себе молодая женщина, ещё крепкая и сильная.
— Всё бы хорошо, — отмер Такен. — Но Калия будет против. Я ей обещал и слово своё не нарушу.
— Такен, мы оба знаем, что ты способен повлиять на неё.
— Возможно. Но это не отменяет того, что минусы перевешивают плюсы.
— На озвученных условиях — нет, — гнула свою линию женщина. — Проверь меня, если хочешь. И сам реши, могу я пользу принести или нет.
— Мне надо подумать. Прямо скажу, что во многом решение будет зависеть от Калии. А пока… Место в крепости предлагать не буду. Можете остановиться в соседнем пригороде.
— Хорошо. Я подожду неделю.
***
Когда Аконита ушла, Такен мысленно обратился к дочери.
«Что скажешь?»
«Она не врет. Переживает из-за дочери. Никаких других мыслей, подвоха, попыток обмануть не заметила. Про заказ на тебя тоже не думала. Она верит в то, что говорит».
Такен затарабанил пальцами по столу, обдумывая ситуацию. Тот случай, когда не особо хочется, но в целом может быть полезно, при этом колется и имеет все шансы создать множество проблем. В силу возраста и опыта Такен воспринимал Акониту совсем иначе, нежели Калия. Что понятно. Близкие видят друг друга всегда иначе. Стоило отдать должное, женщина была уникальным случаем. Двадцать лет продержать в профессиональных убийцах, сделать себе имя, при этом родить двух дочерей по юности и дожить до тех лет, когда задумываешься о пенсии, — это дано далеко не всем. Поэтому в этом смысле Аконита права. Получить такую наставницу будет полезно для общего дела.
С другой стороны, это гарантировано создаст проблемы в коллективе. Что тоже можно повернуть в свою пользу и помочь той же Калии повзрослеть, по-настоящему сепарироваться от матери, отделиться от неё. Или, наоборот, всё испортить.
«А что там по остальным?» — спросил Такен у дочери.
«Да много чего. Психованный мечник увидел из окна, как Калия занимается с Грозой. Грустит и страдает теперь. Старается не думать о том, что его предали. Спартанец ржет с чужих семейных отношений. Решил забить на сам знаешь какую проблему. Люцию тупо скучно, не вижу, что он всерьез к наставничеству относится. Гроза — у неё отличная защита разума, но иногда мысли проскакивают. Мне кажется, она воспринимает Спара как сына».
«Это не игра?»
«Сложно сказать. Она очень быстро думает. Прямо не человек, а машина из прошлого какая-то. Большую часть мыслей я не успеваю улавливать. С её точки зрения, мы все подобны мухам. Иногда замедляется и думает громко. Особенно когда её Спар бесит. У него хорошо получается. Но ей нравится. Она в нем себя видит. Так что вариант с раскрытием того, что она его тетка, — вполне хорош. Может родиться крепкая связь».
«Ещё что интересное заметила?»
«Так, по мелочи. Не всем нравится, что некоторых учеников выделяют и обучают индивидуально. Тестостерон, зависть, культ силы. Вот что процветает в твоей песочнице, пап. Рекомендую отвезти парней в бордель, а то скоро и до драк дойдет».
«Эй-эй, какой бордель! — возмутился мысленно Такен. — Тебе не положено знать такие вещи!»
«Ну да, конечно же, я не видела, как охотники покупают любовь за деньги. Прям такой секрет! — протянула девушка, транслируя издевку. — Если ты так говоришь, мне страшно представить, какая реакция будет, если я себе парня найду».
«Места за крепостью много, — улыбнулся Такен. — Могилок на всех хватит».
«О чем и речь», — посмеялась Роза.
Про себя подумав, что да, определенно, рано отцу некоторые вещи рассказывать.
Надо его сначала настроить.
Глава 6. Диск, или Как Спартанец новую технику осваивал
Такен, когда обдумывал предстоящий разговор с Калией, решил занять нейтральную позицию и дать девушке самой решить вопрос с матерью. Заодно оценив, чем она будет руководствоваться. Задумается о выгоде или воспримет в штыки. Если первое, то хорошо — можно подумать о том, чтобы вернуть командирскую должность. Если второе, то пусть пока бегает рядовой, если не научилась ставить себя над эмоциями.
Когда Калия вошла в кабинет, выглядела она так, будто на войну явилась.
— Садись, садись, — указал на стул Такен. — Как пообщалась с родителями?
— Очень мило, — с нотками яда ответила Калия. — С отцом было приятно поговорить. Мать ко мне не подошла, чем доставила отдельное удовольствие. Но я думала, что у нас закрытая крепость и сюда вход посторонним запрещен, — намекнула она на то, что Аконита прошла внутрь крепости.
— Так-то это так, твоего отца я не пустил. Собственно, он и не просил.
— Аконита просила встречи? — сделала вывод Калия. — Чего хотела?
— Хочет устроиться наставницей к нам. Обещает к тебе не подходить и в душу не лезть. Что скажешь?
Ноздри Калии гневно раздулись. Она ощутила, как спазм перехватил горло. Губы сжались в плотную линию, и девушка, прищурившись, посмотрела на Такена.
Оценивая как его реакцию, так и свою.
Девушка подумала, что Мастер помнит их договор, и сомнительно, что Аконита нашла веские причины, чтобы тот, для кого репутация не пустой звук, нарушил слово. А значит… Значит это проверка для неё самой.
Ногти впились в ладони, Калии захотелось треснуть ладонью по столу и потребовать, чтобы эту женщину, которую она ненавидела, выгнали за пределы крепости и больше сюда не пускали.
Это было её, Калии, территория. Её новый дом. Здесь её друзья. Здесь её жизнь. Здесь она может смеяться и быть открытой.
И сюда пришла Аконита, чтобы в очередной раз всё разрушить.
Такен смотрел добродушно, с легкой улыбкой, стараясь не давать подсказок. Что Калия тоже заметила и отметила. Поняла, что, если потребовать, он и правда выгонит Акониту.
Сглотнув, Калия заставила себя задышать медленно, контролируя вдох и выдох. Разжала пальцы, вытерла вспотевшие ладони о штаны.
— Думаю… — ответила она осторожно, подбирая слова, — что это крайне сомнительная затея, но я предвзята, поэтому решайте сами. Если это будет полезно для общего дела, то…
— Браво, — Такен шутливо похлопал в ладоши, — ты подобрала идеально правильный ответ, которого я ждал, по твоему мнению. Но, Калия, пойми меня. Ценность Аколиты сомнительна, поэтому, если для тебя это проблема… Оно того не стоит.
Калия успокоилась. Она почувствовала тепло внутри. Пусть Такен ей сейчас и манипулировал, но если сравнивать их с матерью, то разница очень большая. Мастер всё же предоставлял выбор. В рамках того договора, который они заключили. А мать — никогда не предоставляла. Она подавляла и навязывала.
Принципиальная разница.
— Я не верю, что она не попытается влиять на меня. Не верю, что не попытается манипулировать другими учениками. Не верю, что это принесет нам всем что-то
