юрского периода». – Расселл подплыл поближе, я даже разглядела капли у него на лбу. Ресницы, темные и длинные, слиплись в мокрые треугольники, бусины воды осыпали шею, красивые плечи…
– И как в него играют?
– Во что?
– В «Бронтозавра»! Мы же в бассейне.
Он улыбнулся, протянул руку, смахнул несколько капель с моей щеки.
– Хорошая мысль. Но нужны четыре игрока. И мяч. И в идеале подкидная доска.
– А мы можем попробовать видоизмененный вариант? Я…
– Что?
– Ничего. – Я на секунду нырнула с головой, потом пригладила волосы. – Просто странное дежавю. Я могла раньше слышать про эту игру? Нет, откуда?
– В этом смысле… забавный факт…
– Сейчас будет водный факт? Мокрый факт! И уж сухими фактами тут не отделаешься. – Расселл терпеливо улыбнулся – типа он уже привык к моим закидонам. – Все, я закончила.
– Сомневаюсь. Придумаешь что новое – перебивай меня, не стесняйся.
– Да уж конечно! Погоди! Водоотталкивающий факт. Так, на этом все.
– Факт про дежавю. Есть объяснение, откуда они берутся. Мы не вспоминаем что-то из прошлого, а предчувствуем будущее. Когда у тебя возникает дежавю, твой мозг кодирует новое воспоминание как старое, всего-то. Ну, типа, файл поместили не в ту папку. Никакой мистики.
– А когда тебе кажется, что ты давно знаешь незнакомого человека, это то же самое? Мозг его ошибочно идентифицирует?
– Не знаю. – Расселл шагнул ближе. – Тут, мне кажется, другое. Более… удивительное. Правда?
Мы подплыли друг к другу, оказавшись совсем рядом, и круг вдруг превратился в досадную преграду. Я поднырнула, вылезла, отпихнула его в сторону. Выплыв на поверхность, поняла, что мы на мелком месте, я достаю до дна – вода мне чуть ниже плеч. Я на носочках подошла к Расселлу и несколько секунд просто стояла и любовалась. Он нравился мне таким – с волос капает вода, лицо освещено луной и отблесками ковбойской шляпы, а между нами ничего лишнего. Добрые глаза, полуулыбка, которая стала шире, когда он увидел, как я на него смотрю.
– Чего?
– Просто – ты.
Он дотронулся до моей талии, взглянул на меня:
– Все хорошо?
Я кивнула, подалась вперед, поцеловала его. Вкус хлорки и ананасовой газировки, солнца и будущего. Пока мы целовались, я гладила его по груди, потом по плечам, провела руками до локтя, ощупывая мышцы. Какой сильный – если надо, запросто меня поднимет (зачем – я плохо понимала, но сознавать это было приятно). Я отстранилась, заглянула ему в глаза, руки опустились ниже, к мускулистому животу.
– Все хорошо?
– Угу, – ответил он, снова меня целуя. – Даже очень хорошо.
Мы стали целоваться в воде, и я вдруг поняла, что его очень много, все не потрогаешь – руки, ноги, живот, спина, все доступно, а мне не насытиться. Он, похоже, чувствовал то же самое, прикасался к животу, спине, ногам…
Теперь мы целовались с нарастающим темпом, и я обвила его ногами за пояс. Расселл опирался одной рукой о бортик бассейна, другой поддерживал меня за спину, пальцы скользнули под резинку лифчика. Я прижалась к нему, и поцелуи почему-то стали не такими, как на футбольном поле. Не было ощущения, что у нас вся ночь впереди.
В поцелуях теперь сквозил голод, совершенно новая для меня потребность. Чувство было глубже и сильнее прежнего, и, хотя вокруг плескалась вода, в нас будто бы вспыхнуло пламя.
– Гм, – сказала я, когда мы приостановились, чтобы перевести дыхание.
Я так и обвивала его ногами, моя голова оказалась выше, я смотрела на него сверху вниз. Расселл нагнулся, поцеловал меня в ключицу. Стянул с плеча мокрую лямку, поцеловал кожу под ней мягкими губами.
– Да? – спросил он, глядя на меня снизу. Улыбнулся, набрал побольше воздуха, потянул нас обоих вниз.
Мы всплыли одновременно, я смеялась, протирая глаза от воды.
– Прости, – извинился он, проводя пальцами по моему предплечью. – Не удержался. Ты что хотела сказать? – спросил он слегка заторможенно – у меня мысли затормозились тоже.
– Ну… – Я огляделась. Распрямила ноги, встала на камушки на дне, поджала пальцы. Я плохо понимала, что дальше. Но очень пожалела, что ни он, ни я не на машине. – Я вот подумала, может нам… пойти куда-нибудь?
Я понимала, что говорю ужасно расплывчато, но другой формулировки не придумала. Да и, собственно, мне самой было не вполне ясно, что я пытаюсь сказать, просто хотелось все это продолжать, и лучше бы не в бассейне.
– Ну, мы могли бы… – Он помедлил. Потом заговорил торопливо: – Ты не думай, я ничего такого не имею в виду. И это вообще необязательно… Я же не жду – да и ты тоже! Просто… Черт, я все не так говорю. – Он посмотрел на меня, набрал в грудь побольше воздуха. – Я просто подумал, может… если ты хочешь… мы могли бы снять номер.
– Здесь? – Через секунду я поняла, насколько это глупый вопрос. Понятное дело, здесь. В этой самой гостинице, где есть свободные номера.
Но… а мы вообще можем снять номер? Это разрешается? Я чуть подумала и поняла, что, наверное, можем: нам обоим восемнадцать, то есть мы совершеннолетние – с точки зрения закона преград никаких нет. Просто я раньше никогда такого не делала.
– Погоди… а у тебя денег на это хватит?
Я исходила из того, что в финансовом смысле мы в одинаковом положении. То есть оба почти на мели. В противном случае почему Расселл вообще остался на автобусном вокзале? Мог бы с остальными доехать на «убере» до Вегаса.
– У меня… есть кредитка, можно ею воспользоваться. Но только если ты хочешь! Можно и без этого, и ничего не будет. То есть… – Он выдохнул, посмотрел на меня снова. – Примем горячий душ и посмотрим спутниковые каналы.
– Да, я обратила внимание, что их здесь предлагают. Причем бесплатно!
Расселл рассмеялся, но глаз от меня не отвел, внимательно смотрел в лицо, будто пытаясь понять, что я думаю о его предложении, – а я как раз о нем и думала.
«Тебе самой-то хочется?» – тихо прошептала Диди.
Мне хотелось. Я знала Расселла. Я ему доверяла. Мне это казалось следующим шагом по пути, который вел к вещам все более изумительным. В конце концов, сегодня та самая грандиозная ночь. И в этом сюжете про одну волшебную ночь мы добрались до следующей главы. Я почувствовала трепет в груди.
– Ну, я очень люблю спутниковые каналы. И горячий душ. – Я встретилась с ним взглядом, кивнула. – Мне кажется… стоит попробовать.
Расселл улыбнулся от уха до уха, во все лицо.
– Правда?
Я кивнула, перевела дыхание.
– Но я еще никогда… это… не жила в гостинице с кем-то. – Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Стыдно в таком признаваться, но это же нужно обсудить? И потом – вдруг это что-то меняет.
– А. – Расселл нежно пригладил мои мокрые волосы.
– Это не значит, что не хотела! Просто… искала нужную гостиницу. Пять звезд, со всеми удобствами. – Он улыбнулся, а я заставила себя задать вопрос, ответ на который знала заранее:
– А ты?
Расселл кивнул, и я попыталась понять, что чувствую – разочарование или облегчение. Получалось, что и то и другое.
– Я – да, – сказал он, потом вздохнул, посмотрел мне в глаза. – Но теперь очень об этом жалею. Лучше бы я дождался вот этого отеля. И этой минуты. – Он провел рукой по моему запястью, поднял к губам мою ладонь, поцеловал. – Лучше бы я дождался Дарси Миллиган.
Я улыбнулась – как здорово звучало в его устах мое имя.
– Я знаю, что все это настоящее сумасшествие, – сказала я, заключая в ладони его лицо, глядя в глаза. – Но все ведь совершенно правильно, да? Как будто… все к этому шло. С самой первой секунды. – Я улыбнулась, чувствуя, что сердце раскололось, обнажив свою суть, – и мне совсем не было страшно. Я знала, что могу доверять Расселлу. Я видела его насквозь, он меня тоже, и нечего было бояться. Именно об этом Уайли Сэндерс и остальные пели мне все эти годы. И вот оно наконец произошло, в залитом лунным светом бассейне в Неваде. – Я, видимо, просто ждала тебя, – сказала я, поглаживая
