монитор, и сухо отвечает на его вопросы. Чед не такого ожидал, когда звонил ей. Он надеялся, что девушка, узнав о последних событиях, под влиянием шока раскроет в себе глубоко спрятанную внутреннюю женственность, как минимум расплачется и пойдет искать утешения в объятиях настоящего мужчины, который по чистой случайности окажется ее коллегой по имени Чед. Или, как минимум, хотя бы пустит Чеда в свою секретную секцию, занимавшую два верхних этажа здания, куда Чеду доступ был заказан, но где он давно уже мечтал побывать.
— Я не могу тебя туда пустить, — сказала Робель, как будто прочитав мысли Чеда, — Системой безопасности здания управляет лично Голдсмит. Только он может обеспечить тебе доступ туда. Но даже если ты пройдешь в Зал Нейроинженерии — ты все равно там ничего не поймешь. Для программирования сознания NPC используется мой собственный дизайнерский нейроязык, который никто кроме меня понимать не способен. Эта наша главная коммерческая тайна, за которую конкуренты заплатили бы любую сумму, как тебе хорошо известно.
— Ага, только теперь эта проклятая секретность работает против нас, потому что атаку ты сама отбить не можешь…
— Позвони Голдсмиту, — перебила Робель.
— Ну, я не привык беспокоить босса ночью по пустякам…
— По пустякам? — Асмарина указала на монитор Чеда, забитый инфографикой настолько, что любой человек чуть тупее Чеда немедленно бы сошел с ума от информационного перегруза от одного взгляда на экран, — Нам на сервер залили четырнадцать йобибайт непонятно чего, и полностью отобрали у нас контроль над одной из областей нашей собственной игры. Это по твоему пустяки, Чед? А что тогда не пустяки? Ты ждешь, когда Лига Защиты Эльфов полностью положит нашу игру или взорвет наш офис? Тогда уже поздно будет звонить, Чед.
— Эй, не учи ученого, ты драматизируешь ситуацию, детка, не все так плохо, пострадала только Риаберра, а большая часть игры вполне себе работает. Кроме того, я ведь отбил атаку на наши сайты и форумы, так что Чед этим мамкиным хакерам не по зубам, не на того напали, я уверен…
К удивлению Чеда Робель вдруг выругалась на своем родном языке.
— Это было признание в любви, я надеюсь?
— Какой же ты дебил, Чед, я вообще не понимаю, как тебя взяли на эту работу.
— В смысле как? Как и всегда. Я предался любви с рекрутершей прямо на ее рабочем столе, так что вопрос моего найма был сразу решен…
— Ты ничего не понял. Послушай меня, заткнись и послушай! Вчерашняя атака на наши ресурсы в интернете, которую ты так победоносно отбил, была всего лишь хитрым маневром. Они знали, что ты ее отобьешь, просто хотели отвлечь нас от реальной атаки, которая, если ты еще не догадался, и происходит прямо сейчас.
— И какова их реальная цель, м? Положить всю игру?
— Я не знаю, Чед. Но судя по тому, что я вижу, они не пытаются положить игру вообще. Они пытаются ее поломать изнутри, поскольку вероятно знают, что квантовый сервер невозможно положить в принципе. Может быть, они рассчитывают, что Голдсмит сам выключит сервера, когда накопится достаточное количество багов и жалоб от игроков. Но я не уверена. Звони Голдсмиту, Чед.
— Да чем нам поможет этот мешок с деньгами? Он в хакерских атаках разбирается, как енот в шотландской политике. Шеф будет только как всегда орать и создавать лишний шум, а вот если я потружусь еще часок…
— Я не знала, что ты такой трус, Чед. Ладно, сама позвоню.
Чед был уязвлен до самых глубин души.
— Эй, крошка, не хочешь ли ты сказать, что у меня нет яиц?
— Я хочу сказать, твои надежды разрешить ситуацию до того, как босс узнает о проблемах, тщетны. Уже сейчас форумы кипят от жалоб игроков на баги в Риаберре. Ты сам мне показывал час назад. А ты просто боишься Голдсмита.
— А вот и нет. Че мне боятся этого дохляка? Как будто я не смогу найти себе новую работу, если меня отсюда выпнут. Да я найду себе новое место еще до того, как дойду до выхода из этого проклятого здания…
— Звони, Чед.
— Ага. Сейчас. Только Телеграм найду, я его по–моему вчера случайно удалил, а ну точно…
— Эй, TAILS, позвони через Телеграм Надоедливому Кретину, — приказала Асмарина.
— Ну уж нет, мой линукс слушается только моего голоса, — возмутился Чед. Но линукс полагал иначе, поскольку немедленно вывел окно звонка Голдсмиту.
— Вот черт, опять забыл настроить голосовые команды после обновления. А откуда ты знаешь, что шеф у меня записан, как Надоедливый Кретин?
— Truecaller утверждает, что Голдсмит так записан у почти всех наших сотрудников, кто знает его личный номер, — ответила Асмарина.
— А ты сама как записана, м? Наверняка, как горячая африканская штучка…
— У меня она записана как «Незаменимый сотрудник № 1», — вмешался в разговор стальной голос ответившего на звонок Голдсмита, — А ты, Чед, записан как «Бесполезный клоун № 254, уволить в следующем месяце». Я сам хотел набрать тебя еще пятнадцать минут назад, но мне стало интересно, хватит ли у тебя храбрости позвонить первым. А теперь объясни мне, почему наши форумы сегодня ночью целиком состоят из воя по поводу багов?
Голос Кормака Голдсмита был жестким и холодным, как теллуровый гвоздь, которые и производила компания Голдсмита, он вызывал тревогу одной своей интонацией, несмотря даже на то, что самого CEO Tellurium Games не было видно, и экран видеозвонка оставался черным, как полночь. Дело в том, что все камеры на айфоне Голдсмита были тщательно заклеены светонепроницаемой бумагой, руководитель и крупнейший акционер Tellurium Games всегда был параноиком. Зато, когда Голдсмит замолчал, Чед услышал из динамика характерное шипение, свидетельствовавшее, что Кормак Голдсмит сделал хорошую затяжку пара. Вообще, большинство компаний, производивших вейпы, разорились еще год назад, когда на рынок вышли продавцы нейросигарет, на которые и перешли многие бывшие вейперы. Но Кормак Голдсмит всегда отличался консерватизмом и не любил отказываться от своих привычек, так что продолжал парить безостановочно и постоянно.
