Прежде чем Грант смог ответить, позвонили в дверь, и он встал. Идя по холлу, он чувствовал легкое удивление. Коринда очаровательна и прекрасна, но он ни за что не поверил бы, что она захочет стать женой врача. Однако когда открыл дверь, всякие мысли о любовных проблемах других людей забылись. Рядом с Кориндой стояла Десима.
— Добрый вечер, — сказала Коринда. — Надеюсь, вы не возражаете против нашего появления. Я пообещала доктору Ледьярду взять его с собой. И… я привезла с собой Десс, — несколько непоследовательно добавила она.
— Отлично. Заходите. — Грант пропустил их и, когда девушки вошли, повернулся и повел их в кабинет.
Идя следом за ним, Десима неожиданно поняла, что нервничает, и обрадовалась, что Коринда идет впереди. Когда Коринда направилась прямо к своему молодому человеку и взяла его за руку, Десима улыбнулась хозяину. И хотя тот не ответил улыбкой, тепло в его взгляде заставило ее сердце сильней забиться.
— Привет! Прости, Энди, что опоздала, но у вас нашлось о чем поговорить. Как мило, что вы старые друзья. — Коринда счастливо улыбнулась Гранту. — Конечно, бедняга сообщил вам, что мы собираемся пожениться?
— Что-то в этом роде. Он всегда был счастливчиком, — ответил Грант. — Я уже поздравил его и желаю вам обоим счастья.
— Спасибо, Грант. Надеюсь, вы и меня будете считать своим другом. Иначе я не могла бы сказать то, зачем пришла…
— Если вы собираетесь замуж за Ледьярда, вы автоматически становитесь моим другом, — ответил он.
— В таком случае, поскольку Десс моя лучшая подруга и мы все презираем Пола Конистона, думаю, нам нет надобности притворяться. Конечно, я отлично понимаю, чего добивается Пол. Надеюсь, Энди уже рассказал вам, что я заставила его выложить все, что он знает. Я умею добиваться своего, — спокойно продолжала она, — и не намерена это так оставить. Конечно, Грант, прежде всего нужно сделать все, чтобы вы могли вернуться к работе. Такие врачи, как вы и Энди, необходимы повсюду. Так что чем быстрей вы впряжетесь, тем лучше. Разве я не права, дорогой?
— Безусловно права, — согласился Ледьярд.
— В таком случае надеюсь, вы меня простите, — продолжала Коринда. — Но я не верю в пустую трату времени и поэтому уже повидалась с доктором Джоном. Да, — подтвердила она, видя, как Десима порывисто шагнула вперед: у нее перехватило дыхание. — Прежде всего, я намерена была помешать Полу и дальше чинить неприятности, а во-вторых, я знала, что доктор Джон предложит что-нибудь конструктивное. Надеюсь, вы на меня не сердитесь: я не открыла тайну, потому что он в любом случае услышал бы версию Пола. А я хотела, чтобы он сначала выслушал мою.
— Я сама к нему собиралась, — негромко сказала Десима. И добавила, обращаясь к Гранту: — Если кто-то и может заставить Пола замолчать, то только он.
— Сомневаюсь, что кто-то вообще может это сделать, если Пол намерен говорить. — Голос Гранта звучал бесстрастно и невыразительно. Если вмешательство его и задело, он понимал, что делалось оно с добрыми намерениями. К тому же он видел, что Энди с трудом скрывает отчаяние.
Десима, глядя на него полным тревоги взглядом, сказала:
— Я знала, что нужно поговорить с доктором Джоном… но не стала бы делать это без разрешения…
— И потратила бы время, дала бы возможность Полу и дальше действовать, — упрямо возразила Коринда. — Я не собиралась это делать, даже рискуя потерять популярность. Доктор Джон говорит, что я поступила совершенно правильно, придя к нему. Он приедет к вам завтра, Грант, и, если вы согласны, свяжется со своими очень влиятельными знакомыми в Лондоне. Он говорит, что это дело следует снова незаметно открыть. Его мысль заключается в том, чтобы послать человека в Куала Бананг и начать новое расследование на месте. Он говорит, что следует допросить всех, кто работал с вами в больнице, что безумием было не провести тогда же тщательное расследование. Он очень умен, наш старый доктор, и сразу указал на то, что и мне и Энди показалось самым важным: кто тот человек, который ссорился с этой Симпсон на вашей веранде? Вы представляете себе, кто это мог быть?
— Я уже сказал Ледьярду, что даже не верю в его существование, — ответил Грант. — И, откровенно говоря, не хочу новых расследований. Я ценю вашу заинтересованность и сочувствие, Коринда, но намерен попросить доктора Конистона оставить все как есть.
— Но Фил, — возразил Ледьярд. — Она права — и доктор Конистон тоже. Я не согласен с тем, что малайский привратник выдумал этот разговор. Я уверен, что кто-то был с Кей Симпсон и что этот кто-то либо шел в больницу, либо специально пришел, чтобы встретиться с ней. Я очень хорошо помню твой дом: на веранду легко незаметно пройти с дороги. Если они не хотели, чтобы их увидели, они, конечно, не остались бы в припаркованной машине…
— Все это только догадки. — В этом возражении звучали нетерпеливые нотки. Грант встал и налил себе содовой воды. Он был очень бледен, и руки у него слегка дрожали. — Ради бога, давайте оставим это. Копание в разложившемся трупе ни к чему хорошему не приведет.
— Но черт побери, разве ты не хочешь очистить свою репутацию? — сердито спросил доктор Ледьярд.
— Не хочу рисковать воскрешением всего заново. С меня хватит. Нет. Я попрошу доктора Конистона ничего не предпринимать. Но… если бы ему удалось убедить сына больше не интересоваться… моими делами, я был бы ему признателен. Однако, — тут он криво улыбнулся Коринде, — кроме этого, боюсь, я предпочту оставить все как есть.
Доктор Ледьярд больше не мог сдерживаться.
— Ты хочешь сказать мне, — взорвался он, — что не желаешь вернуться к своей работе? Не хочешь высоко держать голову и смотреть всем прямо в глаза? Должно быть, ты спятил — тебе нужен психиатр.
— Нет. Оставь все в покое, старина, — сказал ему Грант.
— Вздор! Ты замечательный врач, и в своей области я не встречал более преданного медицине человека, — с чувством ответил американец. — Не говори мне, что ты от всего отказался. Что с тобой? Какой дьявол стоит за всем этим?
— О, ради бога! — воскликнул Грант, — разве ты не видишь, что с меня хватит? Хочу, чтобы меня оставили в покое.
— Конечно, если ты дошел до такой степени… — начал Ледьярд.
Коринда взяла его за руку и поднялась.
— Нам пора уходить, — хладнокровно сказала она, словно завершая обычный светский разговор. — У меня дома удивятся, куда мы девались. Идешь, Десс? Или доктор… мистер Верекер подвезет тебя домой?
— Я думаю, будет лучше, если вы ее возьмете с собой, — сказал Грант. — Уже поздно.
Десима надеялась, что он пойдет с ней пешком или подвезет в своей машине. Но он явно хотел остаться один, и ей ничего не оставалось, как смириться и ехать в машине Коринды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
