Я выгнул бровь.
— Жду с нетерпением. Хорошего вечера.
~
Моя девушка отличный повар, как и ее мама, и я представил себе, как она училась готовить на той большой, стариной кухне. Единственное, что вывело ее из себя, это использование готовых спагетти, для приготовления пасты. Вероятно, ее мама готовила их самостоятельно. От этого вкус не стал хуже, а еда была приправлена базиликом и орегано, и потрясающе пахла.
— Можешь готовить для меня в любое время, — произнес я, усмехнувшись.
— С радостью, — ответила она гордо.
Через стол я потянулся к ее руке и сжал ее.
— Все идеально. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Прости, что была так занята.
Я рассмеялся.
— Знаю, какой ты можешь быть сосредоточенной, но я не сомневался, что как только ты закончишь, то будешь вся моя.
Роуэн улыбнулась.
— Так и есть.
Когда мы доели, она убрала тарелки. Услышав шум воды на кухне, я пошел за ней и встав позади нее, обнял руками за талию.
— Что ты делаешь? — спросил я.
— Мою посуду.
Я поцеловал ее в шею, и она вздохнула. Ее тело расслабилось рядом с моим.
— Просто хочу, чтобы на кухне было чисто, — пробормотала она.
— Для этого еще есть время. Хочу, чтобы ты полежала на диване со мной. Мы можем пообниматься, пока смотрим телевизор, и посмотрим к чему это нас приведет.
Она прислонилась ко мне, ее дыхание стало прерывистым.
— Роуэн, — прошептал я, потянув ее за талию, пока она не развернулась и не посмотрела на меня. Мгновение мы смотрели друг другу в глаза, а потом я наклонился вперед, и коснулся ее губ своими.
Она кивнула, оставив посуду в раковине, и пошла за мной в гостиную, и там опустилась на диван. Я взял пульт и прошелся по каналам, пока не нашел нормальный фильм. Хотя мы, вроде как, не собирались смотреть его.
Откинувшись на спину, я притянул ее в свои объятия и приподнял пальцем подбородок, чтобы посмотреть ей в глаза. Я видел на ее лице то, что она не могла выразить словами. Я поцеловал ее, наши языки сплелись, и чем интенсивнее становился поцелуй, тем сильнее она расслаблялась.
Мягко рассмеявшись, я передвинул руку на подлокотник дивана, призывая ее лечь рядом со мной. Она повиновалась, и пока укладывалась, улыбалась.
Вот и все, наконец она вся моя, и мы лежим, тесно прижавшись друг к другу на диване. Я отведу ее в постель и заставлю забыть обо всех, на кого она когда-нибудь заглядывалась. Мы станем друг для друга всем, и я буду изучать это потрясающее тело так медленно, что она будет стонать при мысли о моем прикосновении.
Когда я погладил ее твердый сосок через ткань, ее глаза зажглись.
— Кайл, — прошептала она, но не остановила меня.
Я ухмыльнулся.
— Все нормально, малышка. Мы будем продвигаться так быстро или так медленно, как ты захочешь.
— Медленно, — прошептала она, а потом перекатилась на меня, и начала тереться об меня тазом. Я был так чертовски тверд, что можно считать чудом, что мои штаны до сих пор целы.
— Все что захочешь.
Я поцеловал ее, пробуя на вкус ее язык. Роуэн еще теснее прижалась ко мне, и я хотел смаковать каждый миллиметр ее тела. Кожа ее шеи на вкус была так же хороша. Она стонала и поглаживала меня по спине руками, пока я покусывал ее кожу.
— Боже, я так сильно хочу тебя. Всегда хотел, — пробормотал я.
Я ощутил, как она вздрогнула, когда рядом зазвонил телефон.
— Вы, должно быть, шутите, — рассмеялся я, поцеловав ее в кончик носика.
На ее лице отразилась нерешительность.
— Роуэн, если тебе нужно ответить, просто сделай это. Я никуда не денусь.
Она улыбнулась и потянулась за телефоном.
— Прости. Обычно мне никто никогда не звонит. Должно быть что-то важное.
Я потерся носом об ее шею, когда она скатилась с меня, и сел, наблюдая за ней.
— Привет, мам. — она закатила глаза, махнув рукой, будто пытаясь ускорить разговор. Я вернулся к ее шее, поцеловал за ушком, пытаясь изо всех сил отвлекать ее.
Роуэн ахнула, и я снова откинулся назад. Она дрожала, в глазах застыли слезы, а рот приоткрылся, пока она молча сидела и слушала, что говорит ее мама.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Роуэн?
— Поверить не могу, — произнесла она в трубку. — Только не Чарли.
Теперь я забеспокоился. Что-то произошло.
— Я буду в порядке. Со мной Кайл. Спасибо, мам. — Ее голос дрожал. Она отключилась и просто уставилась на телефон.
— Роуэн? Что не так? Что случилось?
Она посмотрела на меня, в ее глаза блестели от слез. Они телки по ее щекам, оставляя за собой влажные дорожки. Мне хотелось стереть их поцелуем, но сначала я должен узнать, что их вызвало.
— Чарли мертва. — с трудом сумев сделать вдох, прорыдала она.
— Что?
— У нее…у нее случился приступ астмы. Сильный. Он был очень затяжной. Мама сказала, что ее отвезли в больницу, но было слишком поздно.
Я провел рукой по своим волосам. Это невероятно.
— Черт. Ох, милая, иди сюда.
Обвив меня руками за шею, она цеплялась за меня во время рыданий. Я крепко обнимал ее, поглаживая по волосам, пока она страдала. Моя бедная девочка; она уже и так через многое прошла, и теперь, когда она перешла на другую сторону и обрела счастье со мной, то снова вернулась в ту же яму, из которой только что выбралась.
Если я ее хоть сколько-нибудь знаю, теперь она будет чувствовать вину из-за того, что завидовала Чарли, что поссорилась с ней, что чувствовала себя брошенной на свадьбе. Но ничего из перечисленного нельзя назвать справедливым, ведь это они несправедливо обошлись с ней. Самое главное заставить ее понять это.
Обнявшись, мы сидели, пока Роуэн не уснула в моих объятьях. Сегодня мы должны были впервые заняться любовью. Вместо этого, я отнес свою опустошенную девушку в кровать, осторожно опустил на простыни, а потом раздел и лег рядом с ней.
Когда я обнял ее, она тесно прижалась ко мне. Она подвинулась так близко, что все, чего мне хотелось, это целовать ее и забрать ее боль. Я наблюдал за тем, как она спит, до тех пор, пока мне не стало тяжело удерживать глаза открытыми. Через это будет трудно пройти, но я готов дать ей все, что ей от меня понадобится.
~
Утром, когда я проснулся, Роуэн все еще спала, и я изучал ее веснушки, пока ее глаза не распахнулись. Все еще полусонная, она мне улыбнулась.
— Доброе утро, — пробормотала она.
— Доброе утро. — Я нежно поцеловал ее, и она обвила меня ногой, притягивая к себе.
Я рассмеялся, выгнув бровь.
— Что ты задумала?
— Ты теплый.
Когда ее настигли вчерашние воспоминания, ее лицо омрачилось, и я заметил в ее глазах горе, пока она лежала, просто глядя на меня.
— Это правда случилось, не так ли?
Я кивнул.
— Да, милая.
— Не могу представить себе мир без Чарли. Еще и в их медовый месяц. Эндрю должно быть опустошен.
Я прижал ладонь к ее щеке.
— Уверен, это так. Иди сюда.
Она упала в мои объятия, и я глубоко поцеловал ее, пока она поглаживала меня по голове.
— Я рада, что ты здесь, — прошептала она, целуя меня в грудь.
— Я рядом. Роуэн, что бы тебе не понадобилось, я здесь.
Она посмотрела на меня. У нее были такие грустные глаза, что мне лишь хотелось стереть поцелуями ее боль.
— Мне нужен лишь ты.
А потом она снова расплакалась.
ГЛАВА 20
Роуэн
Я была опустошена. Будто у меня внутри ничего не осталось — эмоции истощились и отдавать больше нечего. Я проделала путь от радости открытия, что Кайл любит меня, и что мы будем счастливы, до глубокой депрессии, когда мое сердце разбилось из-за смерти Чарли.
Бедный Кайл. Мы были так близки к тому, чтобы в первый раз заняться любовью, и этот телефонный звонок изменил все. Но как могло быть иначе?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Чарли умерла.
Теперь все то время, что я провела с ней до свадьбы значит для меня намного больше. Мы восстановили нашу дружбу; хотя на вечере меня и отодвинули в сторону. Когда Чарли было что-то важно, она интересовалась моим мнением, а теперь она больше никогда не сможет сделать нечто подобное для меня.
