Читаем без скачивания Искусство быть - Эрих Фромм

Далее я хочу сделать несколько общих замечаний о методе самоанализа.

Чрезвычайно важно проводить его, как и медитацию и концентрацию, регулярно, а не только «когда вы в настроении». Если кто-то говорит, что у него не хватает для этого времени, он просто заявляет, что не считает это важным. Если у него нет времени, он может его найти, и настолько очевидно, что это вопрос важности, которую он придает самоанализу, что бесполезно объяснять ему, как он может найти время. Вероятно, я должен добавить, что не имею в виду, что самоанализ должен стать ритуалом, не допускающим исключений. Бывают, конечно, случаи, когда совершенно невозможно им заняться и его нужно сразу прекращать. Кроме того, процесс самоанализа не должен носить характер подневольной работы, обязанности, исполняемой с мрачным настроением, но все же необходимой для достижения определенной цели. Так же, как и результат, сам процесс должен быть освобождающим и радостным, даже если к нему примешиваются страдания, боль, беспокойство и разочарование.

Для каждого, кто не может помогать страсти взойти на вершину, должно казаться, что восхождение — это просто тяжелая работа и дискомфорт; и некоторые думают (я слышал это также в психоаналитической интерпретации альпинизма), что только мазохист может добровольно захотеть пройти через все эти неприятности. Альпинист не будет отрицать усилия и напряжение, но это составная часть его наслаждения, и он ни в коем случае не захочет их потерять. Не всякое «усилие» означает «усилие»; не каждая «боль» означает «боль». Боль работы отличается от боли болезни. Значение имеет общая ситуация, в которой прикладываются усилия или испытывается боль и которая придает им специфические качества. Это мысль, которую весьма трудно понять, потому что в нашей западной традиции долг и добродетель считаются строгими надзирателями; в действительности лучшим доказательством того, что вы поступаете правильно, служит то, что это неприятно, а доказательством противоположного является то, что вам нравится это делать. Восточная традиция полностью иная и гораздо более совершенная в этом отношении.

Она избегает противопоставления жесткой, твердой дисциплины и ленивого, мягкого «комфорта». Она нацелена на состояние гармонии, которая в то же время структурированная, «дисциплинированная» (в подлинном смысле этого слова), живая, гибкая и радостная.

В самоанализе, как и в психоанализе a deux, есть только одна сложность, о которой нам следует знать с самого начала: эффект вербализации.

Предположим, я встаю утром и вижу голубое небо и яркое солнце, я полностью осознаю окружающее, оно делает меня счастливым и более живым. Но мое ощущение состоит в осознании неба, моей реакции на него, а не слов, родившихся в мозгу, типа «Какой прекрасный солнечный день». Как только эти слова появляются, и я начинаю думать об окружающем этими словами, ощущения каким-то образом теряют свою интенсивность. Если вместо этого мне в голову приходит мелодия, выражающая радость, или картина, выражающая то же чувство, то ничего не теряется.

Граница между осознанием чувства и выражением этого чувства словами очень подвижна. Существует полностью невербализированный опыт и близкий к нему опыт, в котором слова выглядят как сосуд, который «содержит» чувство и все же не вмещает его, так как чувство постоянно течет и переполняет сосуд. Слово «сосуд» скорее похоже на ноту в нотной записи, которая является символом тона, а не тоном как таковым. Чувство может быть тесно связано со словом, но пока слово остается «живым», оно не вредит чувству. Но наступает момент, когда слово отделяется от чувства, то есть и от говорящего человека, и в этот момент оно теряет свою реальность, превращаясь в комбинацию звуков.

Многие люди ощущают эту перемену. Например, они испытали сильное, прекрасное — или ужасное — переживание. На следующий день, когда они хотят вспомнить его и выразить словами, они говорят слова, которые точно описывают чувство, но звучат сухо; ощущение такое, как будто эти слова просто были в их голове и не имеют никакой связи с тем, что люди чувствовали, когда это случилось[33]. Когда так происходит, вам нужно понять, что что-то пошло не так, что вы начали жонглировать словами, а не ощущать внутреннюю реальность; и вам нужно начать анализировать сопротивление, которое провоцирует человека на осмысление чувств. К таким мыслям о чувствах нужно относиться так же, как к другим мешающим мыслям.

Самоанализ нужно делать как минимум тридцать минут каждое утро, если возможно, в одно и то же время и в одном месте, и категорически следует избегать внешних воздействий. Его можно делать и во время прогулки, хотя на улицах большого города слишком неспокойно. Но самоанализ и особенно упражнения по дыханию и осознанию можно делать всегда, когда вы не заняты чем-то другим. Есть много случаев, когда вы вынуждены ждать или когда вам «нечем заняться», например, в метро или самолете. Все эти случаи следует использовать для самопознания того или иного рода, а не для чтения журнала, разговоров или мечтаний. Когда у вас появится привычка делать это, такие ситуации, когда вам «нечем заняться», станут долгожданными, потому что они обогащают и приятны.

Удивительно, что самоанализ почти не обсуждается в литературе по психоанализу; можно было ожидать, что Фрейд, который упоминает самоанализ в своих интерпретациях снов, предложил бы другим поэкспериментировать в этом же направлении. То, что это не так, можно объяснить, предположив, что образ Фрейда стал таким идолизированным, что, естественно, его самого никто другой не мог анализировать, он был обязан своими «откровениями» только самому себе; именно это не так у обычных людей. Они не могут существовать без «создателя», и сам Фрейд или священники, действующие от его имени, должны просвещать их. Каковы бы ни были причины у Карен Хорни [34] последовать примеру Фрейда, если они были, она, насколько я понимаю, предложила самоанализ как реальный выход. В описанной ею ситуации речь идет преимущественно об острой невротической проблеме и ее решении. Главный вывод из этого случая — это горячая рекомендация самоанализа, хотя Хорни четко видела все его сложности.

Основная причина пренебрежения самоанализом как возможностью лечения лежит, возможно, в обычных бюрократических взглядах большинства психоаналитиков на их роль и на роль пациента. Как и в традиционной медицине, больной превращается в «пациента», и поощряется убеждение, что ему нужен профессионал, чтобы выздороветь[35]. Он не должен лечить себя сам, так как это сломает сакральное бюрократическое различие между профессиональным целителем и непрофессиональным больным. Это бюрократическое отношение приносит много вреда, и в процессе обычного психоанализа, при котором психоаналитик, если он искренне хочет понять «пациента», должен стать пациентом, как самим собой, и забыть даже думать, что из них двоих только он «здоровый», «нормальный», «разумный».

Возможно, самой важной причиной непопулярности самоанализа является мнение, что он очень сложен. В психоанализе a deux обратить внимание пациента на его рациональность, сопротивление и нарциссизм может аналитик. В самоанализе же есть опасность начать ходить кругами и поддаться своему сопротивлению и рациональности, не отдавая себе отчета в том, что происходит. Самоанализ на самом деле сложен — так же, как и любой иной путь к благополучию. Никто не сформулировал эту сложность более сжато, чем Спиноза в конце своей «Этики» (книга 5, часть 42): «Если путь, который я показал, кажется очень сложным, его все же можно найти. Он и должен быть сложным, так как его очень редко находят; ибо, если спасение рядом и его можно достичь без особой работы, как же может быть так, что его почти все не замечают? Но все выдающиеся вещи сложны настолько, насколько редки»[36].

Сложность может остановить, если вопрос состоит в том, достичь или не достичь конечной цели. Но если, как мы говорили раньше, человек не стремится к совершенству, если он не заинтересован в конечной цели своего пути, а только в движении в правильном направлении, то сложности не кажутся столь непреодолимыми. Более того, самоанализ приведет к такому увеличению внутренней ясности и благоденствию, что вам уже не захочется их упустить, несмотря на все сложности.

Порекомендовав самоанализ как полезный метод на пути к самоосвобождению, я хочу добавить, что это не означает, что самоанализ — это обязательный шаг, который должен сделать каждый. Мне он нравится, и я рекомендовал его другим, которые используют его с толком. Есть много людей, которые практикуют иные методы концентрации, неподвижности и осознания, и они также полезны. Очень хорошим примером является Пабло Казальс, который начинал каждый день, играя один из концертов Баха для виолончели. Кто усомнится в том, что это был для него оптимальный метод самоосвобождения?