Демонстрация была более чем убедительна, и король не возражал против строительства воздушного шара. Более того, он распорядился оказать молодому иезуиту финансовую поддержку для создания летающего корабля, в корзине которого мог бы поместиться взрослый человек. Одновременно Гусман получил от короля то, что нынче мы называем патентом, — разрешение, дающее право только ему (и никому более) строить такой летательный аппарат.
Молодой бразилец принялся за дело, и уже в октябре, то есть через два месяца после демонстрации модели, воздушный шар был готов к полету. Его назвали «Passarola», что в переводе с португальского означает «Воробышек». Говорят, что шар будто бы несколько раз пролетал над Лиссабоном на высоте более 1000 метров. Единственным пассажиром был сам Бартоломеу де Гусман, которого лиссабонцы стали называть «О Voador» (дословно: «Летающий человек»).
Но горе тому, кто возносится к звездам, когда все прочие остаются на земле. Зависть и интриги (даже со стороны братьев-иезуитов собственного ордена) вскоре послужили причиной трагического поворота в жизни «Летающего человека». За свои «грешные» идеи он должен был предстать перед судом инквизиции. Пришлось бежать из Португалии в Испанию. Бартоломеу де Гусман умер в Толедо в возрасте тридцати восьми лет всеми забытым изгнанником. Так же быстро был забыт и его воздушный шар. Помнили о Гусмане лишь жители его родного города. На почтовой марке, выпущенной в 1944 году и стоившей 120 крузейро[8], изображены Гусман и его воздушный шар. У последнего своеобразная форма, напоминающая перевернутую пирамиду. Именно так, согласно утверждениям инициаторов проекта «Наска», выглядели и предполагаемые воздушные шары перуанцев доколумбовой эпохи.
Зная форму воздушного шара индейцев, Вудмэн и его друзья стали искать материал, из которого древние перуанцы могли соорудить свой воздушный корабль. Монсеньор Гусман для верхнего покрытия «Воробышка» использовал хлопчатобумажную ткань. Хлопчатобумажными тканями, как было известно сотрудникам Международного общества исследователей, пользовались и древние насканцы. Но были ли они достаточно плотны и пригодны для верхней оболочки воздушного шара?
Ответить на этот вопрос участникам проекта «Наска» помог один из членов МОИ — ее представитель в Перу Михаэль де Бакей. Он заведовал в Лиме туристским бюро, которое специализировалось на прогулочных полетах над «картинной галереей» в Пампа-де-Наска.
Бакей не верил в пустынный «космодром», не заинтересовала его и теория о «взлетных полосах». Внимание руководителя туристского бюро привлекли «отверстия» в земле, главным образом по краям трапеций и прямоугольников. Обнаруженные здесь кучки камней производили такое впечатление, будто длительное время находились под воздействием сильного жара. Так же выглядели и почерневшие камни в окружности 10–15 метров от каждого из «отверстий».
Обгорелые края светлых площадок в Пампа-де-Наска можно объяснить по-разному: возможно, создатели гигантских «рисунков» разжигали здесь большие костры, чтобы погреться (ведь ночью в пустыне становится холодно), а может быть, они устраивали кострища в честь своих божеств или, может быть… Де Бакей предложил другое толкование. Не обрабатывали ли индейцы в ямах свои ткани дымом для того, чтобы придать им большую плотность? Не исключено, что обработанная дымом материя повышала прочность оболочки воздушного шара!
Члены МОИ решили провести эксперимент. Они начали искать неразграбленные могилы насканцев, чтобы получить в свое распоряжение более или менее хорошо сохранившиеся ткани. Затем, взяв несколько керамических сосудов, на которых был якобы изображен полет воздушного шара, а главное, шесть образчиков насканских тканей, они вылетели в американский город Су-Фолс (штат Южная Дакота), где находится крупнейший в мире завод по производству аэростатов, приводимых в движение нагретым воздухом.
Результаты испытания насканских тканей в лабораториях фирмы «Рейвен» были весьма положительными. Хлопчатобумажные ткани насканцев оказались значительно плотнее современных тканей. В настоящее время аэростаты производят из тканей, на одном квадратном сантиметре которых насчитывается 65 X 35 волокон. На квадратном сантиметре древних насканских тканей содержалось 75 X 40 волокон, а в образчике парадной ткани — даже 80 X 45 волокон! Итак, индейцы полторы тысячи лет назад умели вручную вырабатывать значительно более плотные ткани, чем те, которые вырабатывают самые современные станки. Остальные лабораторные испытания также прошли успешно. Ткани не были тяжелыми. Измерительный прибор — тестер «Фрейзер 513» — засвидетельствовал еще один невероятный факт: воздухопроницаемость у древнеперуанских тканей меньше, чем у тех, из которых ныне изготовляют парашюты.
Итак, лабораторная проверка тканей древних насканцев показала, что из них можно изготовить воздушный шар, пригодный для полета. На этом закончился первый этап эксперимента.
Вудмэну и его коллегам не удалось доказать, что перуанские индейцы сооружали воздушные шары, приводимые в движение нагретым воздухом, однако они все же установили, что далекие предки современных индейцев могли создавать из известных им материалов летательные аппараты, не нуждающиеся в двигателе. Этот результат исследований открыл путь ко второй части эксперимента, конечную цель которого можно коротко выразить одним словом: полет.
ЗАХОРОНЕНИЕ С ПОМОЩЬЮ ВОЗДУШНОГО ШАРА
Для того чтобы доказать обоснованность своих предположений, сотрудники Международного общества исследователей под руководством Джима Вудмэна решили соорудить воздушный шар и подняться над насканской пампой. Естественно, что работу по производству шара они поручили выполнить фирме «Рейвен», которая кропотливо изучала все собранные ими материалы.
Воздушный шар получил свое название «Кондор-1» в честь пернатого царя облаков, почитаемого во всем Перу. По форме «Кондор» напоминал «летательный аппарат» Бартоломеу де Гусмана, то есть перевернутую вверх дном пирамиду. Корзину сплели из тоторы (тростника, растущего по берегам высокогорного озера Титикака, у границы нынешнего Перу с Боливией) индейцы народности аймара из прибрежной деревни Уатайата.
Когда «Кондор-1» был готов, он напоминал гигантский перевернутый треугольник высотой в 25 метров с таким же основанием наверху. Хлопчатобумажный воздушный шар имел объем 2250 кубических метров. Рассчитанная на двух членов экипажа гондола 2,5 метра в длину и 1,5 метра в высоту повторяла традиционную форму индейских челнов, плавающих по перуанским горным озерам. Между прочим, индейцы аймара строили папирусную лодку «Ра-2» для знаменитого норвежского мореплавателя Тура Хейердала. Но вернемся к гипотетическому индейскому воздушному шару и проекту «Наска», который должен был решить вопрос о возможности воздухоплавания в древнем Перу. Индейцы деревни Уатайата сплели довольно надежный и недорогой челн. Гондола для «Кондора-1» обошлась организаторам в общем дорогого проекта всего в 43 американских доллара. Сначала ее переправили из Уатайаты в столицу Боливии Ла-Пас, затем «Боинг-727» перенес гондолу в Лиму. Вслед за этим ее отправили во Флориду, а оттуда уже собранный «Кондор» попал в пункт своего назначения — в Перу, страну, которую некогда населяли насканцы.
Поскольку корзина была рассчитана только на двух членов экипажа, автор проекта — он же пилот — должен был найти себе спутника по полету. Вудмэн выбирал долго и наконец нашел лучшего из лучших — тогдашнего чемпиона мира по полетам на аэростатах, приводимых в движение нагретым воздухом, англичанина Джулиана Нотта, который незадолго до того поднялся в индийском городе Бопал на головокружительную высоту — 13 980 метров.
Джим Вудмэн и Джулиан Нотт в сопровождении почетного штаба сотрудников направились в то место, которое некогда дало первый импульс для создания этого оригинального проекта. Свой испытательный полет они хотели осуществить именно здесь, в южноперуанской пустыне Наска, неподалеку от Кауачи, бывшего главного города насканцев. Здесь сотрудники мои выкопали яму для костра, своего рода огненный тоннель.
