- Нет тут его, есть паз для рукоятки затвора. И всё. Не ссы, он без патрона в стволе, пока не трогай ничего.
Андрей окинул оружие изучающим взглядом и повесил на своё плечо рядом с видеокамерой, после чего раздался разгневанный стук аппаратуры. «Прораб» чертыхнулся и перекинул МП на другую сторону, оглядел «Панасоник», вроде как остался довольный осмотром, облегчённо выдохнул. Значит, не повредил свою игрушку.
- Хорош яйца чесать, пошли, - скомандовала наблюдавшая за его вознёй Маркелова. – Туристы.
- Веди нас Сусанин, герой, - хмыкнул Морозов, осветил фонарём сводчатый потолок. – А вон и лампы висят, да толку.
Я задрал голову и увидел прикреплённые сверху стеклянные плафоны в проржавевшей металлической оправе. У металлической двери, ведущей на лестницу, по которой мы спустились в потерну, заметил массивный выключатель. Ни на что не надеясь, подошёл к нему и крутанул рукоятку. Тот громко клацнул и лампы у потолка осветили нас каким –то загробным, тусклым светом.
- Во блин! – я аж вздрогнул от неожиданности, потушил свой фонарь. - Работает!
- Не зря ж тут дед шастал… – начал было Портнов и осёкся, узрев на себе крайне заинтересованный взгляд Натальи.
Тьфу ты, какой баран, пронеслось в голове, а ещё адвокат называется. Захар тоже скривился, понятное дело, сейчас девка то заинтересуется подробностями…
- Какой дед? – с подозрением протянула Маркелова. – Что вы мне тут не договариваете? Сами знают, что то и молчат? Мы ж договорились о сотрудничестве, так?
- Да нет тут тайн, - хмуро проворчал Морозов, тяжело вздыхая. – Местные крестьяне говорили, что покойный дед, бывший хозяин дома, утверждал, что имеет доступ из дома к каким –то немецким подземельям, типа там бродят монстры и стоят полные вагоны золота, летают феи и текут молочные реки с кисельными берегами. Вот и всё. Ну мы и полезли в подвал, проверить, нашли ход. И всё, больше сами ничего не знаем.
- И что это за подземелья?
- Да фиг знает, - произнёс я, теребя ремень «не шмайсера». – Говорят, что с наружи попасть в них нельзя, всё замуровано. Немцами. Так что мы не знаем, как и местные аборигены, что тут было. Военное сооружение, полагаю. И свет есть, прямо мистика какая- то.
- Байки ходят, что полдеревни этой сидят на каком –то халявном силовом кабеле, - пояснил Андрюха. – Ещё в детстве слышал, друг у меня отсюда, в Чечне убили. Вот он и говорил, мол, никто не знает, что за кабель, видно, что немецкий, в электрической будке посреди Лесново. К будке и провода то уже сто лет как не идут, а напряжение в ней есть. А местным энергетикам на это по барабану, тем более их начальник совсем рядом с халявой проживает.
- Ну теперь более менее понятно, откуда дровишки, - кивнул Захар, потом совсем тихо добавил. – Хотя блин, совсем всё не понятно. Есть «напруга», и хрен с ней.
Поднял на нас глаза:
- Пошли уже.
Двинулись по потерне, попутно пытаясь открыть все попадающиеся по пути двери. Три поддались, натужно скрипнув, но помещения за ними оказались совершенно пусты. Зато следующая дверь оказалось наглухо запертой. Повозились с ней немного, но убедившись, что наша «монтажка» тут совершенно безполезна (пишу осознанно, через «З», как писали до Революции) с некоторой досадой прекратили возню. Тут этих входов –выходов много, во все просто времени залезть не будет.
- А если там чё ценное? – Захар с неохотой отошёл от двери.
- Ну так давай всё осмотри пока, - предложила Наташа. – Как говорят военные, произведём разведку, пометим интересующие нас места, ну а потом с толком и расстановкой займёмся ими, принесём инструмент.
- Я только за, - согласился Портнов. – Чего торопиться то?
- Ладно, - проворчал Морозов и не спеша побрёл в глубь потерны.
Я же чуть приотстал, рассматривая надписи на ящиках, но так как в немецком был на уровне детсадовского «хон де хох», ничего не понимал. И сколько этих ящиков тут… Чтобы их всех осмотреть, надо уйму времени, а нам дом ещё строить надо. Не ототрёт ли Андрюша нас с Захаром от потенциальных драгоценностей? Скажет, мол, вы спокойно трудитесь, рубите бабло в поте лица, а я с кем ни будь сам тут шмон наведу. Чтобы всё было внешне без сучка и задоринки, без привлечения к нашей поисковой деятельности внимания заказчика.
- Ну ты что? – тихо спросила у меня Маркелова, отвлекая меня от невесёлых размышлений. – На самом деле обиделся?
Она, оказывается шла рядом, а я и не заметил, «гоняя думку».
- Да я не знаю, - честно ответил я, посмотрев в её прекрасные глаза. Девушка совершенно серьёзна, ни следа её обычного развесёлого состояния. – Просто как то всё пошло не так…
Попытался подобрать слова, но так и не смог. Да и вправду, чего я разнюнился? Пьяный секс ещё не повод для близкого знакомства. И тем более отношений…
Жениться, что ли пора мне? Пришло время, и потянуло на дым семейного очага? Отгулял своё и в стойло захотелось?
- Я то не поняла сразу, что у тебя ко мне чувства вспыхнули, - не дождавшись от меня большего, произнесла Маркелова. – Думала так, как со всеми, провели время, никто никому ничего не обязан, в моём круге общения так, да… Всё легкомысленно и просто.
При этих словах сердце кольнула игла ревности. Хорошее, понимаешь, у них общение!
- А ты совсем другой, - продолжала девчонка и встав на моём пути, заглянула в глаза. Эх, аж голова закружилась, какая же она сладкая, прямо дыхание перехватило. – Совсем другой…
-Какой? – хрипло спросил я, не в силах оторвать взгляд от её лица. Как же я её хочу…
- Добрый, - она улыбнулась, и чуть привстала на носки. Теперь её бездонные глаза были совсем близко, и буквально гипнотизировали меня, обволакивали сладостной негой, приятно переливающейся от низа живота по всему телу. – И настоящий, не гнилой внутри. И сексом от тебя тянет, хоть и не Бандерас внешне. И ты мне тоже приглянулся, Василий Алибабаевич, говорю, как девушка, не привыкшая ходить вокруг да около и…
Больше я сдерживаться не мог и схватив её, увлёк в тёмную пустоту между высоких рядов ящиков, прижал к стене. Рычал, впившись в её губы, а сердце стучало мощным дизельным мотором на предельных оборотах. Она же в свою очередь обхватила меня одной рукой, а другой стала возиться с молнией моих брюк, пытаясь высвободить наружу моего одноглазого дракона…
- Да ё моё! - услышал голос Андрюши прямо за ухом и наш уютный тёмный закуток осветился лучом мощного фонаря. – Хорош уже хернёй заниматься, ребята. Наталья, твой отец нам всем устроит шоу в стиле лучших традициях инквизиции. Это стопроцентно.
- Ты что, дурак? - прохрипел я, оглядываясь. – Вали на хрен…
- Нет уж, - железобетонно парировал Портнов. – В моём присутствии ничего у вас не выйдет.
И скрестил руки на груди, не переставая, впрочем, освещать нас своим фонарём.
Хохотнул Захар, подходя к нам:
– Андрей, ты кадр из кадров. В пластилиновых мультфильмах, случаем, не снимался? Чё ты к ним пристал? Им три минуты за глаза хватит, пошли, поможешь дверь открыть.
- Нет уж, - отрывисто воскликнул адвокат. – Ты просто не представляешь… Если её отец чего заподозрит, от проверки на полиграфе отвертеться не получится. Поедем в Балтийский лес. Сами себе могилку выроем. И сами себя закопаем, млин.
- Эх, - вздохнула Наташка, куснула меня за губу и шепнула на ушко. – Ладно, Вась, давай попозже. А то этот дурень так и будет тут стоять, в морду светить.
Глава одиннадцатая.
Лишь поздно вечером вернулись в дом. Вылезли из подвала на кухню и прикрыв люк половиком, уселись ужинать. Настроение у всех малость разочарованное, обошли все открытые помещения потерны, дойдя до её конца, уткнувшись в стену.
Но ничего ценного не нашли, кроме трёх ящиков с маузеровскими карабинами. Оставили их на месте, втроём уговорив прибалдевшего от находки Захара не делать глупостей. Пусть лежат где лежали, целее будут. На завтра наметили посетить правый поворот бетонного коридора, так же произвести разведку типа сегодняшней. Ну а на десерт, когда закончим с тем поворотом – останется путь, ведущий прямо.
- Вот тебе и вагоны с золотом, - жуя бутерброд с колбасой произнёс Захар. – Ничего таинственного там нет, обычный военный бункер, таких в то время много построили, та же ставка Гитлера «Волчье логово», а ведь до ней километров сто, не больше.
- Я вот в интернете набрал про наше подземелье, - Портнов оторвался от своего огромного смартфона. – Толком ничего и нет, пишут, мол, заброшена ещё немцами, затоплена грунтовыми водами, вход есть на верхний ярус, ниже всё залито бетоном и хрен туда попадёшь. Интереса не представляет, разве что народ приезжает на пикники, да пофоткаться у развалин. Одно из многих заброшенных немецких строений, которых в области уйма. Так…
