— Хорошо. На ужин приглашаю за наш столик.
— Я приду, — улыбнулась уже без напряга, обрадованная тем, что Джен легко принял мою позицию.
Он ушёл, пожелав нам приятного аппетита, а я вновь обернулась к ошарашенному собеседнику.
— Ты назвала меня другом. Мы едва знакомы.
— Ты же понимаешь, что про раба я пошутила? Я одна, мне нужны друзья, а ты мне нравишься.
— Спасибо, — все ещё в шоке пролепетал он, опустив смущённый взгляд к подносу с едой. — Раз мы подружились, может расскажешь, как попала в академию. Всем интересно.
Я оценила его неловкую попытку сменить тему, как и несмелую улыбку.
— Там и нечего рассказывать. Меня преследовал демон. Напал на меня и мою семью. Тогда и открылась моя странная сила.
— А твоя семья…. С ними все в порядке? — в голосе Юджина звучала затаённая боль.
— Да, пострадала только я. И то, не сильно. Что-то случилось с твоими родными, я права? Поэтому твоя энергия открылась так рано?
— Напали на маму. Я так испугался за неё, что набросился на архангела. Меня спасли. А мама все ещё в госпитале. Архангел успел выкачать из неё энергию, — в карих глазах Юджина отразилась такая мука, что я в чувствах схватилась за его ладонь. — Уже месяц не приходит в себя.
— Не понимаю, почему стражи не передадут ей энергию?
— Передадут? Стражи? Это же невозможно.
— Как так? Ещё один плюс в пользу жнецов.
— Кого?
— Веду внутренний список плюсов и минусов. Стражи проигрывают.
— Сравниваешь нас с демонами? — Юджин насупился, даже чуть отодвинулся от меня, словно разозлившись.
— Демоны мне, знаешь ли, предлагали только быструю смерть. Но не отходи от темы. Стражи ничем не могут помочь твоей маме? Почему?
— Запас энергии людей мал, — объяснил он, поняв, что я не в курсе подобных нюансов. — И они с трудом его восполняют. Она под барьерами, но врачи не дают никаких гарантий.
Юджин гулко выдохнул в попытке смирить эмоции.
— Давай не будем это обсуждать. Не знаю, чего разоткровенничался. Обычно никому не рассказываю.
— Пойдём, — я решительно встала из-за стола.
— Куда?
— Просто следуй за мной. Это важно.
Юджину пришлось подчиниться. Тем более, я уже вцепилась в его руку и потащила прочь из столовой.
Глава 15
— Зачем мы сюда пришли? — задал вопрос Юджин, когда я втянула его в кабинет химии.
Лишь несколько студентов возились с реактивами за широким столом с каменной столешницей. И почти не обратили внимания на наше появление. К счастью, большинство реактивов не прятали, и я быстро нашла нужные. Хорошо, что и здесь учителя химии любят эффектные реакции.
Сбросив пиджак, я нанесла на изгиб локтя раствор соли железа. Следом провела над веной палочкой, смоченной в роданиде. Юджин с раскрытым ртом наблюдал, как на коже выступили характерные красные разводы, напоминающие кровь. На этом подготовка была завершена, и я потащила его на выход, чтобы скорее покинуть академию.
— Ты объяснишь, что задумала? — потребовал ответа Юджин, но тут на дорожке, ведущей к зданиям штаб-квартиры нам встретился страж.
— Натали Лэнг, студентка академии, — сразу отрапортовала я, раньше, чем он задал вопрос. — Юджин ведёт меня в госпиталь, — и продемонстрировала «окровавленный» изгиб ладони, к которому прижимала носовой платок.
Мужчина глядел с сомнением, но согласился нас проводить. По пути даже связался с госпиталем, чтобы нас встретили.
— Что случилось? — поинтересовался он, косясь взглядом на мою руку.
— Хотела покончить с собой, — театрально вздохнула. — Но тут Юджин появился. Стал уверять, что впереди много всего хорошего. Ну, например, новая коллекция Dolche & Gabbana.
Бедняга Юджин даже рот приоткрыл от изумления. Благо, страж этого не видел, потому что в этот момент смотрел на меня как на ненормальную и ждал, что я заявлю, что пошутила. Но опровергать свой маленький экспромт я, само собой, не собиралась. Лишь морщилась от громкого хохота в голове.
В фойе госпиталя нас встретил мужчина во врачебной форме синего цвета. Внутри пахло лекарствами и царила тишина. Лампы дневного света, отделка в металле и белом цвете создавали ощущение стерильности. На этом наш провожатый с чувством выполненного долга ушёл. Зато теперь нами вплотную занялся врач. Отвёл в смотровую на первом этаже, свернув от фойе направо в длинный коридор. Когда я заявила, что кровь не течёт, он весьма кстати, отправился в соседнюю комнату за бинтами. Пользуясь этой минутной заминкой, я схватила Юджина за руку и уволокла обратно в коридор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что ты творишь, Натали? — прошипел он.
— А ты до сих пор не понял? Проводится операция по спасению твоей мамы. Живо веди в её палату.
Юджин приоткрыл рот от изумления. В карих глазах вспыхнули неверие и отчаянная надежда.
— Ты, правда, можешь помочь ей?
— Живо, я сказала.
Коротко кивнув, Юджин уже бегом устремился к находящейся в конце коридора лестничной площадке. Мы поднялись на этаж выше. Оттуда он провёл меня в одну из палат. Одноместная, она тонула в солнечном свете, проникающем через открытое окно. Женщина лежала без сознания. Чёрные волосы создавали ореол вокруг её бледного с синевой лица. Кровать окружал голубоватый полупрозрачный барьер, создаваемый расположенными вокруг четырьмя продолговатыми лампами в металлическом защитном корпусе.
— Что вы здесь делаете? — видимо кто-то из врачей нас заметил и теперь влетел в палату, намереваясь остановить возможную диверсию. — Не подходите к больной!
Устраивать скандал ради доступа к маме Юджина не входило в мои планы, так что я влетела в пределы барьера и схватилась за руку женщины, пытаясь сосредоточиться на своей энергии. Наверное, сама бы я так быстро не разобралась, но та вторая сущность оживилась, направила, помогая передать энергию. Моя кожа начала испускать тёмный свет. Прибор регистрации сердечной деятельности запищал, выдавая ускорение пульса больной. Глаза женщины затрепетали и распахнулись.
— Мама! — Юджин подлетел к ней, вцепившись во вторую руку. — Ты очнулась… очнулась… — зашептал он в счастливом неверии.
— Юджин? — она коснулась ладонью бледного лба. — Что случилось? Почему мы в больнице?
Я отступила от вновь воссоединившейся семьи. Глаза щипало от слёз, а на душе потеплело, настолько трогательной выглядела представшая сцена. Кажется, я становлюсь слишком сентиментальной, потому что готова разреветься.
— Пойдёмте, это слишком личный момент, — я вытолкнула опешившего врача из палаты и закрыла дверь. — Правда, классно? — спросила у него.
— Как… Кто вы? — пробормотал он, не до конца понимая, что произошло.
— Неважно. У вас нет фторида натрия?
— Натали! — громогласный окрик отца заставил невольно вытянуться по струнке.
Впервые видела Брюса Лэнга столь обеспокоенным, даже напуганным. Он подлетел ко мне, схватил за плечи, пытливо оглядывая с ног до головы.
— Мне сообщили, что ты пыталась покончить с собой? Зачем, Натали? — мягко встряхнул, заглядывая в глаза.
— Жизнь у меня тяжёлая, — на выдохе произнесла, пытаясь не выдать, как меня ошеломила реакция отца.
— Это не настоящая кровь, — подключился врач, наблюдавший за нашим разговором. — Обычная химическая реакция.
— Объяснись! — теперь отец встряхнул меня требовательно, гневно сверкая глазами.
— Я так понял, девушка таким образом пыталась попасть в госпиталь, чтобы помочь матери своего друга, — вновь пояснил врач. Надо бы спросить, не работает ли он на полставки адвокатом. — Девушка передала пациентке энергию.
— Ты умеешь передавать энергию? Как ты это поняла? Или знала? — теперь Брюс встряхнул меня так, что я клацнула зубами, чуть не прикусив язык.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хватит меня трясти! — оттолкнула руки отца и сделала шаг назад, готовая сорваться на бег. — И вообще, я на пару опаздываю.
Проигнорировав его гневный взгляд, я обернулась к двери и постучала.
— Юджин, нам пора.
Мой новый друг вышел в коридор почти сразу, да так и замер, словно вкопанный, когда увидел, кто перед ним.
