действенно. Сам отшивал, а потом поехал в тот сраный клуб. А ведь всё можно было решить гораздо проще. И не доводить до того, что теперь на горизонте маячит развод и куча неопределённости.
— А если я скажу, что от тебя залетела. В наш первый раз. — сказала весёлым голосом.
А у меня всё оборвалось на хрен. Сердце ухнуло в пятки. Дыхание спёрло. Чувства было, будто в глотку песка напихали.
— То я отвечу, что мне похуй. И твой максимум, это деньги на аборт и конвой в больницу. — ответил, стараясь побороть эмоции.
Этой хуйни мне ещё в придачу не хватало. Ребёнок от шлюхи, а не от любимой женщины. Да это пиздец. Тотальный.
Тут уже можно смело забыть о возвращении Насти. Если так хоть и призрачный, но шанс маячит. То в разрезе с нагулянным ребёнком, тупик.
Да нет, не должно быть залёта. Оба раза были с резинкой. Хотя, презервативы были её. Своих я за ненадобностью не имел. С Настей мы ими не пользовались.
В голове уже куча мыслей пронеслась. Неужели они у неё с сюрпризом? Дырявила их, что ли? Да ну нахуй. Настолько отбитая?
— Да ладно, шучу. Расслабься. Я не по залётам. Терпеть не могу эти вечно орущие сморщенные личинки.
Ирма громко рассмеялась, а моё желание её придушить, только возросло. Хоть и отлегло немного.
В такие моменты понимаешь, что ошибка может дорого стоить. И последствия иметь необратимые. И похоть, подстёгивающая пихать член в левую дырку, может в дальнейшем лихо щёлкнуть по носу.
— А вот потрахаться я не против. Как смотришь на это? Тебе же всё равно терять нечего теперь. Можно развлечься на всю катушку. — продолжала нести пургу девица.
Да только меня от неё, как отвернуло. Член на неё не встанет, даже если к нему карандаш примотать. Всё, ранее искомый адреналин, дал обратный эффект.
— Ты права. Терять мне нечего. Поэтому иди-ка ты на хуй. Я предупредил. Советую прислушаться. — сбросив звонок, поставил на неё блок и швырнул телефон на кровать.
Пиздец. Успел пару раз чуть коньки не отбросить.
Благо обошлось. Но проверить её не помешает. На хрен. Завтра дам задание службе безопасности. Не хочу пускать на самотёк. Иначе окончательно не выдохну с облегчением.
Приняв душ, лёг в постель. Сам не понял, как рука потянулась к телефону. Открыл галерею с фотографиями. В основном все с Настей.
Пролистывать наши фото, стало своего рода традицией перед сном. Порой и в течение дня. Ломало без неё.
Смотрел на фотографии нашего отдыха. Улыбчивая она, счастливая. Да и я такой же рядом с ней. Листал дальше.
Часто её снимал, даже когда она об этом не знала. Как на кухне химичит, как к лекциям своим готовится, как читает или смотрит фильм. Настоящие и живые снимки. С чистыми эмоциями в моменте.
Пока придавался пытке, копаясь в воспоминаниях, телефон завибрирует ровно и на экране появилось всплывающее окно.
Сначала не понял, а когда дошло, от кого оно, с кровати подскочил. Написала Настя.
Трясущимися руками открыл сообщения. Буквы перед глазами плясали. Теперь животиком привычное состояние.
«Если хочешь, можешь забрать вещи завтра, пока я буду на работе. Вечером я сменю замки и выкину всё, что мне мешает».
А чего я, собственно, ожидал?
Вернись, я всё прощу? Нет, конечно.
Но рад был даже такому сообщению. Пусть оно и отдавало горечью и безнадёгой. Кажется, пошли она меня в сообщении в пешее эротическое, и тому бы рад был.
«Хорошо».
Отправил и тут же следом набрал ещё одно.
«Как ты?»
Второе сообщение она прочитала так же быстро, как и первое. А вот отвечать не торопилась. Какое-то время ещё была в сети, а потом вышла из мессенджера.
Не ответит. Глупо было ждать, что пойдёт на диалог. Но и я, как оказалось, умом не отличался. Два метра недалёкого придурка во всей красе.
Долго уснуть не мог. Её под боком не хватало. Тепла её, дыхания.
Пока ночевал в гостинице это не ощущалось настолько остро. А вот когда лёг в постель, в которой когда-то с ней засыпал, ощутил разницу. И она разительная. Сильный контраст.
Утром поехал в квартиру. Настя уехала на работу. Мне отчитались.
Можно было приехать и тогда, когда она была бы дома. Но чутьё подсказывало, не накалять.
Зашёл в квартиру и окинул её взглядом. Да, нескоро я сюда вернусь. Пакеты с вещами стояли в коридоре возле двери. Вглубь даже проходить не стал. Я тут теперь гость.
Судя по количеству собранных вещей, она не оставила ничего.
Но эти вещи меня интересовали в меньшей степени. В другой стороне от двери стоял большой чёрный пакет, завязанный узлом. Отдельно от остальных. И, судя по всему, предназначался не мне.
Почему-то меня именно к нему потянуло.
Развязал узел и заглянул внутрь. Наши совместные фото. Рамки, альбомы. Подарки, которые я ей дарил на протяжении брака и до него. Каждый помнил. Потому что так же помнил, какой радостной она была, получая каждый из них. Всё подчистила. Ничего не оставила. Рубит под корень.
Позвонил Владу и попросил подняться. Вместе вынесли всё из квартиры.
— Не в машину, Влад. На помойку отнеси. — указал на пакеты. Водитель удивился, но выполнил.
Мне всё это нафиг не всралось. Хотела она всё выкинуть, не вопрос. Считай, помогу.
Сел в машину и кинул на сидение рядом с собой один-единственный чёрный мешок, который имеет ценность.
Не хочу, чтоб наши фотографии и другие памятные вещи покоились под грудой мусора.
На работу не поехал. Предупредил секретаря и Алину о своём отсутствии и выдвинулся в загородный дом.
А там снова приложился к бутылке. Завязывать надо. Нужна трезвая голова. Поэтому решил, что сегодня последний день послабления.
Пил и попутно перебирал содержимое мешка. Поставил на тумбу возле кровати наши фотографии в рамках. Никогда не отличался сентиментальностью. Но сейчас больно кололо.
Остальные вещи сложил на полках в шкафу. Придёт время, всё вернётся обратно. И к старым воспоминаниям новые добавятся.
Но как бы я ни настраивался и не упирался рогом, не строил планы на безоблачное будущее, через день, курьер прислал мне документы на развод.
И пусть я был к этому готов, но легче от этого не стало. Отсчёт пошёл.
Глава 9.
Настя
— Анастасия Дмитриевна, это не слухи, что вы разводитесь? — спросил меня заведующий кафедрой. Ещё и сверлил при этом тяжёлым и пытливым взглядом.
Сегодня с утра меня вызвали к нему. Если честно, чего угодно ожидала, но точно не
