кульбит и затем неистово застучав.
Глава 20
— Я не могу, — тихо шепчу я в ночь.
“У-у-у”, — осуждающе гудит метель за окном.
— Почему? — Буквально кожей ощущаю, как Ренат поворачивается и нависает надо мной. — Хранишь верность ветренному мужу или есть другая причина? Не нравлюсь?
Прикосновение. Мужская ладонь осторожно касается щеки, большой палец обводит контур моих губ.
— Я же тебя совсем не знаю, — шепчу едва слышно, говорить становится все труднее, а внизу живота все сладко сжимается.
— Мужа ты знаешь давно. Тебе это чем-то помогло?
Эх, по больному бьет. Ответить ничего не успеваю, Ренат наклоняется и штурмом берет мои губы, захват дерзкий, наглый и очень уверенный.
Эх, по больному бьет. Ответить ничего не успеваю, Ренат наклоняется и штурмом берет мои губы, захват дерзкий, наглый и очень уверенный.
Капитулирую, даже не собравшись толком с силами, чтобы дать отпор. Сама не понимаю, что творится, просто поддаюсь моменту, потому что мне это нужно, Ренат дает мне именно то тепло, которое я глупо пыталась компенсировать шубой, но мне нужно было другое, именно такое.
Жар бежит по венам, разгоняя кровь, и вот я уже сама активно отвечаю на поцелуй, а целуется генеральный потрясающе. Руки Рената уже по хозяйски развязывают пояс моего халат, проникают под футболку, дразнят.
Кажется, что я даже частично начинаю вибрировать и… звоню? Ой, нет, это и правда звонок! Благо, хотя бы не в дверь. Живо представила, с командировки возвращается вернувшийся невовремя муж. Как в плохом анекдоте.
Ренат остраняется. Я шарю в потемках по постели в поисках вибрации и шума, и первым телефон находит начальник.
— Муж, — мельком взглянув на экран, когда передает мне мобильный, с усмешкой произносит Ренат. — Неужели почувствовал, как рога растут?
Нервно хватаю телефон, но генеральный не торопится отпускать гаджет.
— Ты можешь и не отвечать на вызов. Если ты завтра идешь подавать заявление на развод, то какая вообще разница, что он тебе хочет сказать.
Ренат отпускает телефон, и я, ничего ему не сказав, отвечаю на вызов.
— Алло, — мой голос неожиданно хриплый и низкий.
— Аня, привет! Ты что заболела? Мне мама позвонила сказала. У тебя голос прям простуженный.
Откашлялась. Щеки заливает румянец.
— Ничего страшного, пройдет. Как отдыхается?
— Да надоело уже. Соскучился, домой хочется.
Ренат фыркает, наклоняется и шепчет мне в свободное ухо:
— Давай я с ним поговорю.
Эй, вот не надо, пожалуйста. Пытаюсь отодвинуться, но Ренат до сих пор сверху придавливает своим массивным телом. Получается только голову чуть отодвинуть.
— А ты по мне скучала? — не дождавшись ответа, интересуется Костя.
— Отвечай, что нет, и шли к черту, — опять добравшись до моего уха, советует генеральный, еще и мочку слегка прикусывает и дышит горячо. Щекотно!
— Не скучала, — покладисто следую указанию генерального. Начальник все-таки мой непосредственный, а я очень исполнительный и старательный сотрудник. Правда, к черту не шлю. Не могу я так резко. — Все, пока.
— Почему не скучала? — в голосе Кости обиженные нотки мешаются с ласковыми.
У меня перехватило дыхание, когда Ренат вдруг поцеловал в чувствительную впадинку на шее и с силой, властно стиснул бедра вжимая в себя. Инстинктивно выгибаюсь, при этом судорожно сжимая в руке телефон. Ой, что начальник творит! Но только пусть не останавливается.
— Аня, куда ты пропадаешь?
Пытаюсь контролировать участившееся дыхание.
— Я… мне было некогда скучать. Меня повысили, кстати, — говорю я с трудом, то и дело делая паузы и глубоко дыша, пока Ренат чертит губами дорожку из поцелуев вниз, к груди.
— Что?! Как?.. Почему?!
В это мгновение я даже забыла про босса-искусителя. Приподнялась на подушке.
— А что тебя так удивляет? Ты так изумился, словно это невозможно в принципе.
— Но ведь не было никаких предпосылок.
Ренат перестал целовать скатился с меня и лег рядом, заложив руки за голову. Мой телефон дает мало света, но я прямо ощущаю, что генеральный улыбается и получает какое-то извращенное наслаждение, подслушивая разговор. Ладно повеселю его еще.
— Как это не было? Я на хорошем счету, не конфликтная, исполнительная, образование высшее…
— Красивая, — тихо подсказывает Ренат.
— Кра… в общем, чем не кандидат на повышение? У нас руководство меняется, коллектив перетасовывается.
— Я думал, в вашем тихом болоте все за в свои места вгрызлись, и повышение тебя ждет разве что когда Софья Петровна твоя пойдет на пенсию. Она что, все-таки собралась?
— Нет, меня вообще из нашего здания переводят. Буду в центральном офисе теперь работать. Знаешь, где парк и там еще много офисов? Так вот в самом высоком здании теперь работаю.
Теперь я живо представлю, как где-то в Турции Костя кусает локти. Работать где-нибудь в центре его давняя мечта, но его, как и меня держат на его работе в филиалах, и еще в командировки стараются подальше куда заслать. Турция — первая удачная в плане местоположения.
— Поздравляю, — сухо и без какой-то засетной радости произносит муж.
— Угу, спасибо. А у тебя как успехи на поприще повышения? Ты достаточно “отработал”? — честно, не могу скрыть яд в голосе. Обида не зажила. — Хорошо старался на благо семьи? Когда переводят, начальница сообщила? Или она не настолько впечатлена твоей работой?
— Зачем ты так? Я же говорил, что это случилось по глупости, перебрал.
— Угу, а потом рассуждал, как это можно использовать в свою пользу.
— Ты мне теперь всю жизнь это будешь вспоминать?
— Какой оптимист, — хмыкает Ренат. — Всю жизнь, ага. Обойдется.
— Не буду. Я хочу спать. Пока.
— Подож…
Сбрасываю вызов и для верности отключаю телефон.
— Почему ты сразу не сбросила вызов? Могла бы сказать о разводе прямо сейчас? Передумала? — интересуется генеральный.
— Не передумала. И завтра тоже не буду звонить сообщать, о том, что подала на развод. Мне нужно время, чтобы подготовиться. Найти жилье, спокойно перевезти вещи. А то еще приедет раньше времени, разборки будет устраивать. Не хочу. Скорее всего придется еще и кредит брать.
Вот тут я всерьез задумалась. Моя зарплата стала значительно больше. Почему бы не влезть в ипотеку? Мне одной много не надо. Но это уже после развода. Пока только вариант съема возможен, и вот на него тоже придется кредит брать, иначе пока никак если съезжать до приезда Кости. Вот квартиру на самом деле тоже жалко будет покидать, столько души в нее вложила, когда свое идеальное семейное гнездышко вила. Далеко не сразу все купили. Поначалу с Костей жили почти в голых стенах и спали на матрасе, но счастливы тогда мы были, кажется, гораздо больше, чем сейчас.
По щеке покатилась
