— Да.
— Не лучшая характеристика для мужа, — заметила Энджи, снова вспомнив, как долго Хьюго ходит в холостяках. И все же он проявил настойчивость, чтобы завоевать ее. Хотя, может быть, ему нравится сам процесс? И теперь, когда она сдалась, его интерес угаснет?
— Что ж, я хотя бы повеселюсь, выясняя это, — заявила Франсин, непреклонная в своей решимости выйти замуж.
Как бы ей не остаться с разбитым сердцем! Энджи постаралась отогнать сомнения и подумала о завтрашнем вечере с Хьюго.
Хьюго постарался сосредоточиться на делах, пока Джеймс вез его домой в Бьюти-Пойнт.
— Я хочу, чтобы ты купил по два билета на все балетные премьеры этого сезона, Джеймс, — распорядился он, посчитав, что среди всех дел это — первостепенной важности.
— Балет, сэр? — изумленно спросил Джеймс, зная равнодушие босса к такого рода искусству.
— Никогда не поздно узнать что-нибудь новое. — Особенно в обществе Энджи, мысленно добавил Хьюго.
— Конечно, нет, сэр. Всегда нужно расширять свой кругозор.
— Правильно. Ты был когда-нибудь на балете, Джеймс?
— О да, сэр. Я никогда не пропускаю премьеры. И я рад, что мисс Блессинг тоже нравится балет.
Хьюго услышал одобрение в его словах. Это его обрадовало, поскольку облегчало предстоящее сотрудничество с Джеймсом.
— Вообще-то, сэр, у меня уже забронированы лучшие места на весь сезон. Я могу уступить их вам на… некоторое время.
— Очень любезно с твоей стороны, Джеймс, но это некоторое время может продлиться несколько дольше, чем выдержит твое самопожертвование. Постарайся забронировать еще два места.
— Как скажете, сэр.
Определенно его слова о длительности его отношений с Энджи понравились Джеймсу. Интересно, как Энджи удалось так легко завоевать симпатию его домоправителя? Он вел себя безукоризненно вежливо со всеми его женщинами и был очень осторожен в высказывании своих замечаний по их поводу. Впрочем, сейчас не время предаваться размышлениям, следует действовать.
— Когда будешь распаковывать мои вещи, найдешь там самурайский меч. Полагаясь на твой вкус, прошу, повесь его в спальне на самое лучшее место. Так, чтобы его сразу было видно.
— Меч, сэр? — изумленно переспросил Джеймс.
— Подарок мисс Блессинг.
— Я повешу его так, чтобы он бросался в глаза в первую очередь.
— К завтрашнему вечеру.
— Насколько я понимаю, мисс Блессинг… гм-м… нанесет вам завтра визит?
— Ужин в патио. Уверен, ты сможешь придумать что-нибудь особенное. К восьми, Джеймс.
— Предпочтения и наоборот?
— Она не любит суп из морских водорослей.
— И все? Привередливые едоки очень ограничивают мои возможности, а здесь просто безграничный простор для фантазии.
— Полностью полагаюсь на нее, — насмешливо протянул Хьюго.
Джеймс удовлетворенно вздохнул.
— Наконец-то нашлась женщина, которая сможет оценить мои кулинарные шедевры.
— Ты несправедлив, Джеймс. Я всегда ценил твое мастерство на кухне.
— Благодарю, сэр. Я не имел в виду…
— Джеймс! Я также хочу, чтобы мисс Блессинг были отправлены цветы в офис. Она должна понять, что я думаю о ней. Что ты предлагаешь? Она любит розовый цвет.
— Тогда это могут быть гвоздики и розы, сэр. И много-много гипсофилы для контраста.
— Гипсофилы?
— Такие меленькие белые цветочки, очень женственные.
— Делай, как знаешь. — В конце концов, идея Джеймса с экзотическими сингапурскими орхидеями сработала. — Но записка должна быть прочтена до завтра.
— Это все, сэр?
— Пока достаточно. Прости, если разбил твои романтические мечты.
— Как вы сами говорите, сэр, не следует впадать в раж. Иногда лучше меньше…
— Джеймс, когда мне потребуется твой совет, как обращаться с женщинами, я сам тебя спрошу, — сухо прервал его Хьюго. — Пока же у меня есть для тебя еще одно задание. Что ты знаешь о семействе Овертон?
— Уоллес и Уинифред Овертон? — быстро отреагировал Джеймс. — Богатая семья, издавна занимающая высокое положение в обществе. Их сын Пол нацелился на место в парламенте от Либеральной партии. Вы о них спрашиваете, сэр?
— Именно. Я хочу, чтобы ты выяснил, на каких вечеринках и других общественных мероприятиях они обязательно будут присутствовать в следующем месяце. Но очень осторожно, Джеймс. Я не хочу, чтобы они узнали, что я заинтересован во встрече с ними.
— Это связано с бизнесом, сэр? — Любопытство Джеймса было вполне объяснимо, поскольку он знал отношение Хьюго к великосветским снобам.
Но Хьюго ничего не стал объяснять. Это было слишком личным.
— Просто сообщи мне, как только что-то узнаешь. Только не политическое сборище, а вот бал или премьера…
— То есть какое-нибудь светское мероприятие, на котором ваше появление будет вполне естественным, — быстро сориентировался Джеймс.
— Точно.
— И я должен раздобыть для вас приглашение, да?
— Два приглашения. Я буду сопровождать мисс Блессинг.
— Так это у мисс Блессинг интерес к семье Овертон?
Хьюго скривился.
— Нет, у нее нет никакого интереса к этой семье, — уверенно ответил Хьюго, хотя именно для того, чтобы быть уверенным в этом, он все и затевал. Дело было не только в реванше, он хотел удостовериться, что Энджи больше ничего не испытывает к Полу. — Более того, я не хочу, чтобы она знала об этом, — добавил Хьюго. Только эффект неожиданности гарантирует отсутствие притворства.
Хьюго прислушался к себе. Действительно ли он хочет осуществить задуманное?
Пол Овертон не играет никакой роли в его жизни вот уже двадцать лет. И все-таки он в значительной степени был той мотивирующей силой, которая заставляла Хьюго добиваться успеха и разбогатеть. Кроме того, именно с Полом Энджи была три последних года… Это Пол бросил ее… И теперь Хьюго хотел схватиться с ним в борьбе за Энджи, которую тот несомненно захочет вернуть, и выиграть схватку.
И тогда у него не останется сомнений, что Энджи принадлежит только ему. И это должен быть ее выбор. Независимо от того, что Пол предложит ей. А он наверняка предложит все, что имеет, когда выяснится, с кем теперь Энджи.
Хьюго понял, что хочет конфронтации с Полом, хочет снова встретиться с ним на старом поле битвы. Встретиться, чтобы победить.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Ужин в патио протекал просто великолепно. Благоуханный летний вечер сделал пребывание на открытом воздухе невообразимо приятным, и Джеймс не мог не поздравить себя с великолепно декорированной сценой.
Безусловно, звездное небо и вид на гавань были уже сами по себе красивы, но расставленные в нужных местах свечи и аромат цветов добавляли романтики, как и искусно накрытый стол с букетом розовых роз посередине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
