и я их обычно сразу забываю. Но не всегда. Так вот недавно мне снился сон. Там была ты. В какой-то большущей коробке, которая грохотала и быстро-быстро ехала по необычной, очень ровной дороге. Коробка была наполнена людьми в странной одежде. Еще чем-то очень воняло и стоял жуткий шум. У тебя из ушей торчали какие-то штуки, ты сидела, прислонившись к окну и спала. Прямо сидя и во всем этом грохоте и гвалте. Мне это приснилось, когда я уже был связан и лежал в том страшном месте. Во сне я позвал тебя, позвал на помощь. Даже не знаю почему, но тогда это показалось правильным. Та жуткая коробка остановилась, и ты пошла мне навстречу. Я сразу понял, что ты меня найдешь, и мне перестало быть страшно. Ну, не совсем, конечно, но уже не так сильно. Так что я знаю, что ты не отсюда, не из нашего мира.
Да что происходит?! Все, что случилось со мной в последнее время крайне тяжело воспринимать и осознавать. Адриэйн точно видел кусочек моего мира. МОЕГО! МИРА! Так, ладно, нужно унять бешено колотящееся сердце и постараться успокоиться. Пересела ближе к Адриэйну и взяла его за руку:
— Я очень рада, что смогла тебе помочь. — Притянула мальчика к себе и обняла. Помолчала немного, собираясь с мыслями: — Адриэйн, скажи, а ты не видел, как я попала сюда, как я попала к тебе?
— Нет, — покачал головой мальчик, — ты просто пришла и все.
— Скажи, если ты увидишь, как мне вернуться обратно, ты ведь мне скажешь?
— Скажу. А ты очень хочешь обратно? — простодушию ребенка можно лишь умиляться.
— Очень, Адриэйн. Я очень хочу обратно. Это все, чего я сейчас хочу.
Обед прошел в тишине. Мне, честно говоря, кусок в горло не лез. Снова обрести надежду на возвращение, даже такую призрачную, эфемерную. Сон, надо же! Мне остается ждать, когда ребенку приснится сон обо мне и надеяться, что он его не забудет.
— Адриэйн, — решила прервать затянувшееся молчание, — расскажи мне, кто еще, кроме лиранов и людей живет в вашем мире?
— Кроме нас и людей еще есть ольфы. Они на островах живут и очень обособленно, редко контактируют с другими расами, даже говорят на своем языке — отказались переходить на всеобщий.
— Ольфы — они такие красивые, утонченные, с длинными ушами? — не удержалась от вопроса я.
— С чего ты взяла? — искренне удивился мальчик. — Ольфы громадные, с рогами такими большими, закрученными и крыльями.
— Ух ты! И летают?
— Конечно, — важно кивнул Адриэйн. — Еще есть малхоры — вот такого роста, — мальчик показал метра полтора от пола, — живут в Груанских горах. Очень обидчивы, чуть что — сразу хватаются за топор, жутко воинственны, постоянно между собой отношения выясняют. Тоже говорят на своем языке, но и на всеобщем тоже, только неохотно. Ну и трорки. Они странные — тоже невысокие, серокожие, живут за Охровым морем в основном. Но и у нас селятся.
— Почему странные? — не поняла я.
— Даже не знаю, ну, они не в семье живут, а общиной. И дети вроде как все общие, и не понятно, кто мама, а кто папа. Просто все вместе живут и все. Подчиняются старшему, еще совет старейшин есть.
— А мы сейчас на землях людей находимся?
— Как это? — не понял мальчик.
— Ну, у нас это называется страна. Только у нас, кроме людей никого нет, и страны делятся по языковому признаку. А у вас как?
Империя — почти вся территория Лираса. Под властью Каана, сейчас это мой отец. Острова, их много, у каждого свое имя, но общее — Лерейна, там живут ольфы. Малхоры — жители империи, я уже говорил, они живут в Груанских горах, но не только. Их можно встретить и в городах и поселениях империи. Трорки тоже жители империи, но и у них есть своя земля — Рангхорт. Я там не был, но из уроков знаю, что это очень жаркое место, мало пресной воды, мало растений. А люди рассеяны по империи. То есть, ты хочешь сказать, у людей нет своей земли? — поразилась я.
— Фейроника, это просто люди, они живут везде, обрабатывают землю, прислуживают лиранам, трудятся на грязных работах. Они не очень умны, даже не представляю, как бы они могли жить сами по себе.
Резко встала и отошла к окну. Сжала кулаки, впив ногти в ладошки почти до крови. Нет, не смогу промолчать.
— Вообще-то, я тоже человек, — проговорила тихо, не оборачиваясь к мальчику.
— Прости, Фейроника, я не хотел тебя обидеть, честно.
Мальчик приблизился неслышно и обнял меня со спины.
— Ты не такая, ты особенная.
Да уж, нелегко, похоже, здесь людям живется.
— Я слышала, сейчас война. Кто с кем воюет?
— Империя нерушима, с ольфами у нас мирный договор, так что война не с внешним врагом, а с внутренним, — Адриэйн говорил явно не своими словами, будто заученными фразами.
— Гражданская? Кого-то правление не устраивает?
— Всегда есть недовольные, — мальчик переступил с ноги на ногу. — Они подстрекают честных жителей империи и устраивают бунты. Чаще всего на это решаются человеческие маги, вот и в этот раз…
— Человеческие маги? — резко перебила. — Среди людей тоже есть маги? — Встречаются, — раздался голос от двери. Обернулась — Крегерх. — Их не так много, можно сказать, что почти нет. Да и не выявляет их никто особо, зачем? — Ралион Крегерх, — Адриэйн тоже обернулся, — ралион Моркелеб сильно ругался?
— Не переживай, Адриэйн, ты ни при чем. О чем вы тут разговариваете?
Крегерх прошел вглубь комнаты и сел на одну из кроватей.
— Я спросила, кто с кем воюет и почему. И, — замялась, — в общем, Адриэйн тоже знает про меня. Так получилось.
— Ожидаемо, — кивнул мужчина. — Фейроника, ралион Моркелеб торопится увезти вас отсюда и не допустить вашей встречи с родителями Адриэйна. В ваших интересах, чтобы эта встреча все же состоялась.
— Я могу… — начал Адриэйн.
— Не можешь! — перебил его Крегерх. Но потом уже совсем другим тоном продолжил: — прошу прощения, cap Адриэйн, — наклонил голову мужчина, — но ралион Моркелеб, будучи тегменом, может не учитывать даже твое мнение.
— Он рассказал отцу обо всем? Он рассказал, что мой лиран вылетел?
— Не уверен, — замялся мужчина, — думаю, он пока и сам в это не очень верит. Признаюсь, мне тоже было сложно поверить до тех пор, пока не убедился лично.
— Ралион Крегерх, — впервые обратилась к мужчине с этой приставкой, — почему ралион Моркелеб так ко мне относится? В деревне он был приветлив с жителями, знал многих по именам. Чем я ему не
