Читаем без скачивания Карл Барт Очерк догматики - Карл Барт

Что это означает: призвание Израиля? Когда Библия говорит об избрании Израиля и о неравенстве этого народа с другими народами, когда мы, таким образом, наблюдаем в Ветхом Завете особое существование Израиля, то речь идет при этом о призвании, миссии, апостолате. Существование Израиля означает, что определенный Богом человек присутствует вместо Бога для других людей. В этом действительность Израиля — человек или сообщество, народ на службе Бога. Этот народ выделен не ради его собственной чести, выделен не в смысле национального притязания, а выделен для других народов и как слуга всех народов. Этот народ есть уполномоченный Бога. Он должен возвещать его Слово — в этом его пророческое призвание. Своим существованием он должен быть свидетельством того, что Бог не только говорит, но предстает в его лице и отдается смерти — в этом его жреческое призвание. И наконец, данный народ как раз в силу своего политического бессилия должен быть свидетельством среди других народов господства Бога над людьми — в этом его царственное призвание.

Человечество нуждается в таком пророческом, жреческом и царственном служении. Ветхий Завет стремится показать такое призвание Израиля во всей полноте его действительности, постоянно вознося признательную хвалу Богу за чудодейственное спасение и сохранение этого маленького народа. Пророческое призвание Израиля в особенной мере наглядно в появлении определенных личностей, прототипом которых наряду с Авраамом являются, прежде всего, Моисей как создатель единства израильского народа, а вслед за ним пророки, постоянно появлявшиеся в самых разнообразных обличьях. Иная линия наглядно видна во всем, что связано со скинией, храмом и жертвоприношением. А царственная миссия, наконец, представлена в царстве Давида с его примечательным продолжением в царстве Соломона. Именно в царстве Давида образцово явлена цель милости Божьей: Израиль как представитель господства Бога на земле. Окончательно это призвание Израиля находит исполнение в явлении и происхождении человека Иисуса из Назарета из этого народа, в его не вызывающей сомнений принадлежности к этому народу.

Призвание Израиля следует понимать как при¬звание, исполненное, явленное и свершенное в Иисусе Христе. Оно поэтому поначалу сокрыто и недейственно. И в самом деле, когда читаешь Ветхий Завет, можно убедиться почти на каждой странице, что он и не думает прославлять Израиль как таковой, прославлять данную нацию или «расу». Образ человека-израильтянина, который предлагает нам Ветхий Завет, как такое ни потрясает, — это образ человека, который сопротивляется своему избранию и тем самым сопротивляется своему призванию, который оказывается недостойным и неспособным к такому призванию и которого поэтому как предмет милости Божьей постоянно настигает кара, необходимо долженствующая постигнуть его, поскольку он уклоняется от этой милости. Почти каждая книга Ветхого Завета говорит о том, сколько проблем с этим народом Израиля на всех стадиях его истории. Его постигает одна катастрофа за другой, и всегда потому, что он неверен своему Богу.

Такая неверность должна означать несчастье и гибель. Пророки постоянно указывают на это или изображают дело таким образом, что все это уже случилось. Каков результат этой истории? Он в том, что пророчество в конце концов замолкает и остается лишь записанный мертвый закон. А что стало с храмом, что стало с жреческим призванием Израиля? Храм Соломона, некогда величайшая надежа Израиля, превращается в прах и пепел. А к чему пришло царственное призвание Израиля, к чему пришло царство Давида? Горе для всех израильтян — размышлять о том, чем был некогда Израиль и что с ним стало под ударами Бога, который когда-то столь любил его, так неблагодарно воздавшего за эту любовь. А когда надежда получает наконец исполнение и является Мессия, то Израиль подтверждает всю свою предшествующую историю распятием Его на кресте. Израиль подтверждает свою историю тем, что отвергает Его, причем не случайно, а как хулителя Бога, а также тем, что выталкивает Его к язычникам и выдает Пилату для умерщвления и распятия. Таков Израиль, этот избранный народ, который таким образом обходится со своим призванием и со своим избранием, что сам себе выносит приговор. Всякий антисемитизм является слишком поздно. Приговор давно произнесен, а в сопоставлении с этим приговором все прочие выглядят нелепыми.

Исчерпывается ли этим призвание Израиля? Нет, Ветхий Завет постоянно подтверждает: избрание Богом сохраняет свою силу и сохранит ее навечно. Человек, предстающий таким, каким он предстает в лице Израиля, есть и остается избранным Богом человеком — человеком, наделенным данным призванием. Там, где оказывается несостоятельным человек, там торжествует верность Бога. И Израиль, ставший одной большой демонстрацией недостойности человека, становится в то же время демонстрацией свободной милости Бога, который не спрашивает о поведении человека, а суверенно провозглашает относительно человека свое «и тем не менее» и сохраняет его.

Человек есть целиком и полностью предмет божественного сострадания, а там, где он пожелает быть чем-то большим, там он необходимо должен взбунтоваться против такого существования в качестве Израиля. Израиль целиком и полностью привязан к Богу и целиком и полностью предоставлен Богу. Почитайте псалмы: «Ты один!..» Человек предстает целиком и полностью лишь как слушатель божественного Слова, который пребывает и остается под господством Бога, даже если и предпринимает постоянно попытки уйти от Него.

А в исполнении его призвания, в распятом на кресте Иисусе из Назарета вновь становится видно, как обстоит дело с Израилем. Висящий на кресте Иисус — разве это нечто другое, как не этот Израиль с его грехами и безбожием? Да, хулитель Бога есть Израиль. И этот Израиль называется сейчас Иисус из Назарета. Когда мы рассматриваем дальнейшую историю евреев и видим всю причудливость и абсурдность еврея, видим его непристойность, постоянно вызывавшую к нему ненависть, — а здесь можно было бы задействовать весь перечень антисемитизма, — разве означает это нечто другое, чем удостоверение этого недостойного Израиля, сделанное Богом видимым на кресте, но также и удостоверение того Израиля, которому Бог сохраняет верность на всех этапах его странствия.

Откуда нам это известно? Мы можем знать об этом потому, что Он сохранил верность этому народу на кресте Голгофы. Когда Бог был ближе к нему, чем тогда, и где Бог через народ Израиля более надежно и утешительно поддерживал все человечество, чем именно здесь? Вы считаете, что это в наших интересах отлучить еврея от верности со стороны Бога? Вы действительно полагаете, что мы в состоянии и вправе отказать ему в такой верности? Верность Бога, явленная в действительности Израиля, есть ведь и гарантия его верности и нам, и всему человечеству.

А сейчас мы должны перевернуть страницу. Иисус Христос есть свершение и исполнение Израиля. Обратимся вновь к Ветхому Завету, и мы будем постоянно находить там следы того, что эти строптивые и заблудшие люди удивительным образом оказываются в состоянии подтверждать в определенных ситуациях свою избранность. Когда такое случается, когда наблюдается какая-то преемственность в благочестии и праведности, то проистекает сие не из природы Израиля, а является скорее постоянно новым проявлением милости Бога. А там, где есть милость, там не может не происходить все таким образом, что люди contre coeur должны возвысить свой голос в хвале Богу и свидетельствовать, что там, где свет Божий проникает в жизнь этих людей, там этот свет неизбежно находит отражение в их реакциях.

И в суде Божьем присутствует милость. И Ветхий Завет говорит об этом, говорит не как о преемственности в жизни израильтян, а как о неком «и тем не менее». И «тем не менее» в истории этого народа постоянно обнаруживаются свидетельства, которые начинаются словами: «так говорит Господь…» Свидетельства звучат как ответ слушающих, как эхо «тем не менее», исходящего от верности Бога. Ветхий Завет знает об «оставшейся части». Речь здесь идет не о лучших, не о более нравственных людях, а о таких, кто отличен тем, что призван. Нашедшие опору в милости Бога грешники, peccatores iusti образуют эту оставшуюся часть.

Откровение достигает своей вершины в существовании Иисуса из Назарета. Он выходит из Израиля, рожденный Девой Марией и в то же время пришедший сверху и потому в своем величии являющий и завершающий союз. Израиль — это не больной, подлежащий излечению, а воскресший из мертвых. Когда Он является, то приговор, который Бог выносит, предстает как снятие приговора, который человек выносит сам себе. Верность Бога торжествует в этом мире греха и нищеты. Он сжалился над человеком. Самой своей сокровенной сутью принимает Он участие в этом человеке. Он никогда не переставал направлять с любовью этот народ, который непотребно вел себя по отношению к Нему. Человек-израильтянин принадлежит Богу и каждый раз не по природе, а в силу чуда милости Божьей вправе принадлежать Ему вновь, спасенный от смерти, вознесенный одесную Бога.