class="empty-line"/>
— Лен, ты права. Я не должен тебе указывать. Не с того начал разговор. Погоди. Дай сказать. — опомнился Сергей.
— Ещё слово и ты никогда больше не войдёшь в мой дом.
Сергей сверкнул на меня своими глазами. Сжал кулаки. И вышел.
Иришка закрыла за ним дверь и указала глазами на Олину комнату.
Я подошла к закрытой двери и тихонько спросила.
— Откроешь, Оль?
Дверь отворилась, и я сделала шаг в комнату. Было темно. Только на письменном столе горела лампа. Со стеклянным, мозаичным, цветным абажуром. Эту лампу Оля любила включать, если ей было грустно. Когда моя солнечная девочка печалилась.
— Он тебя обидел? Что сказал? — спросила я, присаживаясь рядом.
— Сказал, что руки выдернет этому Коле. — ответила слишком уж безразлично моя девочка.
— А тебя не обидел? — спросила я ещё раз.
— Вначале ругался, что не нужно было ходить. Потом просил прощения. — тоном отличницы доложила она.
— Не твоя вина́, что этой дряни взбрело в голову так с тобой поступить. — сказала я, прислонясь к Оле здоровым плечом.
— Она говорит, что это была шутка. — тихо проговорила моя дочь.
— Когда это она с тобой говорила? — постаралась спокойно спросить я.
— Встретила во дворе после школы. — ответила Оля.
— Ты отцу не сказала, что она тебя преследует? — спросила я.
— Нет. — с горечью в голосе произнесла моя девочка.
— Она больше к тебе не подойдёт. Я придумаю, как оградить нас всех от этой заразы. Мы все переживём! Так хочу тебя обнять! — проговорила я, прижимаясь головой к плечу моей девочки.
Двадцать шестая глава
Pov Сергей
Я ночью сидел в машине под окнами квартиры, откуда меня выгнала моя жена и охреневал. Как я докатился до такого?
Утром мне объяснения Наташкины показались натянутыми. Слишком сложно. Зачем кому-то лепить такие постановочные фейки про неё? Она, что, звезда экрана? Нелогично.
Решил, что после работы заеду к Ленке и всё выясню. Как раз девчонки должны быть уже дома.
Ещё торопился, хотел успеть пораньше вернуться к Наташке. Хотел к ужину быть.
И вот тебе и встреча.
Моя родная дочь захлопнула передо мной дверь.
И я оказался рядом с каким-то мутным типом.
— Так это ты, Ленкин муж? Что-то я тебя в тот вечер в клубе не видел. — усмехнулся этот мужик.
— Не твоё дело. Ты кто? — спросил я.
— Я владелец клуба, в котором Лена как тигрица своего ребёнка защищала. Впрочем, теперь всё ясно.— нагло бросил этот мужик и отвернулся, вызывая лифт.
— Так. Стоп. Не понял. — Опешил я, входя вместе с ним в кабину лифта.
— А где ты был всё это время? Ты что? Не в теме? — удивился этот наглый тип.
— Ну...
Мы вместе вышли на улицу.
— Ну ты и... Лан, бывай. — Он хлопнул меня по плечу и шагнул к предупредительно открытой шофером двери автомобиля.
— Мужик, погоди. Расскажи, что произошло? — Крикнул я ему вслед.
Но тот даже не глянул на меня. Хлопнула дверца и тяжёлый, похоже, бронированный мерседес бодро стартанул из нашего двора.
Так.
Я пошёл в клуб, благо тут всё рядом, чтобы там расспросить, по возможности персонал. Раз с владельцем лоханулся. И зачем это он к Ленке приходил? Откуда она его знает? И по имени обращается.
История выходила непонятная. Дичь. Представившись корреспондентом и сунув амбалу у входа денег, я выслушал невероятный бред о налёте крутых родственников девчонки на клуб, чтобы не было возможности жениться на ней местному простому парнишке.
Нда... Очень сразу всё понятно стало. Зря только деньги потратил.
И при чём тут Наташа? Сейчас, решил я, расспрошу все из первых уст. У своих.
Когда возвращался, заметил, как от дома отъезжает машина Александра. С моей женой.
С моей, зараза, женой! Законной!
Заметил меня, вон как стартанул.
Чёрт. Пальцы сами сжались в кулаки. Это моя жена!
Так, я сам же ему и разрешил. Эти его... "ухаживания"... Только думал, что Ленка его выгонит. Не ожидал, что она так быстро меня забудет.
Вот и вся её любовь. Две недели не прошло...
А потом начался кошмар.
Ира показала ещё одно видео. Как Ольку амбал тащит на своём плече.
И запись аудио. Полицейские зачитывают протокол и просят подписать.
И слова этого амбала, что я слышал утром.
Все бабы — брехливые. Фейки у неё. Заказные. Во всем врут. Ни слова правды.
Ничего не понимаю. Зачем Наташе это было нужно? Откуда она знает всех в клубе?.. Неужели, всё, что о ней говорили, это правда? Я что, связался со шлюхой? Не может этого быть!
Ну и тут я опять налажал. Как увидел вернувшуюся Ленку. Румяную, с горящими глазами, такую маленькую, такую родную. И такую чужую. И меня понесло.
Зря я, конечно, накинулся на Ленку с упрёками. Не в моём положении её упрекать. Но, чёрт, как было удержаться?
Зачем то ляпнул, что ушёл от Наташки и что хочу вернуться домой, что люблю. Как толкнул кто под руку. Так захотелось увидеть на её лице радость.
Только радости-то я и не увидел. Да.
Ляпнул и понял. И правда, соскучился. Хочу домой. Приходить с работы в чистый дом. Есть утром Ленкину кашу. Слушать щебет девчонок.
На хрена я всё сломал?
И как теперь исправить?
Ладно.
Что штаны высиживать? Как пес бездомный сижу тут под окнами. Поеду Наталью на чистую воду выводить.
Двадцать седьмая глава
Сегодня у меня последние уколы, и мне сняли лонгету. Какое счастье пользоваться рукой. Пока есть возможность двигаться и не задумываешься какое совершенство — человеческая кисть. Как много всего завязано на руки. Вот уж действительно — без рук.
Очень мне помогла приходящая сиделка. Хорошо, что
