— Прекрати нести чушь! Возьми себя в руки и ступай на подъемник. Мы земо задерживаем, — прошипел Айрис.
А, это не конечный пункт нашего путешествия… Просто смена коней на переправе. Я вздохнула, состроила извиняющуюся рожицу и разместилась внутри подъемника у стенки. Ноги дрожали от пережитого волнения.
Мы спустились вниз на пару этажей и вышли в прямоугольный абсолютно пустой зал. Догадываюсь, что большая часть антиквариата вытащенного на свет божий взялась именно отсюда. Шеф проводил нас к четвертой по счету двери, выкрашенной в идеальный белый цвет. Айрис оставил нас возле нее, а сам вошел внутрь. Ждали мы недолго, даже скучающий парный зевок закончить не успели. Дверь распахнулась, и звучный голос кешими разрешил нам войти. Сергей Иванович расположился у круглого заваленного инструментами стола. Он разговаривал с серьезным рыжим оборотнем в синем комбинезоне. Другой лекарь заканчивал упаковывать бессознательного Аайю в гипсовый корсет. А про шею-то босс не шутил…
Я села на свободную табуретку и отогнала мысли о сострадании. Вряд ли Сергей Иванович правильно поймет предложение избавить блондина от мучений. Я ведь не о применении обезболивающего говорю. Проще и дешевле добить блондина. Разве смерть для смертельно больного не высшая форма милосердия?
Шеф закончил беседу, проводил лекарей, клятвенно заверив их, что за пациентом присмотрят и обеспечат ему должный уход. Что-что?! Какую еще уточку выносить? Кашкой с ложечки кормить? А виноградом нельзя? В нем косточек много? А то я об этом не знаю! Скрепя сердцем под давлением тяжелого груза обстоятельств в виде приказа босса, я дала согласие на совмещение должностей личного помощника кешими и сиделки его министра безопасности.
— Элоиза, — обратился ко мне Айрис, закрыв за лекарями дверь. — Не прошло и дня трудовой деятельности, а ты уже нажила двух влиятельных врагов и разгромила мой замок. Из положительных моментов можно отметить: чистый пол под ковром у меня в кабинете и в кой-то веки приставленную к делу армию бездельников. Я готов поверить в случайность возникновения ямы на пути кероши, но его сестру "вынесли" из замка далеко не случайно. Она тебе чем не угодила?
— Чем мне не угодила хамоватая глупая и жадная до денег девица? — я сделала вид, будто задумалась. — Наверное жуткой невоспитанностью, но это у нее семейная черта, по-видимому. Нет, постойте-ка, скорее всего жуткой грязью в гостевых комнатах, куда меня поселили и симпатичным пауком в сливном бачке унитаза в туалете. Не то… — я поскребла ногтями подбородок. — Вспомнила! Она хотела показать вам свои таланты, распространяющиеся исключительно на горизонтальную плоскость, а записаться на вечерний прием забыла! А вы, Сергей Иванович, сами правило установили: без предварительного согласования за неделю никого к вашему телу не допускать. Вот и я не пустила согласно распоряжению!
Хех, не к чему придраться. Все строго по инструкции и в соответствии с установленными процедурами. Свое личное мнение, как и положено профессионалу, я не озвучила. И не понимаю, почему Край глаза закатил и трясется в беззвучном смехе, Аайю на меня с суеверным ужасом в глазах смотрит, а у шефа ладони в кулаки сжались.
— Что? — недоумевала я. — Мне надо было ее к вам в банкетный зал проводить? Ну, с ее темпераментом ее бы на всех хватило… наверное… — закончила я неуверенно. — Хорошо, хорошо! — сдалась я, не в силах дальше слушать громогласный смех двоих земо и выносить ошалевший вид третьего оборотня. — На ваш день рождения я приглашу ее выпрыгнуть из торта! Но только после тщательного осмотра врачами и получения справки о физическом здоровье организма. Про душевное молчу, ибо все признаки умственного расстройства у нее на лбу написаны!
Айрис вздохнул. На минуту закрыл лицо ладонями, потом нащупал край стола и облокотился на него. Прошептал неразборчивую фразу, окончательно развеселившую лиса и блондина, и… приложился головой о столешницу. Три раза.
— Ладно, — пробормотала начальник. — С Лакрисс позже разберемся… Великая Эльга, я три года пытался от ее внимания избавиться, а ты за пять громов проблему решила… Надо сосредоточиться… Все! — оборотень хлопнул в ладоши. — Элоиза, до конца дня ты поступаешь в распоряжение Аайю. Поможешь ему разобраться с бумагами. Край, ты временно исполняешь обязанности телохранителя. Сам знаешь, в замке полно шпионов кероши. Через них он может в любой момент нагадить, и хорошо, если несварением желудка отделаемся!
Бросив мне на колени кипу бумаг, шеф удалился. Я вгляделась в написанные отвратительным почерком строчки. Устную речь я каким-то образом понимаю, а вот каракули разбирать меня никто не научил. Я вздохнула и всучила документы Краю. Сама приготовилась записывать распоряжения блондина.
Поначалу работа шла ни шатко, ни валко. Мы большей частью смеялись над нелепыми доносами, это оказались именно они, и обсуждали безграничную фантазию и наивность кляузников. В работе на арчайлдов обвинялись жены, тещи и надоевшие любовницы. Доказательства приводились неоспоримые: от карандашных зарисовок тайных встреч до на скорую руку сварганенных якобы секретных документов, найденных под подушкой у ренегатов бдительными родственниками. Угу, пока те спали.
Закончив разбирать ерундовые случаи, мы перешли к действительно интересным событиям. Благодаря невезению Аайю, мне удалось окунуться в захватывающий мир политических интриг и борьбы за власть. Я постаралась запомнить все персонажи развернувшегося перед моими глазами спектакля. Записала на отдельный листочек имена, даты и краткие характеристики действующих лиц. Подобная информация не бывает лишней. Наоборот, попой чувствую, компромат мне еще сослужит добрую службу!
Я собрала первую порцию приказов и отправилась искать нужных людей и земо. По дороге завернула на кухню и попросила принести обед в подвал. На две персоны. Что?! Аайю поголодать полезно! Отъелся так, что щеки из-за ушей видны. Быстро выполнив задание, я вернулась к прикованной к постели проблеме. Еда уже стояла на столе, и шеф повар с энтузиазмом ее дегустировал. Еще бы… Если бы меня Край также убедительно попросил об этом, то я не нашла бы способа отказать ему. Аргументы он привел железные. И острые. Длинной примерно в пятьдесят сантиметров.
Выждав положенные сорок громов, убедившись, что шеф-повар чувствует себя нормально, только испуган немного и на отпуске за счет казны настаивает… Мы ему пообещали отпуск. Сразу после смерти. Сколько угодно времени для отдыха и самосовершенствования. И никто не помешает. Жаль, оборотню такое предложение не понравилось. Дважды мы повторять не стали. Бедолаге еще ужин готовить предстояло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
