не буду есть твою стряпню, пока ты меня открыто игнорируешь! — оттолкнула от себя тарелку, раздражаясь из-за его поведения.
— Мне кажется, или ты хочешь испортить мне настроение?
— Дай мне какую-нибудь одежду и, может быть, мы еще встретимся, — изменив тон, я намного ласковее обратилась к Максиму, контрастируя безмятежностью на фоне ожесточения. Частично понимаю, что сейчас все зависит от мужчины и, если он упрется своими рогами, я никуда не уеду в ближайшие несколько дней. Приходится выдохнуть и поиграть по его правилам, растягивая губы в сладкой улыбке. — Наверное, сделаю исключение! Ты меня удивляешь своими кулинарными способностями. На самом деле пахнет превосходно! — обдариваю его комплиментом, на который он практически никак не реагирует. — Но мне срочно необходимо на работу. Договоримся?
Мужчина тяжело выдохнул, после грузно поднялся и облокотился руками на стол, немного угрожающе меня разглядывая.
— Послушай меня внимательно, Ярослава. Пока ты на моей территории, будешь делать то, что я говорю. И ты сейчас же прекратишь эти женские капризы. Еще раз закатишь подобную истерическую выходку в таком неподобающем тоне, и поверь мне, я прогуляюсь до редакции с опровержением твоей статьи, а в придачу поведаю о том, как ты зверски любишь грубый и горячий секс со мной. Малышка, я, надеюсь, был достаточно конкретен?
Я сажусь на стул, потупив взгляд на тарелке с завтраком, которую я притягиваю к себе поближе. Максим весьма убедителен, чем укротил мой нрав в считаное мгновение.
С раздражением всаживаю столовые приборы в кусочек сочной говядины, и было бы грешно не вообразить вместо этого кусочка самодовольное лицо Гордеева. Я вглядываюсь в его глаза, поймав ответный взгляд мужчины, который медленно опустил глаза на расстегнутый воротник рубашки.
Опускаю свой не менее заинтересованный взгляд на голые плечи и торс Господина, также внимательно его рассматривая. Обнаженный, горячий и сексуальный… Он расслаблен, но держит безупречную осанку, играя мышцами, когда нарезает говядину… Еда вдруг становится безвкусной, когда я соображаю, что собственно мне нужно этим утром для повышения настроения. Правда, сама стараюсь выглядеть холодной, не давая ему возможность заметить мой интерес в желанном утреннем оргазме, скажем, на этом столе.
Когда тарелка опустела под чутким вниманием Гордеева, он поощрительно улыбнулся. Максим удовлетворен тем, что я не смогла ослушаться, подчиненная его условиями. А мне совершенно не приглянулись его слова о статье, и теперь я думаю, правда ли он мог бы исполнить угрозу в реальности. Или это безосновательная провокация?
Наглый гаденыш испытывает мое терпение.
— Далеко собралась? — спрашивает Максим, когда я встала из-за стола, и собиралась выйти из кухни. Крутанувшись на месте, я вскинула брови.
Второй раунд?
— В душ, а потом в постель. Если ты решил устроить мне выходной, я этим с радостью воспользуюсь. Присоединишься? — беспечно ответила я, подумав на какое-то мгновение, что примириться с подобным фактом будет намного легче, чем соперничать с ослиной упертостью мужчины. Я заведомо проиграю.
— С радостью, малышка. Только сперва необходимо вымыть посуду, — он кивнул на опустевшие грязные тарелки после завтрака.
— Что? — переспросила я, немножко удивленно глянув на Максима.
Теперь я твердо знаю, что он хочет понаблюдать за мной и реакцией в подобных обстоятельствах.
— Я готовил — ты поела. Иногда очень целесообразно использовать общую взаимопомощь, это даже сближает. К тому же это не просьба. Побудь хозяйкой в моей холостяцкой обители, — он дернул подбородком в сторону раковины.
Сорванец. Хочет поиграть? С радостью!
— Я тебе не горничная, Максим, — изрекла я, отчеканивая каждое слово.
— Препираешься, — он поднимается, окинув меня острым взглядом. — Я стараюсь для тебя, ты стараешься для меня, схема не такая сложная, как ты думаешь. Будь солидарной. Перчатки в верхней тумбе над раковиной.
Как же меня бесит его терпение и бесконфликтность, он даже мило улыбнулся! Так и хочется кинуть в него сковородку или опрокинуть на него остатки салата…
Приблизившись к столу, застыв напротив Максима, я с превеликим удовольствием толкаю пару тарелок на пол, разбивая каждую со звенящим шумом. С наслаждением прикладываю силу и замах. Он пораженно смотрит на меня, и, кажется, намеревался что-то сказать, но только прищурился.
— Я самая солидарная девушка, не так ли? — язвительно спросила я мужчину, который не сдержал своей ухмылки. Он весь искрится, и мой отпор крайне впечатлил Гордеева, подняв ему то самое, вертикальное настроение. Пижамные штаны совершенно не скрывают его твердую эрекцию.
— Не боишься, что я могу заставить тебя расплатиться за такие выходки? — поинтересовался Гордеев, а в его глаза хищно блеснули синевой.
Я подкралась к нему, решительно приподняла подбородок, наталкиваясь на его прямой взгляд. Неожиданно захотелось к нему прикоснуться, взобраться на крепкие колени, притиснуться к груди, и поцеловать, так страстно, чтобы у него вскружилась голова… Этот чертов манипулятор, даже подобным поведением принудил меня взорваться каким-то неконтролируемым возбуждением.
— Мне плевать то, что ты можешь сделать, Господин Гордеев. Как мужчина, ты можешь наказать меня только на кухонном столе. Я получу удовольствие, даже если будешь вдруг нежным. Иронично, правда? Ты никогда не сможешь иметь надо мной абсолютную власть. Оставь пустые угрозы для какой-нибудь наивной идиотки, от меня ты хочешь совсем другое. Ну так… Можешь взять… Разрешаю, — уже прошептала я, пальчиками изучая его рельефный торс.
Часть 3.1
Максим, какую-то изрядно длинную минуту пожирал меня своим взглядом. Только когда я отшатнулась, он неожиданно перехватывает мой затылок, ощутимо его сжимая. Дернул на себя, пугая своей грубостью. Его влажные губы почти что оказались на моих, подразнивая желанной близостью, но он упрямо смотрел в глаза, не спеша подарить пылкий поцелуй. Я не выдержала первой, откровенно посмотрев на его рот, волнительно сглатывая, в предвкушении почувствовать обжигающее касание мужских губ…
— Не дразни, малышка. Наказание бывает разнообразным, — он лукаво усмехнулся, но руку с моего затылка не убрал, медленно вплетая пальцы в распущенные волосы. Когда он потянул за волосы, у меня едва не посыпались искры из глаз… От удовольствия. Мой стон оказался хриплый, призывающий к действиям. — Тебе нравится, моя ненасытная девочка. Но чем больше ты меня провоцируешь, — Макс наклоняется, нашептывая на ухо, — тем жестче наказание, — неожиданно хлестко шлепнул меня по бедру, с жадностью срывая поцелуй.
— Я знаю, что тебе нравится брать исключительно плохих девочек. Наслаждайся мной… Малыш, — насмешливо заключила я.
Он такой… Не такой, как другие. Дикий? Да! Хищный? Еще какой! Опасный? Я определенно каждый раз испытываю острое чувство опасности, но это преимущественно будоражит, чем вызывает страх. Невозможно не быть в восторге от такого мужчины, как Господин Гордеев, в особенности попав в его могучие руки.
— Еще как нравится, Ярослава. И я буду наслаждаться тобой весь день, упрямица, — он несколько игриво целует в
