Все как один посмотрели на Ило.
– Я в этом ни минуты не сомневался, – кивнул Шанди.
Ило вздрогнул и посмотрел по сторонам. Поймав на себе взгляд фавна, он потупил взор.
– Я не сомневался ни в ком из присутствующих, – добавил император. – Кстати, единственный человек, у которого вы не спросили о том же, это моя жена.
Он с улыбкой посмотрел на императрицу. Теперь внимание всех было приковано к Эшиале, сидевшей на ковре рядом с маленькой Майей. Она подняла на императора свои холодные и прекрасные, как горы Квобль, глаза.
– Не спросили о чем, ваше величество?
Шанди заморгал, изображая нечто вроде недоумения.
Глянув на императрицу, фавн обратился к ней с вопросом:
– Чародей Зиниксо завладел Империей, мы же хотим отвоевать ее. Ответьте, согласны ли вы в этой ситуации остаться с нами?
– Вы спрашиваете меня о верности мужу и Империи?
– Кому или чему вы верны прежде всего?
Эшиала было нахмурилась, но тут же просияла.
– Своему ребенку.
– Эшиала! – изумленно воскликнул обычно бесстрастный император.
– Спокойно, – мягко осадил его фавн. – Она абсолютно права.
Эшиала взяла Майу на руки и прижала ее к себе. Ее незыблемое словно мрамор спокойствие на миг дало трещину, разом открыв все ее страхи.
– Я забочусь только о ней! Я не хочу, чтобы она до конца своих дней прислуживала дварфу. Если мы решим дать им бой, они тут же пленят нас. Я хочу одного – спрятаться! Спрятаться в каком-нибудь укромном местечке, где Майа могла бы расти в мире и покое.
Король кивнул.
– Но, останься девочка во дворце, она была бы в большей безопасности, чем в изгнании. Да и здоровье у нее было бы получше…
– Я с вами не согласна! – взорвалась императрица. – Я презираю двор.
– Эшиала! – вновь воскликнул Шанди. Неужели он не понимал этого прежде? Неужели этот проницательный человек был столь слеп, что не видел истинных чувств своей супруги?
Фавн поднял руку, призывая императора замолчать.
– Теперь-то ты понимаешь, почему я не подошел к ней? У нее нет выбора, так же как нет выбора и у нас. Принцесса обладает для Зиниксо не меньшей ценностью, чем ты сам. Госпожа, мы все желаем того же – найти для вас и вашего ребенка надежное убежище. Если вы попадете в руки к дварфу, это обернется подлинной катастрофой. – Он горестно всплеснул руками. – Конечно, катастрофа в известном смысле уже произошла… Если же мы будем говорить о цене, которую Зиниксо назначит за голову каждого из нас, то эта крошка будет стоить куда дороже Распнекса или меня.
– Значит, так и порешим, – раздраженно заметил, Шанди. – Мои жена и ребенок должны найти какое-то прибежище. Но им будет не обойтись без спутников. Проконсул, согласились бы вы с супругой присоединиться к моей жене?
– Мы почли бы это за честь, господин, – ответил старик, заметно покраснев. Утвердительно кивнула и его супруга.
– Я очень признателен вам за это. Хотелось бы верить в то, что это изгнание будет непродолжительным, но следует приготовиться к худшему. Помимо прочего, вам потребуется надежный страж – им может стать либо Ило, либо центурион Хардграа. Возможно, эту роль мог бы взять на себя и доктор Сагорн?
Ило сидел не поднимая глаз от грязного ковра. Отправлялись бы они все сражаться с армией колдунов! По-настоящему присмотреть за императрицей смог бы только он.
Старый етун громко прочистил глотку.
– Нет, господин, мне бы этого не хотелось.
Ило удивленно поднял глаза на Сагорна, то же самое сделали и все остальные. Старик сидел мрачно улыбаясь.
– Признаться, я полагал, что вы предпочтете остаться в безопасном прибежище, – пробормотал Шанди, заметно насупившись.
– Старым для битвы етун не бывает, мой господин! – Доктор Сагорн и фавн обменялись насмешливыми взглядами, после чего старый пройдоха вновь преданно посмотрел на императора. – Мы мало чем отличаемся друг от друга, ваше величество. Мне тоже есть чего бояться… Я никогда не говорил об этом вслух. Мне ведомо Слово Силы. – Он обвел взглядом кают-компанию, пытаясь оценить произведенный его словами эффект – Одно-единственное Слово. В оккультном смысле я отношусь к гениям. Мой природный талант – смышленость. По этой причине все заурядные ученые типа присутствующего здесь Акопуло представляются мне эдакими тугодумами. Насколько я понимаю, Зиниксо охотится за магическими заклинаниями и формулами. Попади я к нему в руки, меня будут ждать пытки и верная гибель. Надеюсь, такое объяснение вас устроит?
– Вполне, – буркнул Распнекс, глядя на етуна с явным недоверием.
Сагорн устало вздохнул.
– Стало быть, мои мотивы ничем не отличаются от ваших. Я полагаю, мои друзья согласятся с такой точкой зрения…
Какие такие друзья? Судя по мгновенно нахмурившимся лицам едва ли не всех свидетелей этого разговора, подобный вопрос возник не только у Ило. Впрочем, король Рэп почему-то заулыбался. В старом мудреце чувствовалось нечто странное. Откуда он возник прошлым вечером? Куда подевался мастер Джалон? Возможно, следовало говорить не об «одном-единственном Слове», а о чем-то большем – для подобных чудес одного Слова явно недостаточно. Сагорн, похоже, чего-то недоговаривал.
– Меня не интересовали ваша преданность и ваши мотивы, – достаточно тактично заметил император. – Речь идет о физической выносливости в крепости.
– Его помощь и совет очень пригодятся нам, – как ни в чем не бывало сказал король Рэп. – Помимо прочего, ему действительно есть что терять.
– Подобные заявления представляются мне излишними! – презрительно хмыкнул Акопуло. Этот маленький человечек смотрел на Сагорна с нескрываемой ненавистью. – Насколько я – пусть, по-вашему, я и тугодум – представляю себе ситуацию, легат Угоато к этому времени мог стать рабом узурпатора.
Соответственно, все, присутствовавшие прошлой ночью в Тронном зале, должны были попасть и список врагов, – мы все, понимаете? Мы все в опале.
– Вы совершенно не поняли сути происходящего. – столь же презрительно фыркнул в ответ етун, скрививший при этом губы. – Речь ведь идет не о каком-то там обычном бунте или опале.
Акопуло побагровел от ярости.
– Может, вы соблаговолите открыть глаза на происходящее нам, заурядным людишкам?
– С удовольствием. Главное – будьте внимательны. Какой-то физической угрозы для вас пока не существует, возможно, окажись вы в руках Зиниксо, вам в каком-то смысле было бы лучше. Возьмем, к примеру, сигнифера Ило. Поддерживая своего императора в стремлении низвергнуть гнома, он становится изгоем – холодным, голодным, лишенным друзей и постоянно рискующим своей жизнью. И, напротив, – надумай он выдать Эмшандара Сговору, как он тут же превратится во вполне лояльного сторонника новой власти. – При этих словах голубые глаза старика, обратившего свой взор на Ило, ярко вспыхнули. Первейшая обязанность императора как вассала будет состоять в защите дварфа, то есть в обеспечении секретности его гегемонии. Соответственно, его величество будет править так же, как правил, пусть при этом он и будет сохранять лояльность Зиниксо. Следовательно, его сторонники должны будут получить награду за свою преданность. Скажем, его бывший сигнифер может получить некую новую должность… новый чин…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
