Они будут ждать Хэллоуина!
Я обошел башню и вернулся на свою прежнюю позицию. Теперь я могу выбрать подходящий момент для нападения.
Я был голоден, и пошел проверять ловушки. Я поставил четыре ловушки на кроликов и в каждой из них было по одному кролику. Я снова спустился с другой стороны холма и разжег маленький костер. Я бросил свою решимость следовать советам своего учителя и ершил не обходиться одним лишь сыром. Мои планы требуют много энергии и физической силы. Я зажарил одного кролика, и съел его.
Луна поднялась на востоке, бросая свой серебряный свет на деревья. Подходящий момент: я начал призывать домового.
Сначала я прошептал его имя:
Кратч!
Вокруг была тишина, когда я говорил. Я услышал шорох; ветер ворошил опавшие листья. Я снова назвал эго имя, в этот раз громче.
Кратч!!
Ветер хлестал ветвями, набирая силу. Последние осенние листья срывало с деревьев и бросало на землю.
В третий раз я выкрикнул имя домового, как священник, взывающий к своим прихожанам. Я не беспокоился о том, что меня могут услышать в башне. Теперь они должны боятся. Мой голос разразился в воздухе, словно удар колокола.
КРАТЧ!!!
В ответ, с запада подул сильный ветер, завивая как банши, почти сбив меня с ног. Я пошатнулся и закрыл глаза, чтобы защитить свое лицо от веток и листьев, грязи и камней, которая мчалась меж деревьев с ветром.
И затем все прекратилось. Наступила тишина, абсолютная, неподвижная тишина.
Домовой услышал меня? Он пришел?
Тишина продолжалась. Я затаил дыхание и прислушивался ко всему, что меня окружало.
Все по-прежнему словно замерло.
Мое сердце словно провалилось в пятки. У меня ничего не получилось?
Но затем я что-то услышал: очень тихие шаги. Что-то приближалось с запада, двигаясь незаметно для меня.
Я взял одного из кроликов и бросил в сторону, откуда слышал звук.
Я услышал, как туша ударилась о землю, после чего послышался звук, который свидетельствовал о том, что кто-то грызет плоть, раздавливая кости мощными зубами.
Шаги снова начали приближаться ко мне – я слышал их громче.
Шурх! Шурх! Шурх!
Затем я услышал шорох большого хвоста.
Я бросил второго мертвого кролика. Его сожрали еще быстрее.
Шаги приближались к месту, где я стоял; в них чувствовалась смертельная опасность, и я кинул вперед еще одного кролика.
Почему я бросал кроликов домовому?
Как вознаграждение за мой зов, для него будет кровь моих врагов, но кролики были хорошим шагов, чтобы пометить наш договор. Так же мне было страшно. Я боялся, что домовой может напасть на меня. Он приближался как хищник, который выслеживает свою добычу, прежде чем атаковать ее. Возможно, я буду следующим кроликом в его меню.
Я испугался и мои колени затряслись, потому что мы были не в саду Ведьмака; старый договор закончился много лет назад, поэтому я заключил с ним новый. Теперь мы были в другой местности; это было новое и опасное начало.
Я был по-настоящему напуган.
Вдруг я услышал громкое мурлыканье, и почувствовал как пушистый кот трется о мои ноги. В этот момент домовой был не больше, чем обычный рыжий кот. Это была форма, которая не угрожала ничем опасным. Возможно, это заставило меня чувствовать себя, немного храбрее…
Я наверное, должен рассказать домовому, что собираюсь сделать; вместо этого, я сделал что-то очень опасное – что шокировало бы Джона Грегори.
Он всегда держался на расстоянии от существа.
Но я действовал инстинктивно.
Я опустился рядом с домовым-кошкой на колени и положил свою руку ему на голову. Я чувствовал его мех, но тело не было теплым. Оно было холодным, как лед.
Затем я очень медленно погладил его, от головы до конца длинного хвоста.
В ответ на это домовой перестал мурлыкать и замолчал.
Я был не в силах сдержаться, хотя и понимал что рискую, но я все же повторил свое действие; я снова погладил его от головы до хвоста.
На этот раз домовой зашипел; когда я сделал это в третий раз, то понял что его шерсть стала дыбом, и он выгнул спину.
Какой же я глупец. Что со мной происходит? Что вынудило меня сделать это? Я вспомнил, что у домового очень скверный характер. В мое первое утро в доме Ведьмака я спустился на кухню раньше положенного и получил удар по затылку. Мой учитель предупредил меня, что могло бы быть и хуже.
Что произойдет сейчас? Он нужен был мне, чтобы помочь в моем деле.
Постепенно домовой начал светиться во тьме, пока я четко не видел его глаза. Его левый глаз пересекал бледный шрам: след борьбы с демоном, которого называли Лихо. Его второй, целый глаз, был похож на вихрь оранжевого огня.
Казалось, он становиться больше. Мое чувство опасности росло вместе с ним. Соль и железо может быть эффективным против него, но у меня в карманах его нет. Я оставил свою сумку в Чипендене. Я преследовал ведьм лишь со своим посохом в руках, и мечами героев в ножнах.
Внезапно домовой атаковал меня, и я упал навзничь. Я был ошеломлен, почти потеряв сознание от боли. Ударная волна прошла прямо сквозь меня.
Я лежал на правом боку, протянув вперед руки. Я чувствовал нависающего надо мной домового. Теперь он выглядел гораздо большим, чем когда появился.
Затем он нанес удар по моей левой руке. Я почувствовал его когти, впивающиеся в мою кожу. Боль разразила мое тело, и я чувствовал что мое сердце может не выдержать такого.
Я испытывал жестокую агонию. Наверное, моя рука разорвана, а кости раздавлены. Но в свете луны, я увидел, что она целая, лишь с моего мизинца стекает кровь на мое запястье.
Почему домовой напал на меня? Смогу ли я когда-то понять его мотивы? Это может быть реакция на мой поступок, на то, что я его погладил – хотя все могло быть и гораздо хуже. Я все еще не мог шевелить руками. Возможно, он решил пересмотреть наш договор?
Вдруг я почувствовал, как домовой начал слизывать кровь с моего пальца своим большим, шершавым языком. Когда он лакал кровь, боль отступила; я закрыл глаза и провалился во тьму.
Меня вернула к сознанию вибрация, от глубокого урчания, которое казалось, сотрясало землю подо мной. Я лежал на спине, а на моих ногах лежало что-то холодное.
Я очень медленно приподнял голову, и увидел, что домовой положил свою огромную голову и лапы на мое тело; вибрация была мурлыканьем – звуком, который обычно означал что он доволен. Долго время я не решался пошевелить ногами, хотя их уже сводило: любое движение которое может нарушить спокойствие домового может стать причиной очередной бурной реакции.
Наконец я больше не мог терпеть. Я немного передвинул ноги. Вес сразу пропал, вместе с домовым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
