Положение в ОУН определил один из членов провода ОУН М. Матвиейко такими словами: «Уже давно не было тайной, что основной причиной раздоров, которые привели к расколу националистического лагеря, были не какие-то идеологически-программные или политические различия: камнем преткновения была борьба за право стать первым и единственным представителем интересов Украины… Часть руководства организации, которая давно относилась отрицательно к Бандере, присоединилась к Лебедю, другая половина (Стецько и Ленкавский) осталась верной Бандере до конца. Бандера все больше напоминал генерала без армии, хотя до конца стремился влиять на ход событий».
15 октября 1959 года Бандера неожиданно умер. Его бездыханное тело было обн&ружено на лестничной клетке дома, в котором он жил в Мюнхене. Врачи констатировали смерть от инфаркта. И лишь через два года, когда с повинной явился к немецким властям некий Сташинский и заявил, что он убил Бандеру специальным устройством с цианистым калием, стала понятной причина смерти проводника ОУН. Сташинский признался, что до Бандеры таким же способом убил его бывшего соратника Льва Ребета. Германская юстиция расценила признание Сташинского обстоятельством чрезвычайной важности и назначила ему наказание за двойное убийство (!) в виде 8 лет лишения свободы. Но и этот срок показался чрезмерно большим: Сташинский был освобожден от тюремного заключения по отбытии четырех лет. Вскоре он получил право на проживание в США, куда выехал вместе с семьей.
Трудно судить, по каким основаниям германская юстиция оказалась столь снисходительной к Сташинскому: то ли потому, что он заявил на суде о том, что убил Ребета и Бандеру по заданию КГБ, то ли потому, что состоял в ОУН, где за убийство человека наказывают лишь немногих, действующих не по правилам, и не тех, кого нужно, то ли сочла личности погибших проводников ОУН персонами, заслуживающими расплаты за все совершенные ими преступления. А они были чудовищными: на их совести сотни тысяч загубленных жизней, неисчислимые бедствия людей, попавших в руки бандеровских палачей и преследуемых бандеровской жандармерией и службой безопасности.
Они вполне заслуживали такого же наказания, как и Эйхман, казненный израильским судом за истребление евреев в годы Второй мировой войны. Так что оплакивать их смерть будут немногие.
Источники:
1. 3бipKa публкацій про Степена Бандеру. — Закордонне видання ОУН-р.
2. Степан Бандера. 1909–1989. — Торонто, Нью-Йорк, Мюнхен, Лондон. 1989.
3. Степан Бандера. Перспективи української революції. — Дрогобич, 1998. — С 5–8;
4. Гордусевич С. Степан Бандера. Людина i міф. — К., 2000. Л.Дмитрук К. Безбатченки. — К., 1980.
5. Довгань В. Кем был Бандера? // Правда Украины. — 1990. — 13–19 декабря.
6. Дубина М. Народ не забуде, не простить. — К., 1976.
7.Історичи портрети: Махно, Петлюра, Бандера. — К., 1990.
8. Римаренко Ю.І. 3 ким i проти кого. — К., 1983.
9. Радянська Україна. — 1990. — 26 грудня.
10. Русначенко А. Народ збурений. — Кит, 2002.
11. Радянська Україна. — 1990. — 16 жовтня.
12. Даниленко СТ. Дорогою ганьби i зради. — К., 1972 13. Дмитрук К. Безбатченки. — К., 1980. С. 193–194;
13. Визвольний шлях. — 2001. — № 7. С48. История Украинской ССР. — Т. 8. —
С 104; Радянська Україна. — 1990. –16 жовтня.
14. Радянська Україна. — 1990. — 16 жовтня.
15. Радянська Україна. — 1990. — 18 жовтня.
16. Хто є хто. Полїтичі портрети. — К., 1991.
Є.Ф. Безродный
ЯРОСЛАВ СТЕЦЬКО
Об этом активном бандеровце канадская «Гомін України» в 1978 г. писала: «Своим огромным жертвенным трудом Ярослав Стецько поставил себя на уровень с такими историческими деятелями, как Хмельницкий и Мазепа, Петлюра и Коновалец, Чупринка и Бандера».
Чем же прославился этот оуновский «вождь»? Ответ дают его жизненные пути-дороги.
Ярослав Стецько родился 19 января 1912 года в городе Тернополе в семье священника. Люди, знавшие Ярослава, говорили, что он был наделен большим умом: уже во время учебы в школе отличался необычными интеллектуальными способностями. В Тернопольской гимназии был первым, выпускные экзамены сдал с отличием. Идеи Михновского, Донцова с его «Літературно-науковим вісником» затемнили душу молодого Ярослава. Сам Я. Стецько в свое время писал: «Я верю в победу так сильно, что могу умереть. С этого пути меня не свернет никто и ничто, ни истязания, ни ад тюрьмы, ни смерть». Во что же он верил? Как он сам писал: «В соборную, независимую Украину!»
В 1933 году он закончил гимназию. С перерывами учился в Краковском и Львовском университетах: изучал право, философию и социологию. Однако студенческая парта, библиотека, да и сама наука не привлекали молодого Ярослава. Уже в 1929 году он вступил в Организацию украинских националистов и с головой окунулся в пучину антисоветской борьбы и быстро стал продвигаться по руководящей лестнице. В двадцать лет он уже член Краевой экзекутивы (руководящего центра, возглавлявшего всю нелегальную деятельность ОУН на западно-украинских землях). Участвовал в подготовке и осуществлении террористических акций, в нагнетании антикоммунистической истерии. В автобиографии писал, что был причастен к убийству работника советского консульства во Львове Андрея Майлова, а также польского министра внутренних дел Перацкого. Гордился тем, что воспитан в духе «особой любви и преданности к митрополиту Андрею Шептицкому». В 1930, 1932 и 1934 годах арестовывался, а в 1936 году был осужден на пять лет тюремного заключения за подпольную деятельность; в начале 1937 года освобожден по амнистии.
После освобождения из тюрьмы по поручению полковника Коновальца Я. Стецько выехал за границу для участия во 2-м Великом Сборе ОУН. В 1939 г. участвовал в Римском конгрессе ОУН, на котором была принята вторая программа ОУН. Здесь он был известен кое-кому как немецкий резидент и как агент итальянской разведки «Белендис».
В 1940 году Я. Стецько был избран в руководство Организации украинских националистов и стал заместителем С. Бандеры. В это время он уже откровенничал: «Стою на позиции уничтожения евреев и целесообразности перенесения на Украину методов экстерминации (физического уничтожения. — Лет.)». Более категорично свое отношение к еврейскому народу он выразил в письме к рейхсминистру А. Розенбергу: «Москва и жидовство — это самые большие враги Украины и носители разлагающих большевистских интернационалистических идей. Поэтому настаиваю на уничтожении жидов и целесообразности перенести на Украину немецкие методы экстерминации жидов».
Особенно нагло действовал Я. Стецько в период агрессивной войны фашистской Германии против Советского Союза. Шло восхваление фюрера Германии и его окружения. И дело дошло до весьма роковой игры бандеровцев 30 июня 1941 года. В этот день Я. Стецько в военной форме на площади Рынок устроил фарс провозглашения самостоятельного украинского государства. На этом сборище был объявлен декрет об образовании марионеточного правительства — «Украинского краевого правления» — во главе с Ярославом Стецько. В акте 30 июня 1941 года говорилось, что «украинское государство будет тесно сотрудничать с национал-социалистической Великой Германией под руководством Адольфа Гитлера». С. Бандера и его сторонники явно спешили, они хотели упредить действия мельниковцев и побыстрее захватить власть на Украине. Я. Стецько, как клятву, повторял слова Бандеры: «Политику мы будем проводить без всяких сантиментов. Мы уничтожим всех без исключения, кто станет на нашем пути. Наша власть будет политической и военной диктатурой ОУН, для врагов страшной и неумолимой».
Немецкие власти, в частности Эрих Кох, ничего не знали о том, что происходит в «Просвіте». Явившись на это бандеровское сборище, Кох с возмущением произнес: «В настоящее время идет война, и украинцы не должны ничего организовывать, а только работать и помогать немецкой армии победить общего врага. Вы играете с огнем». После чего призвал собравшихся разойтись.
Когда немцы ушли, Стецько отдал приказ продолжить работу. Акт о независимости Украины был оглашен по львовскому радио несколько раз в течение трех дней. Только на одиннадцатый день немецкие оккупационные власти отреагировали на него — было публично заявлено о категорической враждебности действий руководства ОУН.
Таким образом, 30 июня 1941 года Бандера и Стецько совершили авантюристический акт, явно рассчитанный на снисхождение оккупационных властей, которые знали их как верных и преданных слуг Третьего рейха.
Ссылаясь на то, что Акт 30 июня 1941 года якобы был согласован с абвером, Бандера и Стецько просили своих повелителей не аннулировать его и не разгонять самозваное «украинское» правительство, а вместо всего этого создать так называемую «Украинскую национальную раду» во Львове, которая не будет иметь никаких собственных полномочий и будет беспрекословно выполнять все приказы и указания губернатора Галиции и всесторонне способствовать установлению «нового порядка» в Украине.
