и улыбаюсь.
— Не беспокойтесь, Софья Михайловна, я проконтролирую. И через час соберите весь персонал внизу, хочу лично познакомиться со всеми.
Мои слова вызывают у мамочки с дочуркой явное недовольство, Альбина кривит пухлые губы, и это выглядит настолько комично и вульгарно, что я сжимаю зубы.
От одной мысли о том, что, возможно, этими самыми губами она Игнату.
Вздрагиваю и заставляю себя не думать об этом. Не хочу вспоминать измену и предательство, не хочу знать, что все эти годы Юсупов жил себе припеваючи, пока ему вдруг вновь не понадобилась ширма в виде жены, чтобы достичь каких-то новых целей.
- Но… у сотрудников плотный график и… господин Юсупов не давал таких распоряжений.
— Госпожа Юсупова дает это распоряжение. В отсутствие мужа я тут главная.
Наверное, так бы сказала первоклассная стерва. Ну что ж, я могу ею побыть, отстаивая свои границы и личную свободу. Раз уж я тут, то играть буду по-своему, и Игнату придется с этим считаться.
- Я… да… хорошо, - Софья Михайловна начинает мямлить, теряет весь свой пафос и высокомерие, -
пройдемте, я покажу спальню.
Киваю, прохожу рядом с прибалдевшей Альбиной, и меня обдает сладковатыми духами. Если бы девица не передушилась ими, то было бы даже приятно. Однако возникает ощущение, что она полбутылки французского парфюма на себя вылила.
И вновь несоответствие, и вновь звоночек относительно того, что, возможно, эта мамзель исполняет еще и другую работу по ублажению хозяина в свободное от уборки время.
Отчего-то желудок сводит спазмом, и меня начинает тошнить, но я не позволяю себе проявить слабость и ступаю за экономкой, которая распахивает двухстворчатые двери и демонстрирует мне спальню королевских размеров с кроватью, где может уместиться человек десять.
— Вот спальня. - выговаривает Софья Михайловна, - господин Юсупов велел освободить часть гардеробной к вашему приезду.
Делаю несколько шагов и столбенею. Этот запах... энергетика пространства…все слишком знакомо... слишком пропитано.. им…
Рассматриваю эту комнату, и глаз сразу же цепляется за мужские часы, небрежно оставленные на прикроватной тумбочке. Смутное сомнение рождается в душе, и я разворачиваюсь к женщине и спрашиваю с нажимом.
— Это что, спальня Игната?!
— Конечно. Хозяйская спальня, господин Юсупов распорядился. - подтверждает мои самые страшные предположения Софья Михайловна, и я прикладываю все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы удержать лицо.
— Вам показать комнату, рассказать, что где лежит? — не унимается экономка.
Но я быстро выпроваживаю женщину из комнаты и, как только захлопываю дверь перед ее носом, прислоняюсь лбом к теплому дереву.
«Игнат поселил меня в собственной спальне...»
Перевариваю эту мысль. Пытаюсь с ней свыкнуться. Хотя, его логика ясна — для всех я его жена, а значит, и проживание не может быть раздельным.
«Интересно, он и супружеский долг заставит меня исполнять?»
Задаюсь внутренним вопросом и содрогаюсь. Разворачиваюсь и иду в гардеробную. С одной стороны лежат мужские вещи, выложенные в строгой цветовой гамме. В отдельной нише с подсветкой разложена коллекция баснословно дорогих ручных часов.
А вот напротив все свободно. Действительно, гардеробная разделена на мужскую и женскую, в моей части уже лежат некоторые гигиенические принадлежности, но вешалки пусты.
Качаю головой. У меня столько мыслей, и все они сводятся к постели, на которую я опускаюсь без сил. Мне не верится, что Игнат заставит меня спать с собой в одной кровати, про кое-что другое я вообще молчу.
Не знаю, сколько времени у меня уходит на осознание всей плачевности моей ситуации.
С финансами Игната, с его возможностями… сколько бы я ни царапалась и ни пыталась защитить себя, это все равно игра котейки против огромного хищника.
Порываюсь взять телефон и набрать подругу, рассказать, во что именно я вляпалась, но все же останавливаю себя. Мои коллеги в один миг стали подчиненными моего мужа, и я не знаю, как они отнесутся к этой новости. Возможно, я перестану быть для них другом.
Мысли душат, хочется с кем-то поговорить, поплакаться, рассказать. Хочется набрать маму, но я вновь останавливаю себя, не хочу волновать ее, потому что родные люди только переживать будут, а управы на олигарха не найдут.
Наконец без сил падаю на спину, ощущая шелк покрывала разгоряченной кожей, и незабытый запах Юсупова проникает в легкие.
Прикрываю веки и прислушиваюсь к себе, меня от его аромата мутить должно, но это не так, и это безумно злит.
Надеюсь, мой муж не стал моральным уродом и не посмеет перейти грань и прикоснуться ко мне, иначе..я за себя не ручаюсь...
Не знаю, сколько так лежу, на мгновение, вообще, кажется, что измотанная и усталая от переживаний, я ненадолго засыпаю. Однако будит меня мой котик, который мяукает и наконец привлекает к себе мое внимание, начинает бить хвостом, явно демонстрируя свое нетерпение, и на моих губах рождается элорадная ухмылка.
Вспоминаю, что вытворял этот охламон, когда впервые оказался у меня в квартире.
Тогда моим любимым красным туфелькам пришел капитальный трындец.
Что-то в душе вспыхивает, и, кажется, я знаю, что именно сделаю, чтобы господин-сноб сам меня отселил из своей спальни!
С этими мыслями я поднимаюсь с кровати, на которую даже смотреть не хочу, и иду к своему
Морковке.
Распахиваю дверцу, и котяра выходит наружу. Явно заинтересованный происходящим окидывает пространство внимательными зеленющими глазами.
Почему-то меня не удивляет, что, обнюхивая новую для себя территорию, мой рыжуля первым делом направляется в гардеробную.
— Ни в чем себе не отказывай, малыш, — даю совет своему котику, тот уже нацеливается на дорогостоящую итальянскую обувь Игната.
Я же беру свой планшет и альбом из сумки и выхожу из спальни, прикрываю за собой дверь.
Пусть резвится мой Котейка, и никто ему в этом не помешает.
Начинаю обход дома, делая в альбоме зарисовки и пометки. Привычка рисовать на листах и приписывать к зарисовкам свои мысли никуда не делась, только теперь я свой альбом берегу и посторонним в руки не даю. Хватило истории с воровством моих идей Константиновской.
Рассматриваю этаж, на котором расположена спальня. Отмечаю, что добавлю, что уберу.
Прохожусь по другим комнатам.
Ну что же… Если миллиардер захочет, он у себя в доме без проблем футбольную команду разместит.
Постепенно спускаюсь по лестницам и замечаю, что, как я и велела, экономка собирает сотрудников в холле, которые выстроились в ряд.
Спускаюсь к ним и знакомлюсь с каждым, отмечаю для себя добродушную пухленькую повариху и ее помощников, также привлекает внимание личный водитель, приставленный ко мне.
Мужчина средних лет,
