Читаем без скачивания Мачеха для Золушки - Нина Васина

– Не слушай ее! – закричала Иринка.

– Она подслушивала под дверью, я дала ей пинок под зад! – вопила Зоя.

– Не слушай Маринку, она злая из-за переходного возраста! – подбежала к отцу Иринка. – Она всем учителям-мужчинам в интернате испортила жизнь.

Подбежала и Зойка, обняла отца за живот.

– Да, не слушай ее. Она просто хочет тебя обидеть. Это из-за нехватки отцовского внимания.

Иринка тихонько обошла отца и осторожно провела по его спине ладонями. Виктор Лушко поймал ее ладошку и прижал девочку к себе.

– Иди ко мне, – позвал он Маринку.

Та подошла, опустив голову. Он прижал ее к другому боку.

– Вы мои любимые дочки, я никому не дам вас в обиду, – объявил он.

Зойка потерлась носом о его живот, Иринка стояла, затихнув, а Маринка пощупала его бедро.

– Ты потрясный фатер, – сказала она. – У тебя такие мощные ноги!

– Сядьте, – велел отец, убирая ее руки от ноги. – У меня для вас сюрприз. Комнаты выбрали?

– Выбрали, – хором ответили Зоя и Иринка.

– Вот и хорошо. Послезавтра Абакар устраивает праздник для своего сына. Приглашает вас на маскарад. Сколько гостей вы сюда пригласили?

– Четверых, – ответила Маринка.

– У него тоже гостят друзья, так что скучно вам не будет.

– Послезавтра? – ужаснулась Иринка. – Но это невозможно! Никакой костюм за один день не сшить!

– Я же сказал – сюрприз. В гардеробной две стойки с бальными платьями на любой вкус. – Взглянув на Маринку, отец уточнил: – Для тебя есть шесть вариантов.

– Самые настоящие костюмы? – не поверила Иринка. – Для бала? Никаких зайчиков и чебурашек?

– Никаких, – кивнул отец. – Вы уже взрослые барышни, я выбрал самые красивые наряды. Перед вами стоит сложная задача – выбрать себе по паре из них. Остальные я обещал быстро вернуть в театр.

– В театр?.. – разочарованно переспросила Маринка. – Они из балетного театра?

Виктор Лушко покровительствовал театру оперы и балета. Некоторое время Зоя была уверена, что он свои спонсорские вливания делал исключительно в надежде присмотреть там себе третью жену. Правда, до города было далековато, и на спектакли приходилось выезжать часа за три до начала.

– Там и оперы ставят. А костюмы шикарней, чем в Мариинском – зря, что ли, я оттуда двух костюмеров переманил. Ну, чего скисла? Будешь царицей из «Бориса Годунова» или настоящей Кармен – есть восемь париков на любой вкус! В общем, я вам секрет выдал, так что пока отдыхайте, а завтра с утречка…

Он не успел договорить. Сестры бросились из комнаты, визжа от радости. Гардеробная была на первом этаже – большая комната со стойками для одежды и обуви, зеркалами во всю стену, а у окна – стол со швейной машинкой, место Дездемоны. Она и встретила там девочек, сияя розовым лицом от их радости.

– Ну, красавицы, раздевайтесь! Будем веселиться, платья примерять и в барынь играть!

Так что выбранные комнаты не пригодились. Невозможно было спать отдельно – а как же ночные обсуждения предстоящего праздника? А после бала – ссоры и упреки, что тоже предполагало совместное проживание.

Золушка

– В общем, я так себе представляю наш приезд. Мы – в праздничных санях, тройка лошадей – с лентами и бубенцами! А когда подъедем, Елисей встанет с козла и торжественно поможет всем выйти.

– С какого козла? – не поняла Дездемона.

– Какие лошади, что за анахронизм? – возмутилась Иринка.

– А мои друзья приехали с охраной, ты что же, прикажешь двум здоровенным, мощнейшим… – Маринка, говоря это, даже глаза закрыла, – мужикам-м-м бежать за телегой с лошадьми?

– А на плечах у нас, – повысила голос Зойка, – будет сидеть по белому голубку, а когда мы выйдем, они взлетят в небо!

– Голубей не дам, – умерил ее восторг Елисей.

Они сидели на кухне, обсуждая завтрашний выезд.

– А вот я не поняла, с какого козла ты слезешь? – настаивала Дездемона.

– С козел, а не с козла. И лошадей надо было раньше заказывать, – покачал головой Елисей.

– У нас же есть свои лошади! – удивилась Зойка.

– Не путай. У Филимона остались два рысака тысяч по семьсот каждый, они содержатся в специальной конюшне. Их не то что запрягать, на них и сесть-то не может никто, кроме личных жокеев. А лошадей в упряжке мы всегда в Конюхово брали на праздники. Так пока их сюда доставят… И голубей на потеху не дам.

Конечно, все было, как Зойка захотела. Была тройка белых лошадей, и голубей Елисей дал, о чем потом жалел ужасно – один бакинский белый так и пропал – не вернулся в голубятню. И друзья Маринкины приехали не с охраной, а с родителями – отцы, естественно, были из бригады спасателей – соратники Филимона – вместе спасают, и для отдыха предпочитают только своих. Родители ехали на другой тройке, с баянистом.

И вот Зойка приехала с сестрами на маскарад, под шубкой у нее – платье из «Жизели», а на голове – маленькая лебединая корона из другого балета. Дездемона еле застегнула крючки, поэтому ходит Зойка, будто шпагу проглотила – ровно, стройно. Суматоха встречи, шум, музыка. Абакар позвал сына встретить гостей. И тогда Иринкино «козочкино» личико застыло в негодовании от того, что природа посмела создать нечто более совершенное, чем она.

– Сколько ему лет? – спросила она, отслеживая каждое движение Тамерлана, пока тот спускался по широкой лестнице. – Он же был ниже меня.

– Шестнадцать, – гордо ответил Абакар. – Красавец!

Зойка с удивлением смотрела на Иринку и не сразу обратила внимание на принца. Тамерлан равнодушно мазнул взглядом по ее лицу. С насмешкой человека, привыкшего к восторженной реакции окружающих, тронул протянутые пальчики Иринки и застыл, увидев Маринку. Та как раз вертелась перед зеркалом в костюме Кармен. А наряд этот предполагал довольно глубокий вырез – Маринке было что в этом вырезе выставить – и алую розу в волосах. Русые волосы Маринки были спрятаны под париком, в его черном искусственном блеске пламенела роза, и она была алая.

– Это же Маринка, подойди! – подтолкнул его отец.

– Маринка?..

– Маринка, старшая дочь дяди Виктора.

– Тамерлан, – протянул он руку.

– Может, мне реверанс изобразить? – насмешливо осадила его Маринка, ударив по руке свернутым веером. – Ты что, Тим? Забыл наши догонялки и шалаш?

– Пойдем…те, – показал мальчик рукой в сторону гостиной.

И тут Зойка услышала, как кто-то из взрослых одобрил смущение Тамерлана.

– Настоящий восточный мужчина – с первого взгляда выбрал самую здоровую и крепкую девушку. Много детей – залог семейного счастья.

И Зойка очнулась. Как это – выбрал?! И стала смотреть на сына Абакара совсем другими глазами. Вот он идет к ней… нет, не к ней. Вот наклонился, что-то говорит… И сердце Зойки пропустило несколько ударов.

– Нравится тебе мой сын, дочка? – тихо спросил Абакар, наклонившись к ней.

Зойка вздрогнула.

– Он стал такой… странный.

– Странный? Да красивей моего сына я никого не встречал! Он еще не знает.

– Чего не знает?

– Что мы с твоим отцом вас сосватали. Вот сегодня и скажем.

Подняв голову, Зоя внимательно посмотрела в лицо Абакара.

– Вы меня совсем не знаете, а называете дочкой.

– Я знаю Виктора, – ответил Абакар. – Этого достаточно. Нынешняя молодежь противится выбору родителей, но от моего сына невозможно отказаться – он совершенство.

– А я?.. – Зоя едва сдержала слезы. – Ведь…

– Ерунда, – отмахнулся Абакар. – Твой отец сделал выбор. Твое дело – подчиниться. Женскую строптивость можно усмирить за полчаса.

– Как это?.. – не поняла Зоя.

– Очень просто. Плеткой.

Кухарка

На другой день еле встали к обеду, а там уже и наряжаться заново надо. В этот раз Зойка подошла к наряду более ответственно – синий бархат облегающего платья и широкополая шляпа с пером.

– Схитрим маленько? – предложила Дездемона, показав ей два поролоновых наплечника.

– Куда это? – удивилась Зойка.

– Уж больно женское платье ты выбрала, для такого нужна стать и формы. Вот формы мы тебе и увеличим.

Зойкино лицо пошло пятнами, но она беспрекословно позволила Дездемоне заправить в бюстгальтер поролоновые вкладыши.

– Совсем другое дело! – одобрила кухарка. – Теперь меняй рожу.

– Как это?..

– Ты со вчерашнего вечера ходишь со смутой на лице. А для такого платья лицо должно быть умным и равнодушным.

– Вот так? – Зойка попыталась изобразить ум и равнодушие одновременно.

– Нет, не годится. Помнишь, как Елисей голубей на разгон выпускает? Теперь представь, что ты смотришь на двух турманов и ждешь, когда они начнут кувыркаться. Глаза-то вверх не закатывай, представляй про себя. Вот так. Очень умное лицо – ты ждешь, а они, заразы, не кувыркаются!

– Это ожидание, а не ум, – оценила Зойка выражение своего лица в зеркале.

– Ум – это и есть ожидание того, что ты знаешь заранее. А теперь – пошли кувырлаки-закорюки! Ишь, как тульский жарый выделывает! Ну вот. Все получилось.