где обедала вся команда. Подошли к столу стилистов, раздали карточки с костюмами, которые должны были быть представлены, и распределили игроков.
— Ребята, мне нужно ваше внимание! В CK решили использовать часть сегодняшних кадров для рекламной кампании, поэтому мужики просто обязаны выглядеть идеально. Затем, как будто карма решила нас возненавидеть, в конце игры будет больше прессы, чем обычно, потому что это будет день My cause, my cleats, и каждый игрок представит благотворительную организацию. Парни выйдут в индивидуальных бутсах, на них устремятся тысячи глаз. Только в этот раз нас мало, а они будут под лупой. Так, видите вон тех? — О’ указал на столы игроков, которые в этот момент замолчали, устремив на нас свои взгляды. — Это наши чёртовы паспорта для работы стилистами. Сегодня они должны быть идеальными. Никаких серьёзных изменений в планах нет, мы просто решили, что они будут носить галстуки Seven Pleat вместо Regimental, но узлы… ох, господа, узлы должны быть идеальными! Это не юристы из пригородных офисов, идущие домой после двенадцати часов работы, это чёртовы Харви Спектеры моды! Я понятно объясняю?
(Прим. пер: My Cause, My Cleats — это сотрудничество между НФЛ и игроками, которое позволяет привлечь внимание общественности и собрать деньги для сотен благотворительных организаций по выбору каждого игрока. В рамках проекта My Cause My Cleats игроки надевают бутсы, изготовленные на заказ, с изображением важной для них организации или дела).
— Кто такой Харви Спектер? — спросил Кармайкл.
— Те, кто не знает «Фо́рс-мажо́ров», не должен иметь возможности говорить со мной! Итак… нас восемь, а их пятьдесят, так что хорошенько изучите карточки тех, кого я к вам прикрепил. И на этот раз галстуки должны быть безупречны, на рубашках не должно быть ни малейших складок, а брюки должны быть на нужной высоте. Тому, кто посмеет выпустить одного из них из раздевалки со спущенными штанами, как у Пафф Дэдди в «Я буду скучать по тебе», ампутируют руки! Я понятно объясняю? — Мы все кивнули. — Каждый старший стилист будет находиться рядом с новичком, так что если у вас возникнут проблемы, любые проблемы, обращайтесь за помощью к тем, кто рядом с вами.
Я посмотрела на карточки закреплённых за мной игроков: шесть новичков плюс Ламар.
— Поллианна, ты отвечаешь за семерых, но один из них — капитан; ты его знаешь, и он знает тебя, так что проблем быть не должно.
Я повернулась к столу и сразу заметила Харди. В отличие от остальных он стоял и сердито хмурился, глядя на меня, пока пил что-то похожее на протеиновый коктейль. Как и в прошлый раз, я заставила себя избегать его. Мы перешли от безразличных взглядов к сердитым, и мне это очень не нравилось, хотя… то есть, ведь это была какая-то реакция, верно?
Нет, это было неправильно, и я была жалкой.
— Я справлюсь, — ответила я, оглядываясь на О'.
— Не геройствуй, если что, попроси помощь у Кармайкла.
— Хорошо.
— Ладно, сделаем так: игроки наденут на стадион кашемир и парадные брюки, прикроются пальто, так что, думаю, мы, старшие, сможем проконтролировать их всех. Остальные, как только обед закончится, идёте готовить костюмы. Есть вопросы? — Никто не заговорил. — Окей, на этот раз наша очередь привезти домой результат.
Мы прибыли на Paul Brown Stadium в Цинциннати за час до команды. Помимо обычных рекламных баннеров ФНЛ, национальной лиги, здесь повсюду висели лозунги благотворительной акции. Словно идеальные рабочие муравьи, мы рассортировали всю экипировку закреплённых за нами игроков. В раздевалке царила более напряжённая атмосфера, чем обычно.
Семь игроков: я могла это сделать. Я разложила рабочую сумку со всем необходимым и огляделась, потирая руки. Несмотря на жару в помещении, за короткий путь между автобусом и входом на стадион я так продрогла, что до сих пор ощущала холод.
— Холодно! — пожаловалась я.
— Да, Цинциннати — худший город. Хорошо, что поле относительно тёплое, — ответил Кармайкл. — Пруденс, не забудь крикнуть мне, если у тебя возникнут проблемы.
— Да, большое спасибо.
Мы начали раскладывать одежду, следуя порядку в раздевалке. Как обычно, члены команды прикреплялись за нами в соответствии с позицией на поле, но, в отличие от Балтимора, раздевалка на этом стадионе была одним огромным помещением, поэтому вся команда собиралась вместе.
Мы закончили раскладывать одежду для каждого игрока, и вскоре после этого появилась команда. Я увидела, как вместе прошли Харди и Аполло. Первый проигнорировал меня, вернувшись к старым привычкам, а второй улыбнулся. Затем вошли новички и, наконец, Ламар. Последний нёс в руках флуоресцентные бутсы оранжевого цвета.
— O’ будет рад этому новому аксессуару, — прокомментировала я.
Ламар улыбнулся мне.
— Поллианна, я не боюсь твоего сумасшедшего босса, и, кроме того, люди должны прочитать My Cause, — объяснил он, протягивая мне одну бутсу.
Я посмотрела на нарисованные от руки картинки: они изображали детей на игровой площадке.
— Они замечательные!
— Бутсы пойдут на аукцион.
— И для чего?
— «Дети надежды» в Джорджтауне, где я вырос. Организация помогает детям, которые не могут позволить себе медицинское обслуживание.
— Очень красивая обувь для очень благородного дела.
В поле моего зрения попала гигантская рука, и я отступила. Харди, собственной персоной протягивал капитану свою гигантскую руку.
— Мой стик.
— Эй, Динамит, ты сегодня нервничаешь?
— Ты ведь капитан, верно? Пошли одного из новичков купить для тебя стик, а не продолжай одалживать мой.
Ламар протянул ему стик, который использовали для чёрных полосок на скулах.
Харди вернулся к своему шкафчику.
— Плохо дело. Когда защита нервничает, мы всегда в итоге проигрываем, — прокомментировал Ламар, снимая пальто и начиная собираться.
Слова капитана будто оказались пророческими, Ravens проиграли с разницей в два очка в очень упорной и полной нарушений игре.
Мужики вернулись в раздевалку и девять членов команды сразу были отправлены в лазарет, в остальном же в помещении царила такая напряжённая атмосфера, что меня это насторожило. Такого я не ощущала даже во время матча в Майами. Кармайкл перекрестился, а игроки, приняв душ, вернулись одеваться. В воздухе не было ни капли веселья, а гнев, бурлящий в их жилах, был пугающе осязаем. Я помогла одеться Ламару, затем перешла к новичкам, которые, к счастью, оказались очень сговорчивыми. Однако последний из них, здоровенный мускулистый парень, с разъярённым видом, которого я никогда раньше не одевала, не выказывал никаких признаков желания мне помогать.
— Извини, — в тысячный раз попыталась я, приближаясь к нему. — Не мог бы ты… не мог бы заправить рубашку в брюки? — спросила я, снова пробуя дипломатический подход.
Он бросил на меня пошлый взгляд и ничего не ответил. Мне говорили,
