В конце мая Маннергейм направил в Германию военную делегацию во главе с начальником Генштаба генералом Хейнриксом. Делегацию приняли генерал фельдмаршал Кейтель и генерал Йодль. Немцы напрямую предложили финнам участвовать в войне против большевистского режима, вероятность которой почти не вызывала сомнений. Хейнрикс выслушал предложения немецких генералов и ответил, что не уполномочен давать каких-либо обещаний, но заверил немецких коллег, что если Советский Союз нападет на Финляндию, она будет защищаться.
«Война-продолжение»
К лету 1941 года Маннергейму стали докладывать, что русские сосредотачивают на границе крупные военные силы. Маннергейм вспомнил слова Сталина, произнесенные еще осенью 1939 года: «Хорошо понимаю, что вы хотите остаться нейтральными, но уверяю вас, что это невозможно. Великие державы не позволят».
17 июня Маннергейм отдал приказ о мобилизации всей полевой армии. Из приграничных районов было эвакуировано около 60 тысяч человек и перевезено в глубь страны. Войска получили приказ избегать любых действий, какие могли бы дать русским повод для нападения.
Но 22 июня, после того как Германия начала военные действия против Советского Союза и ровно в 6 часов утра по радио было передано заявление Гитлера о том, что финские и германские войска стоят бок о бок на побережье Северного Ледовитого океана, защищая финскую землю, ни о каком нейтралитете речи уже не могло идти.
25 июня военно-воздушные силы СССР начали широкомасштабные налеты на города Южной и Северной Финляндии, в том числе на Хельсинки и Турку. В этот же день верховный главнокомандующий финской армии в очередной раз перевел свою Ставку в Миккели.
Еще со времен Зимней войны ставку рассредоточили на огромной территории за пределами города. Маннергейм, в целях безопасности, жил в разных местах, но каждое утро он появлялся на своем рабочем месте в учительской Центральной школы, где сидел до полуночи, а иногда и позднее.
В свои 74 года фельдмаршал был в поразительно хорошей форме. Он регулярно совершал 1,5-часовые прогулки верхом. Пищу принимал всегда в одно и то же время: обед — с 12.30 до 14.00, ужин — с 19.30 до 21.00. После обеда Маннергейм два часа дремал в большом кресле в кабинете в обществе чучела совы и бюста Рунеберга, стоявшего на подоконнике рядом с письменным столом фельдмаршала.
В быту Маннергейм был действительно очень скромен. И к своей персоне он не относился с такой рьяной щепетильностью, как это принято у политиков, занимающих столь высокий пост. Немцев, в частности, удивляло, что главнокомандующий прогуливается по городу и ездит верхом в его окрестностях в обществе одного лишь адъютанта. Маннергейм пользовался общей парикмахерской, откуда никому не приходило в голову удалять обычных клиентов, и кто угодно мог оказаться в кресле рядом с фельдмаршалом.
Ленинград и Карелия
Итак, сидя в своем кабинете в Центральной школе, Маннергейм разрабатывал план военных действий по возврату потерянных в ходе Зимней войны территорий.
Вместо наступления на Карельском перешейке, что предлагали другие генералы, главнокомандующий решил действовать более осмотрительно. Он был уверен: начни финская армия сразу наступать на перешейке, советское командование решит, что целью этого наступления является Ленинград, и, сконцентрировав превосходящие силы, нанесет сокрушительный контрудар. На помощь немецких войск в то время рассчитывать не приходилось — слишком далеко они находились. По плану Маннергейма военные действия следовало разделить на три основные стадии: сначала освобождение Ладожской Карелии, затем — возвращение Карельского перешейка, а потом — продвижение в глубь территории Восточной Карелии.
Для нанесения первого удара севернее Ладоги была сформирована Карельская армия численностью около 100 тысяч человек. Командование новым соединением было поручено начальнику Генштаба генералу Хейнриксу. К Карельской армии присоединилась прибывшая из Норвегии немецкая дивизия под командованием генерал-лейтенанта Энгельбрехта.
10 июля генерал Хейнрикс начал свое наступление. Преодолевая упорное сопротивление, финской армии удалось выйти на рубежи границы 1939 года, захватив населенный пункт Салми. После чего Маннергейм приостановил наступление и начал выдавливать советские войска с левого фланга, используя для этого немецкую дивизию. Боясь окружения, русские спешно отступили.
Одновременно с боями в Ладожской Карелии 31 июля началось наступление финской армии и на Карельском перешейке. Здесь действовал 2-й армейский корпус генерал-майора Лаатикайнена. Прорвав оборону, войска корпуса 8 августа вышли к берегам Ладожского озера.
Тем временем Карельская армия продолжала операцию по захвату города Сортавалы и территорий, расположенных к западу от него. Овладеть городом удалось 16 августа. Маннергейм констатировал, что первая часть его плана выполнена — Ладожская Карелия была освобождена.
В это время немцы силами четырех дивизий, прибывших в Финляндию из Норвегии, начали наступление на Мурманск. Военное руководство Германии неоднократно намекало Маннергейму, что ему следовало бы взять на себя и командование немецкими войсками, которые вели военные действия на территории Финляндии. Но фельдмаршал всячески уходил от принятия подобного решения. Он понимал, что тогда-то уж точно окажется под колпаком у Гитлера.
Маннергейм для начала пытался выполнить задачу-минимум — отвоевать территории, потерянные Финляндией во время Зимней войны, и постараться сделать это своими силами.
Уже 23 августа правый фланг 4-го финского армейского корпуса вышел к западному берегу Выборгского залива, а левый — к северным окраинам Выборга. Одновременно с плацдарма 2-го армейского корпуса через реку Вуоксу была переправлена легкая бригада, которая подошла к городу с восточной стороны. Здесь советские войска контрнаступлением попытались вытеснить финнов обратно за Вуоксу, но сами оказались в окружении и, неся большие потери, лишь неделю спустя смогли вырваться из западни.
29 августа части 4-го финского армейского корпуса вошли в Выборг, а 2 сентября советские войска были оттеснены за старую государственную границу и в восточной части Карельского перешейка. Таким образом, в результате длившейся целый месяц операции Финляндии был возвращен весь Карельский перешеек.
Видя, как успешно действуют финские войска, военное руководство Германии в лице генерал-фельдмаршала Кейтеля предложило Маннергейму не останавливаться на восстановлении старых государственных границ Финляндии, а идти на Ленинград одновременно с немецкими войсками, наступающими с юга. Спустя 20 с лишним лет у Маннергейма наконец-то появилась возможность осуществить свою мечту о похоже на бывшую столицу бывшей Российской империи. Но эго уже был не тот Маннергейм, да и сотрудничество с немцами ему было совсем не по душе. Он попросил президента Рюти приехать к нему в Ставку для совещания. Когда президент прибыл, Маннергейм изложил ему предложение немцев и заявил, что наступление на Ленинград считает нецелесообразным. Президент согласился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
