школа специализировалась на нанесении внутреннего урона и официально была запрещена для использования. Что не мешало применять её всем желающим, не афишируя своих способностей. «Магия плоти» и «Магия духа» таким образом выпадали из сферы моих интересов, так что потеря была невелика. Жаль, что я не смогу поднять даже самого хилого зомби или подчинить самого слабого духа, но компенсация была более чем приличной.
Мне открывалось новое направление магии — управление стихией Жизни. Тоже всего две специализации, но больше то всё равно не унести. «Исцеление» с моим интеллектом сделает меня отличным целителем, а «Дендрология» позволит выращивать всякие цветочки с деревьями. Можно будет даже создать себе эдакого буратино. Тот же зомби, только деревянный. Будет ходить рядом со мной, цвести и пахнуть розами. Лепота!
Я вообще, получается, буду способен заменить собой целый рейд. Танк, маг, лекарь, петовод и бафер-дебафер в одном флаконе. Типичная группа из пяти человек. Ай да я!
Ладно, хватит витать в розовых мечтах. Мир сам не покорится. Надо бы и делом заняться. Я глянул на слегка алеющее небо на востоке, оценил закрытую дверь домика, накинул трофейный рюкзак и уверенно отправился навстречу солнцу. Встречаться с Мораной не хотелось. Эмоции после вчерашнего ещё не улеглись, и я не готов был опять окунуться в их водоворот. Вернусь сюда попозже, перед отбытием из локации рудника.
Дорожка всё также вилась между лесом и рекой. Позади осталась давешняя горка, на вершине которой я увидел одинокого зайца. Он сидел, забавно подняв уши, и внимательно наблюдал за мной. Я махнул ему рукой и пошёл дальше. Путь отклонился к реке, и скоро я увидел мост, ведущий на другую сторону водоёма. Просто и основательно. Посреди реки лежал огромный камень, поверх которого неведомый строитель перекинул чуть остроганные брёвна. Дерево выцвело на солнце, но было всё таким же прочным, что и в момент строительства. Ни одна трещина не портила лик этого творения народного зодчества.
«Ещё сто лет простоит». — Подумал я, переходя по мосту. Пара прыжков на месте даже не заставила его вздрогнуть. Черная вода лениво ползла внизу, но желания искупаться не вызывала.
За рекой дорога неожиданно расширялась, разбиваясь на две колеи. Местами встречались следы телеги. Видать, люди сено заготавливают. Путь углубился в лес, скрываясь под сенью деревьев. Спустя час, я вышел к околице деревни, раскинувшейся на небольшом возвышении. Слева на полянке стояли пять ульев, окружённых гудящими пчёлами. Справа кто-то копался в огороде, скрытом высоким плетнем.
Я глубоко вдохнул и сказал сам себе.
— Вот он, запах деревни. — В воздухе чувствовалась близость к природе. Запахи навоза, скошенной травы
